Жалко, Гоголь не дожил: Русскую литературу предлагают редактировать благодарные потомки

И в гримасах ультраохранительства, и в агрессивной ЛГБТ-повесточке пугает и забавляет ровно одно: желание натянуть сову на глобус

Фото: Shutterstock.

Интересно было бы найти на берегу Оки бутылку с посланием от Максима Горького или, скажем, на набережной канала Грибоедова — от Гоголя: «Ну что, потомки, как вы там живете в 2022-м? Пишите крутые книги на века, гениально осмысляете реальность, издаете нас миллионными тиражами?»

Горько стало бы потомкам.

Но не всем.

По крайней мере, инициативу Российского книжного союза, предложившего Госдуме РФ рассмотреть классику на предмет дискредитации традиционных ценностей, восприняли именно так: грустно это все. Докатились. Что же это делается? Ох.

И в гримасах ультраохранительства, и в агрессивной ЛГБТ-повесточке пугает и забавляет ровно одно: желание натянуть сову на глобус. Задним числом провести редактуру готового произведения невозможно, даже если удалить оттуда ряд сцен. Вот жила своей жизнью много-много лет книга (или фильм), ее (его) читали, изучали и интерпретировали, а потом пришли активисты — или с хоругвями в руках, или с радугой вместо извилин — и начали вносить правки с настойчивым зудом редактора Степана Афанасьевича из комедии «Курьер». Или пришла мода — определять себя как нечто. И создатели «Матрицы» начали смещать акценты по ходу пьесы, меняя правила. Мол, два мира в фантастической франшизе — это зеркало раздираемого противоречиями транса. А хакерша Багз — в честь Багза Банни, который любил переодеваться в мультике, поэтому был одним из первых символов транс-движения.

Класс?

Если войти во вкус, можно увлечься и пойти дальше.

До победного! Нам есть, чем ответить.

Пересмотреть сцены с переодеванием «трансвеститов» Евгения Леонова, Савелия Крамарова и Георгия Вицина в «Джентльменах удачи», гей-мюзикл «Здравствуйте, я ваша тетя!» (или вы считаете, что все влюбились в толстого мужика, реально посчитав его донной Розой?), обосновать «Оскар» лесбийской фем-драмы «Москва слезам не верит» смелостью по тем-то временам. Рассказать «правду» о поэтах Серебряного века, подозреваемых в горячей декадентской тяге друг к другу, а вот «Благоволительниц» Джонатана Лителла с латентным гомосексуалом из СС преподавать как явственный пример эффекта нацификации.

Умелец виртуозно высмеять чиновничий абсурдизм и попугайские тренды Николай Васильевич Гоголь наверняка написал бы сейчас пару хлестких повестей, но ведь и он… поговаривают… очень подозрительно дружил с музыкальным деятелем Иосифом Виельгорским. Проверить бы. И ведь ЛГБТ — еще полбеды, вот «Капитанская дочка» — открытый экстремизм, «Тарас Бульба» — и вообще страшно представить что.

Самое печальное, что перепуганных издателей, шлющих письма в РКС и ГД РФ, понять несложно — дуют на молоко. А вот либеральный дискурс подобного не прощает: российскую власть (хотя инициатива идет от бизнесменов, то есть снизу) уже начали обвинять в попытках кромсать классику во имя мифических скреп, отменить Набокова и загонять читателя в стойло.

И тут ведь дело не в перегибах на местах — они неистребимы в любой сфере — дело в том, что акты проявления псевдогражданской бдительности оттеняют реальные перекосы. Ведь если на давно уже выходящие в крупных издательствах гей-рассказы и повести никто из публики особого внимания не обращает (как бы Никита Михалков с Дмитрием Киселевым не распиарили плохо написанную беллетристику про пионеров, никто и не знал бы про пошлую книгу, в которой «Юрка задохнулся от удовольствия»), то русофобские романы лежат на книжных полках высокими пачками.

Хотя никакой пропаганды скреп в реальности не существует. Загляните в топ-10 книг по продажам. Или просто в книжный. Там с лучших мест на вас взглянет бесконечная «Зулейха открывает глаза» в ассортименте — разнообразный сказ про жуткий советский мордор (где, кстати, книга-исследование про ПРИЧИНЫ депортации крымских татар, а?) и озверелых пьющих русских. А еще Борис Акунин*, Людмила Улицкая, Дмитрий Глуховский*, Виктор Ерофеев и др. Все авторы прекрасны по-своему...

А вот советская власть издавала и продавала ЛУЧШУЮ в мире, бессмертную пропаганду — Горький, Маяковский, Фадеев, Симонов, Олеша, Шолохов или Леонов — вагонами. Не говоря про кино («Девчата», «Весна на Заречной улице», «Берегись автомобиля» и многие другие блестящие работы сняты по заказу Гостелерадио). Люди любили эти книги и фильмы. Это и правда было великое кино и литература экстракласса, в том числе и отмеченная даже нобелевкой («Тихий Дон», 1965 г.). Пусть и с 12 попытки, но отмеченная. А кто сегодня претендует на громкие премии? Гражданка РБ Светлана Алексиевич и отказавшаяся от госпремии Людмила Петрушевская — да. А вот Виктор Астафьев и Андрей Битов, пока были живы, нет.

Логично?

А кто на весь мир пиарит книги Михаила Тарковского, Владимира Шарова, Кирилла Рябова, Алексея Варламова, Евгения Водолазкина, Александра Терехова и многих других, безвозмездно прославляющих страну русских писателей? Литературная пятиминутка на канале «Культура»? Наш сверхдемократический литературный истеблишмент устроен так, что перечисленные только по факту взглядов не входят и не войдут в определенный круг «элит», их даже интеллигенцией-то никто звать не будет: так и проживут, как Эдуард Лимонов и Александр Проханов с Юрием Мамлеевым — на маргинальной внемейнстримной обочине. В статусе шатунов. Про популярность в народе и вовсе смешно говорить. Кого из авторов, кроме Пелевина и Сорокина, знает коллективный молодой россиянин? Даже певца Урала Алексея Иванова, которого активно экранизируют, не знает. Вот в чем проблема-то, а не в фискальных бумажках и крючкотворчестве.

Литературные премии перестали быть лотереей — теперь это закрытые клубы по интересам, союзы писателей — злобные секты, желчный институт критиков тоже атомизирован и максимально ангажирован, что такое Российский книжный клуб и зачем он нужен — и вовсе никто не знает.

А в это время литература в стране рождается, живет и умирает. На личные средства издан поэтический сборник донбасской поэзии — угадайте, в скольких магазинах его можно будет найти и каков будет тираж? Напишет ли про него глянцевый журнал или прогрессивный критик Галина Юзефович, которая считает активацию ЛГБТ-тематики «нормализацией» и трендом? А изучающие на молекулярном уровне современность маститые блогеры, ум, честь и совесть интернета, (Ксения Собчак, Екатерина Гордеева*, Алексей Пивоваров*) посвятят этому новому витку словесности выпуски? Они ведь профи, не идеологизированы и объективны. Не могут пройти мимо.

Или — стоп, это же другое.

Увы, в каждом конкретном случае взгляд на литературу зависит от смотрящего. И если Юра Дудь видит в романе «Это я, Эдичка» манифест, то здоровый читатель — исключительную работу непревзойденного мастера слова и детали.

Осквернить литературное произведение, как и бога, нельзя.

Но предать, утратить код — запросто.

Литература — наша нефть и газ.

Вот, что надо ставить на поток по всем трубам и держать волатильность на самом высоком уровне.

А что касается инициатив и ревнителей — тут волноваться не за что. Богата русская земля Леопольдами Авербахами, что поделать.

Но бумага все стерпит.

* признаны Минюстом РФ иноагентами