Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+11°
Boom metrics
Общество
Эксклюзив kp.rukp.ru
28 июля 2022 15:55

Северный полюс растает к 2050 году: реальные проблемы Русской Арктики

Корреспондент «КП» поговорила с экспертами «Ледокола знаний» о положении дел на русском Севере
Заслуженный полярник Виктор Боярский

Заслуженный полярник Виктор Боярский

Фото: Мария БЕРК

«Твои знания - твой билет на Северный полюс». С таким лозунгом выступает «Росатом» в рамках своего образовательного проекта HomoScience, посвященный популяризации науки среди молодежи и школьников.

«Ледокол знаний», который отправился из Мурманска к Северному полюсу 8 июля, собрал на своем борту на целых десять дней 64 одаренных подростка изо всех уголков России. Вместе с ребятами на «шапку мира» отправилась и корреспондент «КП».

На пути к полюса дети от 14 до 18 лет не столько наблюдали за красотами Арктики, сколько изучали ее проблемы вместе с приглашенными экспертами. По итогам экспедиции, ребята презентовали шесть арт-объектов и мини-фильмов, каждый из которых посвящен актуальной проблеме Севера: экосистема арктического региона, изменения климата, проблема загрязнения, особенности энергетического потенциала региона, коренные малочисленные народы русского Севера и особенности инфраструктуры Арктики.

ДРЕЙФУЮЩИЙ ПАРОХОД

- Льды стали тоньше, - констатирует заслуженный полярник Виктор Боярский, вглядываясь в чернеющие прогалины, прорезающие белоснежные ледовые поляны. В Арктике Боярский оказался впервые в 23 года, провел зимовку на дрейфующей научной станции «Северный полюс 24» как радиогляциолог - изучал плотность льда.

Начало научному исследованию Арктики положила первая дрейфующая станция «Северный полюс-1» под руководством Ивана Папанина. Потом таких станций было 40.

- В 2003 году возобновились работы, но шли в лихорадочном режиме. Ни одна станция более года не существовала, лед стал похуже. В 2013 году была крайняя станция «СП-40», членов экспедиции экстренно эвакуировали, поскольку многолетнего льда стало меньше, динамика покрова изменилась, - рассказывает Боярский, не отрываясь от линии горизонта, то озаряемом солнцем, то скрываемом туманом. В Арктике погода меняется стремительно.

- Сейчас построили самоходную ледостойкую платформу «Северный полюс», условно пароход, - поясняет полярник, ловя мой удивленный взгляд. - Ее планируют запустить уже в этом году. Зайдет в лед и со льдами будет перемещаться, а там куда принесет, может, через год-два вынесет в районы Шпицбергена.

ЗА ЛЬДАМИ - ИЗ КОСМОСА

К нашему разговору присоединяется океанолог Елизавета Егорова. Она специалист по морским льдам, поэтому как только ледокол вошел в ледяную пустыню, Елизавета не покидает ходовой мостик: ведет записи в журнале, фотографирует, фиксирует координаты.

- Арктика, действительно, тает, - соглашается океанолог. - Из-за того, что сократилась площадь ледяной шапки в Северном Ледовитом океане, забили тревогу в конце ХХ века - в начале XXI. Полян стало меньше, а открытой воды больше.

Изучение ледовой обстановки в Арктике в основном ведется по спутниковым снимкам, а это весьма непростое занятие - всему виной облака, которые устилают все, что выше 82 градусов северной широты. А отправиться на ледоколе изучать льды воочию могут далеко не все ученые.

- Уровень воды в Северо-Ледовитом океане повышается, но пока не настолько критично. Если бы это было критично, то Петербург уже затопило, как и все города, которые находятся близко к уровню моря, - успокаивает океанолог.

- А когда Арктика растает окончательно? - не унимаюсь я.

- Прогнозов существует много, для каждого моря свой. К примеру, к 2030 году зимой в Баренцевом море льда вообще не будет, хотя мне сложно это представить, - признается Егорова.

АТОМНЫЙ ФЛОТ

Выходит, если общая тенденция к потеплению Арктики сохраняется, то атомный ледокольный флот РФ (единственный в мире) теряет смысл? С этим не согласен капитан ледокола «50 лет Победы» Руслан Сасов.

- Перед тем, как начали строительство новых ледоколов, был сделан заказ научным институтам, в частности, Институту Арктики и Антарктики, о ледовых условиях на ближайшие десятилетия. Ученые сказали, что как минимум до 2050 года в Арктике лед сохранится, - говорит капитан.

Капитан ледокола «50 лет Победы» Руслан Сасов

Капитан ледокола «50 лет Победы» Руслан Сасов

Фото: Мария БЕРК

Уже сейчас введены в эксплуатацию новые ледоколы «Арктика» и «Сибирь». В конце этого года будет принят «Урал», на стадии строительства находятся «Якутия», «Чукотка» и «Россия». В итоге через несколько лет Россия будет обладать 10 атомными ледоколами и одним уникальным атомным контейнеровозом Севморпуть, что будет отвечать планам развития Северного морского пути.

- Думаю, в ледоколах мы не перестанем нуждаться, - добавляет океанолог Елизавета Егорова. - Даже если лед станет тоньше, то все равно существует опасность для обычных судов. Молодой лед имеет свойство тороситься, наслаиваться друг на друга, а для корабля это опасное явление. Торос - это мини-версия айсбергов, в поле торосов можно неплохо застрять.

МУСОРНОЕ НАСЛЕДИЕ

Арктика - одна из самых хрупких экосистем планеты. Экологические проблемы, которые могут начаться здесь, рискуют из региональных разрастись до общемировых. Поэтому программа ООН по окружающей среде включает помимо изменения климата и таяния льдов еще одну проблему - загрязнение арктической экосистемы.

- На данный момент говорить о чем-то сверхкритическом не стоит, - говорит кандидат биологических наук, заведующий лабораторией Владимир Мязин. - В индустриальном плане регион освоен слабо, хотя сейчас начинаются локальные работы на шельфе арктических морей, но их не так много, и пока это не должно привести к масштабным катастрофам.

Кандидат биологических наук, заведующий лабораторией Владимир Мязин. Фото: Алёна Медведева

Кандидат биологических наук, заведующий лабораторией Владимир Мязин. Фото: Алёна Медведева

Самые загрязненные районы Арктики - места скопления промышленных объектов. Также стоит острая проблема мусора на арктических островах, особенно на архипелаге Земля Франца-Иосифа и Новосибирских островах. 95% от общего объема - это наследие СССР - объекты накопленного экологического ущерба. Например, заброшенные военные поселки или метеостанции. Но постепенно эту проблему решают: очищают побережье, вывозят металлолом, убирают свалки, локальные разливы нефтепродуктов, поясняет Мязин.

Большую роль в этом деле играют сотрудники Национального парка «Русская Арктика», основанного в 2009 году. В рамках программы «Очистка Арктики» было вывезено 50 тысяч тонн мусора и проведена рекультивация земли площадью в 570 футбольных полей!

Инспекторы парка рассказывают, что помимо «советского наследия» каждый год им приходится убирать острова от мусора, выбрасываемого моря. А там можно найти и ботинки, и зубные щетки, и стеклянные шары, использованные для рыболовства, и даже американские зонды. При этом сказать, что с каждым годом мусора становится все больше, инспекторы не могут.

МУТАГЕН? БАЛЛАСТ? ТОКСИН?

Микропластик - проблема, захватившая умы ученых в конце 2010-х годов.

- В Баренцевом море микропластика больше, чем в Карском и восточных морях Арктики. Это связано с интенсивным судоходством и наличием течения, которое приносит мелкие частицы из Атлантики, - говорит Владимир Мязин. - С тем количеством микропластика, который сейчас есть в Арктике, даже нет особого смысла придумывать глобальные технологии. Проблема не так остро стоит.

Однако до сих пор ученые не пришли к единому мнению, как микропластик может повлиять на арктическую фауну.

- Никто не знает, как пластик будет влиять на организм животных, если туда попадет. Возможно, он станет мутагенным фактором. А, может быть, и балластом, который будет сохраняться в организме, или, напротив, без проблем выводиться, - перечисляет версии натуралист, популяризатор биологии, автор и ведущая проекта «Всё как у зверей» Евгения Тимонова. - Если пластик будет работать как токсин, то он будет выступать как естественный отбор. Нечто подобное делают вирусы, направляя движение естественного отбора. Также нельзя исключать, что могут появиться микроорганизмы, которые смогут поглощать микропластик. Ведь наш мусор - это чья-то еда.

Популяризатор биологии, автор и ведущая проекта «Всё как у зверей» Евгения Тимонова. Фото: Алёна Медведева

Популяризатор биологии, автор и ведущая проекта «Всё как у зверей» Евгения Тимонова. Фото: Алёна Медведева

Фото: другой источник.

КУЛЬТУРА ЗА ДЕНЬГИ

Рассуждая о проблемах Арктики, довольно часто забывают о малых коренных народах Севера. Согласно переписи населения 2010 года, в арктических районах проживает 127 этносов - около 200 тысяч человек. Например, представителей народности кереки оставалось всего четыре человека. Но далеко не все этносы находятся на грани исчезновения, довольно благоприятная демографическая ситуация наблюдается у ненцев, эвенков и хантов.

- Ключевая проблема малых народов Севера - глобализация, которую невозможно избежать. Из-за нее любые малые народы теряют свою идентичность. Люди просто перестают идентифицировать себя как народность. Часто молодое поколение хочет интегрироваться в глобальный мир, отказываясь от своей национальной культуры. Они учат свой родной язык как иностранный, а язык - один из признаков идентичности, - говорит историк, доцент УрФУ Антон Кочнев.

Еще одной проблемой, с которой сталкиваются малые народы, - климатические изменения. Сокращение пастбищ и поголовья оленей приводит к тому, что люди из чумов или юрт перебираются в города.

Историк, доцент УрФУ Антон Кочнев

Историк, доцент УрФУ Антон Кочнев

Фото: Мария БЕРК

- Проблема урбанизации возникла еще в ранний советский период. С одной стороны, малые народы перестали быть изолированы, получили доступ к соцблагам, но с другой стороны - таким образом был нанесен удар по нацкультуре, - поясняет Кочнев, добавляя, что все чаще идентичность превращается в способ зарабатывания денег для представителей малых коренных народов.