Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+10°
Boom metrics
Общество9 сентября 2022 4:06

Михаил Горбачев: «Иначе СССР вообще разденут»

9 дней, как не стало Михаила Горбачева
Летом 1990-го генсек ЦК КПСС Михаил Горбачев провел последний, XXVIII съезд компартии, а год спустя этой партии не стало... Фото: Александр ЧУМИЧЕВ/ТАСС

Летом 1990-го генсек ЦК КПСС Михаил Горбачев провел последний, XXVIII съезд компартии, а год спустя этой партии не стало... Фото: Александр ЧУМИЧЕВ/ТАСС

Всплывают документы его эпохи. «КП» нашла стенограмму последнего совещания Президента СССР с главами советских республик - о шоковой терапии и распродаже заводов и недр иностранцам заговорили... за полгода до развала страны.

Летом 1991 года, накануне поездки на «большую семерку» и последнего отпуска в Крыму, Президент СССР Михаил Горбачев провел встречу с главами республик, последнюю в таком формате.

Потом был ГКЧП, парад суверенитетов, Беловежье. «КП» нашла в архивах стенограмму совещания 8 июля 1991 года в «Ново-Огарево». И из нее ясно - шоковую терапию, которую республики введут у себя через год, обсуждали еще на уровне СССР. И взлет цен, и продажу предприятий иностранцам. В «Ново-Огарево» собрались лидеры 9 из 15 союзных республик. Горбачев что-то обещает, но уже видно, что управление страной он теряет.

ПИКИРОВКА С ЕЛЬЦИНЫМ

Бориса Ельцина уже избрали Президентом РСФСР. В «Ново-Огарево» он оппонировал Горбачеву. Обсуждалось, как лидер СССР должен отстаивать позиции Союза на встрече с главами стран G7 в Лондоне, куда советский лидер улетал после совещания.

Ельцин:

- Ждут (на Западе. - Ред.) от вас слово «частная» - вы в первый раз назвали это в отношении собственности.

Горбачев:

- Плохо ты читаешь.

Ельцин:

- Нет, я хорошо читаю и быстро.

Горбачев:

- Вот, наверное, быстро - это да.

Ельцин:

- Нет, я не пропускаю. Гениальных особенно выражений. Если оно будет сказано так, как вы здесь сказали, я думаю, это вызовет удовлетворение. Пока складывается впечатление, что вы против частной собственности. Наверное, в Лондоне вообще не стоит это говорить.

Горбачев:

- Это наш вопрос.

Ельцин:

- Нет, наш вопрос. Мы у себя в России чрезвычайный бюджет хотим утвердить. И вы сказали о сокращении затрат на оборону…

Горбачев:

- Пока Борис Николаевич четвертый пункт ищет, скажу, что с 1988 по 1991 год ассигнования на закупку вооружения снижены на 29%.

Ельцин:

- Важно заявить, что и республики, и Союз - все намерены платить долги. Другое дело, что структуру долгов учитывать.

Горбачев:

- Это другой вопрос.

Ельцин:

- Да, это другой вопрос, и надо подсветить его. Надо четко заявить: мы будем платить.

Горбачев:

- Мы и не можем иначе.

ДИАЛОГ С КАРИМОВЫМ

Ислам Каримов, уже избранный президентом Узбекской ССР, на встрече в «Ново-Огарево» говорил с Горбачевым от имени азиатских республик.

Каримов:

- Если вопрос в том, что мы полностью отменим цены (регулирование цен. - Ред.), чего от нас потребует «семерка», то в нашем регионе это неприемлемо. Михаил Сергеевич, это очень опасно!

Горбачев:

- Ну это предмет согласования всех. Я буду полагаться на общее выработанное мнение.

Каримов:

- Вы сказали: «доживем до конца года», а есть прогнозы, что цены взлетят в 5 - 6 раз. Мы очень опасаемся, что завтра произойдет что-то непоправимое.

Горбачев:

- Такой подход - он наш общий. Но механизм реализации мы должны будем отработать.

Каримов:

- А где определить черту, где народ не выдержит?

Горбачев:

- А это мы вот с вами. И в России неодинаково будет. В одном регионе одно. В другом - другое.

Каримов:

- Больше всего у нас боятся, что будут торопить. То есть полное отсутствие госрегулирования в вопросах продовольствия.

Горбачев:

- Это, я думаю, немедленно будет отпор дан. Но я исключаю, товарищи.

Каримов:

- Перед тем как в Лондон ехать, надо это в печати как-то сказать.

Горбачев:

- Надо, надо. Я коротко, но скажу. Кстати, это мне даст возможность в Лондоне опереться на нынешний разговор...

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ФОКИНА

Витольд Фокин - глава кабмина Украинской ССР. Ему Горбачев предлагал возглавить советское правительство, но тот отказался.

Фокин:

- Михаил Сергеевич, вы в докладе забыли один пункт назвать. Ни в коем случае не прибегать к шоковой терапии.

Горбачев:

- Нет, это я сказал.

Фокин:

- Ну, может, я что-то… Не важно. Я думаю, нельзя безоглядно идти на либерализацию цен. Нельзя за счет народа. Иначе никто не определит грань, за которой терпение народа лопнет. И еще - каждая республика должна отвечать за часть общегосударственного долга, без этого у нас будет винегрет.

Горбачев:

- Тут ведь как: координация нужна, иначе нас вообще разденут и вообще не разберешься.

АРГУМЕНТЫ ПРИМАКОВА

Евгений Примаков летом 1991-го был членом Президентского совета и входил в ближайшее окружение Горбачева.

Горбачев:

- Евгений Максимович, ты поездил на всех направлениях, повстречался. Что скажешь?

Примаков:

- Чего не хотят они - чтобы мы рассчитывали на какие-то суммы от них. Не хотят впечатления, что можно к ним прийти и уйти с полными карманами. В то же время они явно понимают, что необратимость перестройки зависит от того, что они должны оказать поддержку.

Горбачев:

- У нас уже приняты очень важные решения, мы подготовили базу. Вплоть до того, что не только совместные предприятия могут участвовать в приобретении акций и стопроцентный капитал, но и предоставление концессий. Сразу встал вопрос опять и с этого угла: ну а как же ускорить переход к конвертируемости рубля?

Примаков:

- Они хотят, чтобы это был не одноразовый акт, а начало пути.

Горбачев:

- Большое значение будет иметь дальнейший разворот. Главное - подготовиться к тому процессу, который будет после Лондона. Теперь огромное значение придается согласию между центром и республиками. Они рассчитывают, что приедет президент, укрепленный мандатом, полученным от республик.

ИЗ ДОСЬЕ «КП»

Саммит «большой семерки», на который пригласили Михаила Горбачева, прошел с 15 по 17 июля 1991 года в Лондоне и оказался последним международным форумом, в котором участвовал Горбачев как Президент СССР. Кроме моральной поддержки, высказанной Бушем-старшим, Гельмутом Колем и Франсуа Миттераном в адрес Горбачева лично и его реформ, советский лидер не получил ничего. Через месяц после возвращения с саммита G7 Президент СССР был заблокирован ГКЧП на своей даче в Крыму и фактически утратил власть над страной, а в конце 1991-го сложил президентские полномочия.

УЧАСТНИКИ ВСТРЕЧИ

Лишь 9 из 15 республик СССР прислали 8 июля в «Ново-Огарево» своих руководителей. Россию представляли президент Ельцин и премьер Силаев, Белоруссию - премьер Кебич и глава Верховного Совета Дементей, Кыргызстан - президент Акаев и премьер Исанов, а вот украинский президент Кравчук сослался на «большую занятость», казахстанский лидер Назарбаев - на встречу с послами, а глава Азербайджана Муталибов - на сложную обстановку в республике.