Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-7°
Boom metrics
Политика9 января 2022 22:00

«Руки вверх! Вчера бы вашу машину тут расстреляли!»: Как спецкор «КП» выбирался из охваченной бунтами и зачистками Алма-Аты

Спецкор kp.ru Владимир Ворсобин увидел своими глазами бунт в Алма-Ате и его зачистку. И еле вернулся обратно в Россию
Кругом разбитые или сожженные машины, автобусы, грузовики, словно по улицам пронесся огненный смерч.

Кругом разбитые или сожженные машины, автобусы, грузовики, словно по улицам пронесся огненный смерч.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Решение вырваться из Алма-Аты во что бы ни стало пришло утром, когда я, как обычно, прогуливался по проспекту Назарбаева, в сторону «расстрельной» центральной площади. Под ногами хрустело стекло разбитых витрин и табличек с именем «первого президента независимого Казахстана». Мимо проносились казахские патрули. Они хищно всматривались в пустые улицы и проезжали мимо меня медленно, задумчиво: взять - не взять?

Я, как обычно, пожалел, что вышел. Но, оказывается, ежедневный страх бодрит, как литровая кружка кофе. Тут от него молодеешь. Коль вышел - иди, стреляют - беги.

9 утра. По гигантскому проспекту Алма-Аты я шел один...

У 34-го дома хлебный магазин. Люди! Тетушка и два мужичка осторожно заглядывают внутрь. Оттуда высовывается усатая голова: «Нет хлеба». Подхожу. И нас примагничивает друг к другу. Лихорадочно обмениваемся новостями.

Торговые центры и магазины разграблены.

Торговые центры и магазины разграблены.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Без интернета и телефонной связи я на улицах - информационный король. Хожу, рассказываю - что там, по ту сторону блокады. В моей гостинице в отличие от почти всей Алма-Аты есть хотя бы работающий телевизор...

В Алма-Ате на улицах задают три вопроса: «Куда завезли продукты?», «Где работающий банкомат?» и «Что там?».

«Там» - это куда я иду. К сгоревшему акимату (мэрии), где всего два дня назад бушевали бунтовщики.

- Что там? - следую традиции.

У сгоревшего акимата (мэрии) всего два дня назад бушевали бунтовщики.

У сгоревшего акимата (мэрии) всего два дня назад бушевали бунтовщики.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

- Час назад мужик переходил дорогу, - снова высунулась из пекарни голова хозяина. - Ему сказали - не переходи. Он - возмущаться. Вы, мол, очумели? Да у меня, мол, там машина. И пошел. Застрелили. На моих глазах.

«ПОЕХАЛИ ОТСЮДА»

Двигаюсь дальше. Впереди пулеметные выстрелы - гоняют тех, кто еще не понял: идти туда нельзя. Алма-Ата уже разобралась, где холостые, где нет. Днем обычно только пугают, но, когда садится солнце, этот район становится русской рулеткой. Тут жизнь не стоит и тенге (1 тенге - стоит около 17 российских копеек. - Ред.).

И тут вижу - навстречу, хромая, бежит Алмас. Познакомились вчера, вот так же, у продуктового. Казахстанец. Живет в Алуште. Гордо рассказывал, что ухватил квартиру у парка, где снималась «Кавказская пленница». Лечил, говорил, ногу - неудачно прыгнул с парашютом. Здесь, мол, цены на лечение в 4 раза ниже, чем в России. Пережидал беспорядки в гостинице неподалеку...

- Володя! Дорогой! - обрадовался он, но как-то странно - истерически. - Поехали отсюда на...

- Что случилось?

- А что тут, б... делать?! - орет.

Оказывается, у них в гостинице трагедия. Хозяйка лежит полумертвая. Вчера вечером ее русский муж выпил с приятелем, и решили эти герои съездить посмотреть - присмирели ли бунтующие казахи.

- Если они не успокоились, я им сам врежу... - заявил он и укатил на своей машине.

Очаг реального сопротивления на Ташкенской улице уничтожили еще позавчера.

Очаг реального сопротивления на Ташкенской улице уничтожили еще позавчера.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Нашли его утром. В морге.

- Поехали, - уговаривал меня Алмас. - Ты журналист, у тебя удостоверение, может, прорвемся.

- Не драматизируй, - говорю. - Соблюдай комендантский час, будешь цел...

А сам думаю: с одной стороны, конечно, интересно досмотреть, до какой стадии стерильности дойдут силовики, отыскивая в городе все новых и новых бандитов. Народ уже гадает: где они их берут? Очаг реального сопротивления на Ташкентской улице уничтожили еще позавчера. Остальные разбежались... Но арест главы КНБ (казахстанский аналог ФСБ. - Ред.) Масимова и санкция президента на уничтожение «бандформирований», похоже, здорово вдохновили местных силовиков. Стрельба, взрывы повсюду. В телевизор вселился грубый мужской голос: «Не подходите к окнам, идет антитеррористическая операция».

То есть на улицах еще будут трупы. Очередные.

Но, с другой стороны, я уже два дня без связи. Скопился километр видео, фото... Ничего в Москву передать не могу. Какой «Комсомолке» толк от меня как немого свидетеля наведения порядка по-казахски?

- Поехали, - говорю Алмасу. - Коль ты так рвешься в свою Алушту. Деньги есть?

- Нет.

- Отлично. И у меня нет. Что делать будем?

НА КАРТЕ МИЛЛИОН ТЕНГЕ. А ТОЛКУ?

Найти в Алма-Ате наличку чуть проще, чем интернет. Последнего нет вообще, а тенге в банкоматах, говорят, есть... Но где - никто не знает точно.

Власти долго не рисковали завозить деньги, но утром в город мощной колонной все-таки вошли инкассаторские машины. Значит, где-то «выбросят» деньги.

Мы с Алмасом метались по Алма-Ате (благо появилась роскошь - такси!). Город изуродован. Впечатление, что разграблены все торговые центры и магазины с легкомысленными стеклянными витринами. Теперь их заколачивают фанерой, досками, завешивают тряпьем... Те, что с раздвижными ставнями и решетками, выстояли. Кругом разбитые или сожженные машины, автобусы, грузовики, словно по улицам пронесся огненный смерч. Уцелевшие машины с отвинченными госномерами. Бунтовщики еще три дня назад начали менять их, поняв - скоро из хищников они превратятся в жертв.

Мы были в отчаянии. Кругом гигантские очереди. На заправках стояли за бензином, в продуктовых - за хлебом и молоком, у банкоматов толпились потенциально богатые, но в реальности нищие люди. Отстояв час-два, можно было снять только 10 тысяч тенге (около $20), после чего карта блокируется на час. Чудом вызвонив своего алма-атинского знакомого, попросил занять хотя бы $10.

- Володь, - чуть не плачет, - у меня осталось на жизнь всего 8. На карте - миллион тенге, а толку?!

Еду в гостиницу. Собираю друзей-казахов, сотрудников отеля, с кем успел сдружиться во время ночных дежурств по противопогромной обороне.

Стрельба, взрывы повсюду.

Стрельба, взрывы повсюду.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

- Мужики, - говорю, - спасайте. Нужно 100 долларов, чтобы добраться до киргизской границы. Выберусь, пришлю. Клянусь.

Народ присвистнул. Посмотрели друг на друга. И разошлись по своим комнатам. Возвращаются - кто с 5 тысячами тенге, кто с 10, кто с 20. Собрали. По-братски.

Прощаемся.

Не затевайте, говорю, казахи, больше такого. Ну его...

- Это ж Алма-Ата, - хмурится один из них. - Ты чего, 1986 год забыл? (Беспорядки после замены популярного в народе первого секретаря республики казаха Кунаева на русского Колбина. - Авт.) К нам тогда тоже чужой ОМОН приезжал - армянский.

- Я-то помню, но тебя на свете еще не было, - смеюсь.

- Так мой дядя два месяца отсидел, - усмехается. - А месяц назад, в годовщину этих событий, ему государство премию вручило - 30 тысяч тенге.

«ЗАГНАЛИ НАРОД В ДОЛГИ»

Чтобы успеть до темноты, мчимся к таксистам. Нанимаем улыбчивого казаха Азата, который обещает нам легкий путь, мол, вчера ездил: 2,5 часа - и мы в Бишкеке. К нам подсаживается Умар, юноша с киргизским паспортом. Едем сквозь почерневший город, аккуратно объезжая остовы сгоревших грузовиков.

И снова замечаю, что мой казахский приятель и водитель Кайрат странно на это смотрят. Без особенного драматизма, словно на природный пожар.

- Подумаешь, пять магазинов вскрыли, - ворчал сзади хромоногий парашютист Алмас (он уже почувствовал себя в безопасности, вмазал пива и громко мечтал о своем Крыме). - Из-за этой ерунды теперь жизни нет.

- Может, 500? - хохотнул водитель.

- Смеетесь все, - злюсь. - Посмотрите на город! Разнесли к чертовой матери. И ради чего? Откуда вообще взялись эти 10 тысяч террористов? Вот только не надо опять про низкие зарплаты. По этой логике у нас пол-России должны с вилами ходить.

- Не ходите, потому что у вас нет банка «Каспий», - говорят мне.

Терминалам и банкоматам сильно досталось от мародеров.

Терминалам и банкоматам сильно досталось от мародеров.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Опять этот «Каспий»... Заметил, когда в Казахстане говоришь о деньгах, тут же мелькает это слово. Обычно звучит так: «У вас разве нет приложения «Каспий»?»

- Удобная штука, - говорит Азат. - Это и банк, и магазин. Представь, что в приложении Сбербанка появится кнопка «купить». Нажимаешь - и у тебя перед глазами все: машины, телефоны, телевизоры, все - вплоть до трусов. И все в кредит. Одобрение - 1 минута. Ты получаешь штрихкод, приходишь в магазин и забираешь.

- Удобно, - соглашаюсь. - А при чем тут протесты?

- А потому что казах без понтов - беспонтовый казах, - сообщает Алмас. - Ну кто удержится взять так просто машину или последний айфон? Я вот в прошлом году приехал к родне и накупил через «Каспий» подарков. Теперь плачу по 10 тысяч каждый месяц.

- 10 тысяч! - фыркнул водитель. - Люди получают 100 тысяч, а платят - 150. Как? Крутятся. Мы тут все в рабстве у «Каспия» под 20% годовых. Поэтому в первую очередь разнесли банкоматы и отделения этого банка. Я этих идиотов не оправдываю, но понять могу.

- Да какие тут оправдания? Мародер есть мародер, - морщусь.

- Согласен, - кивнул Кайрат. - Только вот банком владеют назарбаевские. И в народе говорят так: сначала ограбили страну, а потом еще в долги загнали. Сидят на Канарских островах и по телефону проценты с народа стригут. Разве это лучше твоего мародерства? Как это назвать?

- Боюсь, это капитализм, - вздыхаю.

Тут меня бьют по рукам: «Опусти камеру!» Впереди пост. Два пулемета на грузовиках. Снайпер на мосту. БТР. Сотня спецназовцев.

- Опять пулеметы! - взвыл Алмас. - Когда это кончится!

«РУКИ ВВЕРХ!»

Первый пост проскочили легко. Сумки военных не интересовали. Они смотрели в глаза и в паспорта.

Через час - второй пост... Подъезжая, чуем недоброе: по обочине стоят десятки людей с поднятыми руками. Напротив - автоматчики. На пригорке - снайперы. К счастью, досматривающий омоновец оказался односельчанином Кайрата. Едем дальше. А Кайрат размышляет.

- Странно, - говорит. - Вчера ехал, на том же месте в то же время стояли террористы...

- А может, это шоу, - опять расслабился парашютист. - Может, это переодетые солдаты для Ютуба?

Кругом разбитые или сожженные автомобили.

Кругом разбитые или сожженные автомобили.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

Смеемся. Подъезжаем к третьему посту. Прожекторы слепят в глаза. Отдаем документы. И вдруг...

- Выйти из машины. Быстро. Руки вверх!

Выкарабкиваюсь. Автоматчик, молоденький казахский пацан, наставляет на меня автомат.

- Охренеть! - говорю и в первый раз в жизни поднимаю руки.

Нас ставят в шеренгу.

- Шоу, говоришь?! - зло шепчу мгновенно протрезвевшему Алмасу. - На хрена ты мне вообще попался на проспекте?

- Быстро! - орал на нас спецназовец. - Какая у вас связь? Ты его знаешь (тычет в меня, обращаясь к водителю)?

- П-п-первый раз... - дрожит водитель.

- А ты его? - на глазах звереет солдат и тычет уже в парашютиста...

- Да вы чё? Нет...

- Зачем прорываетесь к границе?! - орет он. И становится ясно, что он уже знает ответ. Для нас неприятный.

Тогда аккуратно отодвинув дуло сопляка-омоновца, говорю, мол, я журналист «Комсомолки».

В этот момент омоновцы копались в наших сотовых, и, к своему ужасу, вижу, что отдал им не тот телефон.

Не специально подготовленный пустой, а настоящий - переполненный съемкой. Самая невинная из которой - репортаж из разоренного дворца Назарбаева. Офицер озадаченно вертел головой, пытаясь понять, что это. К счастью, не понял. И вернул драгоценность.

- Поймите, времена такие, - вздохнул он. - Вчера по звонку мы машину расстреляли. Вот на этом месте. Надо чистить это гнилое гнездо. К счастью, президент нам дал такую команду...

Ехали мы в истерической тишине.

- Б... как же хорошо, что ты журналист, - сказали мужики хором.

А я думал: сейчас этот офицер пожалеет, что ляпнул о расстрелянной «по звонку» машине. Тоже позвонит. На ближайший пост. И пойдем мы по статистике «обезвреженных».

Но на последнем приграничном посту нас встретил добродушный казах. Он заявил:

- А я вас знаю. По телевизору видел.

Что вряд ли. Но я был не против.

И когда казалось, мы у цели, случилась трагедия.

Впереди пулеметные выстрелы – гоняют тех, кто еще не понял – идти туда нельзя.

Впереди пулеметные выстрелы – гоняют тех, кто еще не понял – идти туда нельзя.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

БУДОЧКА ОСОБИСТА

- Для казахского паспорта граница закрыта, приятель, - сказал добряк-омоновец несчастному Алмасу. - Езжай обратно.

Парашютист был потрясен и раздавлен.

Мы пожали руки. За мной захлопнулись железные ворота, Алмас остался на своей родине, и я с ужасом представлял, как этот бедолага двинется в обратный путь, через все посты и допросы автоматчиков, без моего прикрытия.

Алмас всю дорогу мечтал, что, как только приедет в Крым, сразу подаст запрос на гражданство России по ускоренной программе для переселенцев. Что перевезет в Алушту своих детей и русскую экс-жену, которая до этих событий упорно отказывалась уезжать из Казахстана. Теперь она уже хочет уехать. Как и тысячи русских, которые, наверное, тоже побегут отсюда, как только снимут запрет...

Какое же, оказывается, это счастье - покинуть страну, где все смешалось - то бунт, то зачистка! На пограничном переходе спят стоя пассажиры самолета на Москву, который не успел взлететь в день захвата погромщиками аэропорта Алма-Аты. Измученные женщины с детьми, им, как и мне, остается сделать лишь шаг...

Нам ставят штамп. Мы в трех шагах от вожделенной Киргизии. Но между ней и нами - будочка особиста!

- Вот дерьмо! - застонали интеллигентные дамы. Но их по очереди заводили в кабинет. Особист молча брал телефон, смотрел фото - ненужные удалял.

Похоже, хитроумные казахские спецслужбы так видят борьбу с терроризмом, понял я. И вручил служивому пустой телефон...

В Алма-Ате догорает пожар бунта.

В Алма-Ате догорает пожар бунта.

Фото: Владимир ВОРСОБИН

P. S.

«Богачи от революции бегут»

На той стороне меня, конечно, встретили таксисты.

- У него один рюкзак, - разочарованно глядя на меня, шепнул кто-то.

- Закончились в Казахстане деньги, похоже, - усмехнулся другой.

Ржут.

- Вы о чем? - настораживаюсь.

- Уже пять дней богачи сюда от революции бегут, - говорят. - Мы понятыми были. Один с собой 7 спортивных сумок денег вез. Три - доллары, две - тенге, две - рубли... С погранцами не договорился, дурак, его и взяли. А те, кто договорился, сколько таких сумок перетащили сюда!

И качают головами. Жаль, говорят, казахов. И Казахстан жаль.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Хроники бунта в Алма-Ате: Власть вернулась, открываются магазины, но на улицах - стрельба

Узнав, что где-то принимают банковские карты, горожане устремляются туда короткими перебежками, чтобы не попасть под обстрел (подробности)

Главные вопросы о Коллективных миротворческих силах в Казахстане и ответы на них

Военный обозреватель kp.ru Виктор Баранец - о работе российских миротворцев (подробности)

Как в Казахстане появились жузы, русские и кто построил его города и заводы

Что на самом деле представляет из себя бывшая советская республика размером с Западную и Центральную Европу (подробности)

МНЕНИЕ

А где-то в Ростове, глядя на Токаева, грустит Янукович

«Так можно было?» - наверняка удивляется он молниеносному спасению Казахстана благодаря обращению к России. Так нужно было! (подробности)