Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+20°
Boom metrics
Общество7 февраля 2022 4:00

Обеляют спонсора? Квартет "И" поставил спектакль про банкира, сбежавшего за границу со 150 млрд рублей

Корреспондент kp.ru отправился в театр, чтобы понять, зачем комики решили реабилитировать своего покровителя
"Квартет И" - актеры Александр Демидов, Ростислав Хаит, Леонид Барац и Камиль Ларин.

"Квартет И" - актеры Александр Демидов, Ростислав Хаит, Леонид Барац и Камиль Ларин.

Фото: Борис КУДРЯВОВ

Пожалуй, рецензию на этот спектакль можно было бы начать с какой-нибудь беспроигрышной и безнадежно тоскливой фразы, коими ловят на крючок свою аудиторию уставшие от бренности бытия театральные критики. Ну там «Публика рукоплескала» или даже, прости господи, «неистовствовала». Но рука не поднимается. Ибо центральная фигура сей постановки - не кто иной, как банкир Вадим Беляев. Который сбежал за границу, при этом (как считают те, кто разгребает теперь его дела) прихватив 150 млрд рублей. И поставили этот спектакль не в приютившей беглеца Америке, а в сердце нашей Родины, которой сейчас очень не помешали бы полторы сотни миллиардов.

Полное название постановки - «Один день из смерти Вадика Беляева, советского школьника, российского бизнесмена, американского пенсионера». Согласно сценарию, Вадимк Беляев - вовсе не отрицательный герой, а чуть ли не Герой с большой буквы. Как тут не вспомнить любимое конспирологами окно Овертона - концепция, с помощью которой политики и олигархи внедряют в наши головы нужные им мысли.

Корреспондент kp.ru отправился на премьеру, чтобы своими глазами увидеть, как "квартетовцы" собираются реабилитировать своего скандального спонсора в глазах общественности.

ВЕСЕЛЫЕ ПОМИНКИ

Творческая четверка «Квартета И» вместе с примкнувшими товарищами снова на борту корабля — как в любимом многими спектакле, а потом фильме «День выборов». Только на этот раз собрались они не для того, чтобы агитировать за Игоря Владимировича Цаплина. Да и идет нынешний корабль не по Волге, где-то между Самарской и Саратовскими областями, а проходит Босфор.

Зачин «Одного дня...» такой: четверо приятелей (вам не надо знать, кто из них по профессии доктор, а кто кинопродюсер, это все равно четверо мужчин, которые все время о чем-то говорят) прилетают из Москвы в Турцию повеселиться вместе с еще одним приятелем — беглым олигархом. В Москву этот самый олигарх Вадик больше не ездок, так что готов заказать карету бизнес-класса старым друзьям. Но перед самым вылетом квартет узнает, что Вадик умер. И то, что предполагалось увеселительной прогулкой по Мраморному морю с блэк-джеком и стриптизершами, становится поминками. Стриптизерш догадались отменить.

Думается, участники «Квартета И» могли бы не заморачиваться и не на выдумывать себе сценические имена в духе Константин и Марат, а сам спектакль назвать документальным. Ведь Вадим Беляев действительно беглый миллиардер, и действительно друг актеров. Ну как друг, деньги на съемки давал, в титрах помянут продюсером.

Но реальный Беляев не умер — живет получше нас с вами. Но об этом позже.

Кто из нас в минуты душевной тревоги не мечтал побывать на собственных похоронах? Так чтобы стоять в темном углу и злорадно наблюдать, как заламывают руки все те, кто не оценил и не разглядел... Правда, обычные люди, выходя из пубертата, как правило, такие фантазии перерастают.

«Один день из смерти Вадика Беляева» - как раз такая фантазия, растянутая на 2 часа 45 минут театрального действа.

Все разговоры, разумеется, о покойном. Каким он парнем был, как помогал, выручал, учил... Хотя в одном из интервью Ростислав Хаит говорил, что изначально никакого Беляева в пьесе не было, но потом квартетчики слетали к нему в Стамбул и решили наполнить постановку реальными деталями биографии беглого банкира.

Внесценический образ Вадика наделен всеми качествами альфа-самца. И женщин у него было много (даже лесбиянка-эстонка, что становится поводом для множества острот), и к деньгам как таковым он был равнодушен, и говорил цитатами, которые хоть сейчас высекай в граните.

Сцены, в которых актеры нахваливают своего спонсора, перебиваются небольшими видеовставками, в которых тем же самым занимаются другие друзья Беляева. Вот, пока на сцене меняют декорации, Ксения Собчак говорит, что Беляев как никто чувствовал людей и их ложь. А в следующую паузу Алексей Венедиктов рассуждает о крахе банкира в том духе, что «без участия государства этого быть не могло».

Пока яхта — то ли философский пароход, то ли корабль дураков — несет хохмящих через силу героев к берегу и неизбежной развязке, зрителям рассказывают высшую правду от Беляева. Знаете, в чем она заключается? Герой Хаита благодарит покойного друга за то, что тот научил его... мочиться в раковину. Не физически, а объяснил, что в этом нет ничего плохого. Во-первых, на него никто не подумает. А во-вторых, почему какие-то невоспитанным гадам можно, а им, людям интеллигентным, совесть не позволяет?

Но вскоре, будто спохватившись, квартетчики пускаются в философствования о том, что «жизнь у человека продолжается, а судьба закончилась». Красиво, будто беглый банкир сразу встает в один ряд с каким-нибудь белым эмигрантом Буниным.

Вадим Беляев с женой Амалией Мордвиновой.

Вадим Беляев с женой Амалией Мордвиновой.

Фото: Борис КУДРЯВОВ

САНИТАР ЛЕСА

А теперь давайте о том, чего в спектакле не показали — как Вадим Беляев «потерял» свой банк.

Беляев, судя по всему, действительно умел дружить — такая суперспособность. Без нее у молодого амбициозного финансиста вряд ли получилось бы сколотить крупнейший в какой-то момент частный банк в стране. А так пошел поиграть в теннис — сдружился на корте с Борисом Минцем. Сейчас он в розыске по обвинению в мошенничестве, а тогда был вполне уважаемым человеком, даже трудился какое-то время в 90-е в администрации президента.

В конце концов Минц стал председателем правления финансовой группы «Открытия» - компании Беляева. А когда у «Открытия» появился свой банк (изначально фирма занималась биржевыми операциями), клиентом все еще очень небольшой конторы вдруг стала настоящий гигант - РАО «ЕЭС» во главе с еще одним новым другом Беляева Анатолием Чубайсом.

Сотрудничество «Открытия» с энергетическим монополистом было странным — по крайней мере для непосвященного в хитроумные схемы человека. Попробуем объяснить. Дочерние компании РАО выпускали вексели — долговые ценные бумаги, «Открытие» их скупало и тут же продавало головной компании. Так Чубайс решал проблему финансирования «дочек», ведь чтобы дать им денег напрямую, требовалась целая громоздкая процедура, включающая в себя созыв совета директоров. Проще было провернуть схему с векселями. Беляев тоже не оставался в накладе — с каждой сделки ему капало полпроцента. Позже подсчитали, что таким образом «Открытие» заработало 10 млн долларов — солидные деньги. Вишенка на торте: главой банка «Открытие» тогда был Сергей Негашев, а в РАО за корпоративные финансы отвечала Юлия Негашева, его супруга.

Впрочем, в высшую лигу «Открытие» вывели не эти сделки, а роль санитара банковского леса, которую он с удовольствием играл. Тут нужно немного рассказать о процедуре санации. Проблемы хоть сколько-нибудь крупного банка всегда стресс для всей финансовой системы страны. Хотя бы потому что нужно вернуть людям из застрахованные вклады, даже если банкиры все деньги профукали. Для этого работает Агентство по страхованию вкладов (АСВ). В какой-то момент было решено действовать на опережение: когда регулятор замечает очевидные проблемы у банка, там вводится внешнее управление и новым топ-менеджерам дают денег, чтобы разобраться с проблемами. Как правило, это дешевле, чем компенсировать последствия банкротства.

И вот именно «Открытие» в 2008-м стало первым частным банком, пришедшим по такой схеме на помощь другому. Не безвозмездно, конечно: АСВ выдало ему 8 млрд рублей на спасение Русского банка развития. Беляев быстро поглотил РБР, тем более что АСВ взяло на себя просроченные кредиты.

По такой схеме «Открытие» поглотило и успешно переварило еще пару банков, добравшись до звание самого крупного частного банка страны. Тогда, в начале 2010-х Беляев стал очень модным бизнесменом, собирая шумные тусовки на Петербургском экономическом форуме, снимая рекламу с Александром Овечкиным, спонсируя тот самый «Квартет И», и показывая кузькину мать благопристойным гостям швейцарского Давоса, куда Беляев как-то привез группу «Ленинград».

Но довольно быстро «Открытие» откусило больший кусок, чем смогло переварить. В конце 2015-го ЦБ объявил о начале санации банка «Траст» - с помощью все того же Беляева. На спасение «Траста», ставшего частью холдинга «Открытие», государство выделило невиданные до того 127 млрд рублей. Просто признать его банкротам и раздать вкладчикам деньги было бы дешевле. И если раньше у Беляева и его подчиненных получалось привести «пациентов» в чувства, то проблемы «Траста» только росли. Менеджеры пытались выбраться, но все больше увязали в болоте долгов и сложностей. И вот в конце августа 2017-го ЦБ объявил, что берет «Открытие» под свой контроль. От схемы с частным «спасателем» отказались, с тех пор подобные дела разгребает сам регулятор.

Новое руководство «Траста» постепенно выводит банк из крутого пике, параллельно пытаясь вывести бывших управленцев на чистую воду. Они уверены, Беляев спасал с тонущего корабля не женщин и детей, а деньги, выведя из «Траста» 156,6 млрд рублей. Больше того, в схемах Беляева увидели признаки финансовой пирамиды.

- Компания погашала свои старые обязательства за счет новых кредитов и облигаций, - говорят в пресс-службе «Траста». - При этом деньги, которые таким образом удавалось привлечь, через фиктивные сделки частями направлялись компании, которые контролировались ответчиком (Беляевым — прим. авт.), хоть формально и не были с ним связаны.

Впрочем, добраться до спонсора «Квартета И» непросто. Вскоре после того, как управление «Открытием» перешло ЦБ, он уехал из страны и осел в Нью-Йорке, сменив на всякий случай фамилию. Вернее, вернул отцовскую — Вольфсон. В Большом яблоке бывший банкир явно не бедствует: последнее известное место его пребывания — исторический особняк в престижном районе Сохо на Манхэттене. Там все по красоте: 1115 квадратов, 8 ванных комнат, пара бассейнов и винная комната.

Нью-Йоркский суд отказался разбираться в делишках Беляева. Теперь новое руководство «Траста» судится с ним в Москве, хотя все активы у беглого банкира за океаном.

А сам Беляев словами своих друзей из «Квартета И» проговаривается о главной мечте. В одной из сцен герой Камиля Ларина, который работает в аппарате правительства, говорит приятелям, что Вадика в ближайшее время должны были «простить». Причем не просто так, а позвать его на работу «к нам».

КОМПЕТЕНТНО

- Такой спектакль, разумеется, не мог появиться случайно, - уверен экономист, ведущий радио «Комсомольская правда» Никита Кричевский. - У любого русского человека, застрявшего за границей, развивается ностальгия и тяга на родину. У Набокова, между прочим, всегда в гостиничном номере, где он жил, стоял собранный чемодан, чтобы при первой возможности рвануть в Россию. Душа у человека болит, хочется домой. Тем более, никто не молодеет, а с возрастом все это проявляется еще ярче. В конце концов тут могилы родных, тут друзья. Думаю, Беляеву очень хочется вернуться, чтобы все снова закрутилось, чтобы почувствовать кураж тех лет. По сравнению с этим даже сытая жизнь в Нью-Йорке совсем не то. Так что спектакль — это такая попытка напомнить о себе и создать положительный имидж. Не думаю, что Вадим верит, что его просто простят. Но всякое бывает: например, ему могут поменять статью, и срок давности пройдет. А пока можно повспоминать, как хорошо было раньше.