Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+13°
Boom metrics
Звезды14 марта 2020 23:15

Сергей Пускепалис: «Я стал заместителем председателя партии Захара Прилепина. Но политиком меня называть не стоит!»

Актер и режиссер дал "КП" интервью в чукотском городе Анадырь
Сергей Пускепалис

Сергей Пускепалис

Фото: Борис КУДРЯВОВ

С актером и режиссером Сергеем Пускепалисом мы встретились в городе Анадырь на Чукотке. Он приехал туда, чтобы провести творческий вечер в рамках международного арктического кинофестиваля «Золотой ворон»; с огромным удовольствием ходил на экскурсии, звонил в колокола местного собора (батюшка, проводивший по нему экскурсию, сам предложил), носился на снегокате по метровому льду Анадырского лимана… Пускепалис родился в Курске, но так получилось, что именно Чукотка стала для него родной.

БЕЛЫЙ МЕДВЕДЬ СТРЕЛЬБЫ НЕ БОИТСЯ

- Этот фестиваль просто необходим для жителей региона, - говорит Пускепалис. - Он свидетельствует о неразрывности нашего общества, несмотря на географическую отдаленность одних регионов от других. А во-вторых, это очень интересно для людей, которые снимают кино. Всех всегда интересует этот удивительный край, эта территория, на которую интересно просто приехать, а тем более – показать здесь кино. Если меня пригласят, и у меня не будет никаких неотложных требований в плане графика – конечно, я туда вернусь! Мне очень понравились и организация, и гости, мы подружились, вместе испытали все виды погоды – и солнце, и пургу… Обязательно вернусь!

- Ну да, тут зимой и весной то и дело случается пурга, а температура колеблется от нуля до минус 50, и ветер иногда 60 метров в секунду. Вам это все должно быть знакомо - вы провели на Чукотке детство.

- Я попал сюда в четыре года и уехал в четырнадцать. Отец сначала работал в золотодобыче, потом немножко стал инвалидом – обморозился, не мог уже быстро передвигаться, и нашел более спокойную работу на складе горюче-смазочных материалов в аэропорту. Жили мы на территории Первого аэропорта Билибино, по адресу Школьная, 10 – до сих пор помню! Отец иногда вылетал в разные места на вертолете и брал меня с собой. Красота неземная, северное сияние... Мы с ребятами собирались в стайки такие, в ватаги, ходили в походы на сопки. На сопках хорошо – нет комаров, их сдувает ветром.

Сергей Пускепалис готовится кататься на собачьей упряжке по льду Анадырского лимана.

Сергей Пускепалис готовится кататься на собачьей упряжке по льду Анадырского лимана.

- Многим кажется, что на Чукотке ребенку жить скучно. Развлечений в Билибино меньше, чем в крупных городах, климат крайне суровый.

- Да мне буквально выдохнуть было некогда! Учеба в обычной школе, в спортивной, в музыкальной… Все это в Билибино было. И еще я с детства страстно полюбил читать – классическая ситуация, когда родители ночью все время ловят ребенка под одеялом с книгой и фонариком. В восемь лет начал читать Чехова, в девять прочел «Цусиму» Новикова-Прибоя, и так далее. Системы в этом не было, но потом я приехал «на материк» очень начитанным юношей.

- В советское время ходили слухи о колоссальных зарплатах людей, работающих на Чукотке.

- Это правда, они получали огромные деньги. Причем далеко не каждый мог сюда попасть - отбирались только самые лучшие специалисты в своих отраслях. И платили им соответственно. А отпуск мои родители брали раз в три года, но зато – сразу на шесть месяцев. Им предоставлялись бесплатные билеты, куда они пожелают, и мы ездили иногда в Тараклию – это родина мамы, город в Приднестровье, - а иногда в Литву, на родину папы.

- Кстати, в «Википедии» сообщается, что вы, будучи наполовину литовцем, не знаете литовского языка.

- Я почти уже на нем говорил благодаря тем поездкам. Но сейчас уже вряд ли смогу. Понимать-то понимаю, но разговаривать мешает очень долгое отсутствие практики… Ну вот, а на Чукотку я снова приехал только в конце 2000-х, когда снимался в фильме «Как я провел этим летом». Помню, мы видели там белых медведей – самец гонялся за самкой с медвежонком, и, по-моему, хотел их съесть. Они, впрочем, и нас, кажется, не прочь были отведать. От них одно спасение – спрятаться куда-нибудь, например, в машине. Ну, к счастью, туда люди чаще на машинах приезжают, а не пешком приходят. Стрелять в воздух бесполезно, выстрелов белый медведь не боится – он привык к треску льда. Разве что огонь поможет…

- Вы и ваш партнер Григорий Добрыгин за роли в «Как я провел этим летом» были названы лучшими актерами на Берлинском кинофестивале. По идее, с тех пор вам должно было поступать множество предложений от иностранных режиссеров.

- Ну, была одна история – я снялся у Кевина МакДональда в фильме «Черное море» с Джудом Лоу и Константином Хабенским. А потом начали присылать сценарии, где русские показаны в таком виде, что хоть караул кричи! Я посчитал для себя неприемлемым выступать в таком качестве.

НЕ НАДО ДУМАТЬ, ЧТО ТАТЬЯНУ ДОРОНИНУ СВЯЗАЛИ И ДЕРЖАТ В ЗАСТЕНКЕ

- В прошлом году вы ушли с поста заместителя художественного руководителя МХАТа имени Горького, чтобы возглавить ярославский Театр драмы имени Федора Волкова. Но давайте сначала все-таки поговорим о МХАТе. Многих волнует судьба Татьяны Дорониной. Ее не видно, она не выходит на сцену. Но заметили, как она на что-то жаловалась Путину во время награждения в Кремле…

- Слушайте, мы же не знаем, о чем они говорили с Путиным! Вообще мне кажется, что одно ее слово могло бы прекратить вакханалию, которая творится вокруг ее имени, со всеми этими журналистскими предположениями. На самом деле направление, выбранное новым худруком МХАТа Эдуардом Бояковым, полностью соответствует ее идеям. Это попытка воскресить, обновить, заново осмыслить традиционные ценности, которые и до этого были в театре главным. Просто сейчас скорости другие. Раньше спектакль во МХАТе имени Горького мог репетироваться год. Понятно, что это могло быть обусловлено творческим процессом, но в наше время, мне кажется, это не совсем целесообразно. А вообще во МХАТе прекрасные актеры, я сам в этом убедился, когда делал спектакль «Последний срок» - мне было очень приятно работать с ребятами из труппы, они очень талантливые, искренние, неиспорченные.

А шум и истерика не помогают творить, а только отвлекают от работы. Можно было подумать, что мы связали Татьяну Васильевну и держим ее в застенке! На самом деле все ее любят и ждут. И она на премьеру «Последнего срока» подарила нам сувенирчики с добрыми пожеланиями – очень симпатичные свистульки-петушки в русском стиле. Все очень вдохновились, восприняли это как добрый знак.

- Во МХАТе вы работали с Захаром Прилепиным. Подружились с ним?

- Как с писателем я подружился с ним давно, как только мне попала в руки книга «Патологии». Мы с ним пересекались иногда, а потом вместе снимались в фильме «Гайлер», и вот тут уже сошлись нос к носу. Меня в нем поразило соответствие между его личностью и смыслом, который он закладывает в свои книги. Бывает, что общаешься с писателем и думаешь: «Невозможно поверить, что он написал тот роман!» С Захаром как раз наоборот. Он – человек глубокий, сложный, очень любящий жизнь. Потом начались какие-то встречи, разговоры по телефону. И вот сейчас он создал политическую партию «За правду», позвонил, спросил: «Сереж, как ты насчет этого?» Я внимательно его выслушал, потом изучил его высказывания и его позицию. Зная Захара, я понимаю, что для него все это – не поза, он искренне хочет помогать людям, подставлять плечо тем, кому это нужно. Ну и вот - меня выбрали заместителем председателя этой партии.

- То есть вы теперь политик.

- Нет! Ни в коем случае, и не собираюсь им быть. Просто иногда надо опереться на чье-то мнение. Вот я и выступлю таким идеологическим - или просто человеческим - советником.

- Я читал, что вы дружили с главой ДНР Александром Захарченко. Это не Прилепин вас познакомил?

- Нет, это произошло совершенно параллельно. Я ездил в Луганск, у меня там была творческая встреча со студентами университета. Потрясающие ребята, которые очень хотят учиться, невзирая на то, что там происходит. То, что они пережили, их только стимулирует: они хлебнули горя, и хотят из него выбраться. Потом мы приехали в Дебальцево, я общался с местными бабушками, мы показывали картину «Простые вещи». И неожиданно меня спросили: «Как ты смотришь на то, чтобы повидаться с Александром Владимировичем?» Я ответил: «С огромным удовольствием!» - и мы поехали в Донецк. Было уже два часа ночи, когда мы туда добрались, и до шести утра мы с ним проговорили. В девять у меня уже был самолет. Я был до глубины души поражен этим человеком, таких людей редко встретишь. Но, к сожалению, наша дружба ограничилась этим ночным разговором. Потом у меня были попытки еще раз приехать в Донецк, сделать там спектакль, снова поговорить с Захарченко… Но никак не получалось, и теперь уже не получится.

Сергей Пускепалис в соборе Анадыря.

Сергей Пускепалис в соборе Анадыря.

ОТЕЦ НОВОГО МИНИСТРА КУЛЬТУРЫ ПРИНИМАЛ У МЕНЯ ЭКЗАМЕН ПО ЭСТЕТИКЕ

- А теперь - о ярославском Театре драмы. Можете найти слова, которые убедят москвича все бросить, доехать в выходные до Ярославля и прийти к вам на спектакль?

- Бросайте все, и приезжайте! И не обязательно в субботу-воскресенье, можно и в другие дни: народу будет поменьше, попросторнее в кафе... Ярославль от Москвы совсем недалеко, он все больше становится туристическим городом, в нем все наши древность, аутентичность и исключительность. И одна из главных его достопримечательностей – театр имени Федора Волкова, первый общедоступный профессиональный театр, открывшийся в России, в середине XVIII века, еще при императрице Елизавете Петровне.

Все его спектакли сейчас направлены на то, чтобы поговорить о человеке, причем довольно живым языком. Некоторые я сейчас перевел с камерной сцены на большую, потому что они пользовались огромной популярностью. Другие, к сожалению, пришлось снять – актеры, которые в них играли, ушли вместе с предыдущим худруком, выдающимся режиссером Евгением Марчелли. Театр сейчас взял немного другое направление – он уже не про неистовый поиск человеческих особенностей, а скорее про суть человека - кто мы, откуда, зачем.

У нас сейчас вышла «Калина красная» по Шукшину, очень интересная версия в постановке очень талантливого Владимира Смирнова. Бешено популярные «Неаполитанские каникулы» итальянского режиссера Паоло Эмилио Ланди, поставленные по пьесе, написанной Эдуардо Скарпетта, отцом Эдуардо де Филиппо – билеты раскупают за месяц. На подходе «Еврейское счастье», которое по рассказам Шолом-Алейхема ставит Егор Дружинин. Ваш покорный слуга будет к концу сезона ставить «Забыть Герострата» Григория Горина… В разработке – спектакли «Отцы и дети», «Циолковский». Александр Кузин будет делать театральную версию повести, которая меня поразила в самое сердце – «Героин приносили по пятницам» Романа Михайлова, по его же произведениям поставил «Сказку последнего ангела» в Театре наций Андрей Могучий (в московском спектакле играет сын Пускепалиса, Глеб. – Ред.) Или есть замечательная постановка по «Ромео и Джульетте», похожая чем-то на фильм База Лурманна с ДиКаприо – хулиганская, молодежная, современная. И я не буду выделять какой-то один спектакль, чтобы его посоветовать тому москвичу, о котором вы говорите. Пусть приходит на любой!

- Билеты хорошо продаются?

- В театре 865 мест, в городе живет 500 000 человек. Мне приносят сводки – в среднем, 88-89 процентов билетов продано. На премьерах у нас битком зал набит.

- Была идея объединить ярославский Театр драмы с петербургской Александринкой.

- Она забыта. Мне кажется, эта идея была плохо подготовлена и плохо озвучена. Два режиссера, которых я глубоко уважаю, Валерий Владимирович Фокин и Евгений Жозефович Марчелли, влюбились в эту историю, но недостаточно четко донесли свою мысль до общественности. И это показалось каким-то покушением на самостоятельность и уникальность ярославского театра – якобы он станет филиалом петербургского. Но уверяю вас, у них и в мыслях этого коварства не было. Речь шла о третьей общей площадке, в Москве, где могли бы показываться спектакли обоих театров. Получился бы такой треугольник, повторяющий творческий путь Федора Григорьевича Волкова, который работал во всех трех городах. Мне кажется, это было бы красиво. Но из-за неясностей и кучи недоговоренностей идея сгинула, и возвращаться к ней бессмысленно.

- Что вы ожидаете от нового министра культуры Ольги Любимовой? Пока что ее обсуждают только в связи с давними высказываниями в интернете или с фотографией в футболке, на которой есть слово из трех букв.

- Да ужас какой-то, что все бросились эту ерунду обсуждать! Я давно знаю Ольгу Борисовну, с ее студенчества, и могу охарактеризовать ее как невероятно энергичного, живого, креативного, пробивного человека. Из потрясающей семьи. Ее отец, Борис Николаевич Любимов, принимал у меня самый главный экзамен, когда я учился на режиссера – эстетику. Он для нас самый страшный, как для инженеров сопромат. Туда входят все дисциплины, все знания, какие возможны…

Я и к Владимиру Ростиславовичу (Мединскому. – Ред.) очень неплохо относился и отношусь. Но очень уж многим деятелям он дорогу перешел в связи со своей принципиальностью, последовательностью и четкостью своей позиции. Стал таким раздражающим фактором… Но, мне кажется, Ольга Борисовна ему не уступит в четком понимании своей задачи. Она у министра, в общем, только одна: не разбазарить государственные деньги, правильно их распределить, стимулировать подлинную творческую энергию.

- Вы, кажется, сейчас меньше снимаетесь в кино.

- Конечно, я сейчас больше занят в театре. Но остались долги: буду сниматься в третьем сезоне «Шифра», и в третьей, последней части «А у нас во дворе». Закончили только что «Сердце Пармы» по роману Алексея Иванова, сагу, которую снял режиссер «Движения вверх» Антон Мегердичев, я там играю наставника главного героя, богатыря Полюда. Около года мы этот фильм снимали, это сложный и дорогой эпос. Одно место съемок было в 300 километрах от Перми, второе – под Москвой, но добираться до него было чуть ли не сложнее. Лошади, батальные сцены всякие – непросто мне пришлось. И еще в конце марта выйдет фильм «На острие», спортивная драма про соперничество двух фехтовальщиц-саблисток, которых играют Светлана Ходченкова и Стася Милославская. Поставил ее Эдуард Бордуков, очень вдумчивый и при этом очень живой режиссер. Ему непросто пришлось – фехтование ведь очень незрелищный вид спорта для тех, кто в нем не разбирается. Со стороны кажется, что это тык-тык – и все. А на самом деле там сверхскорости и напряжение на грани инфаркта. Очень интеллектуальный вид спорта, который требует к тому же огромной физической и психологической подготовки.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Сергей Пускепалис родился в 1966 году в семье болгарки и литовца (его отчество по паспорту в соответствии с нормами литовского языка звучит как Витауто; по-русски его все время норовят звать Витаутасовичем. И то, и другое – с ударением на первом слоге). Окончил Саратовское театральное училище, много лет работал в местном ТЮЗе. В 2001-м окончил еще и режиссерский факультет РАТИ (курс Петра Фоменко). В кино дебютировал в эпизодической роли в фильме «Прогулка» (2003). Его сын Глеб снимался в фильме Бориса Хлебникова и Алексея Попогребского «Коктебель»; именно благодаря этому обстоятельству Попогребский познакомился с Пускепалисом-старшим и дал ему первую большую роль в кино в фильме «Простые вещи» (2007). Он мгновенно стал очень востребован: снимался и в популярных фильмах («Метро», «Ледокол», «Битва за Севастополь»), и в сериалах («Жизнь и судьба», «Крик совы», «Хождение по мукам», «А у нас во дворе…», «Частица Вселенной», «Желтый глаз тигра», «Шифр»).