
На днях на сайте Театра Ермоловой появилось сообщение: «Ушел из жизни Владимир Кузенков, заслуженный артист России… Выражаем соболезнование родным... Для нас это огромная потеря…». Стандартные слова для подобных горестных случаев. Необычно то, что театр о «потере бойца» узнал лишь две недели спустя. Владимир Кузенков умер еще в прошлом году – 28 декабря. Ему было 83 года.
В коллективе ермоловцев, в той его части, которая здесь работает давно, возникло недоумение: как получилось, что о смерти коллеги, который прослужил в этом театре без малого полвека, они узнали так поздно? Да, Владимир Николаевич был скромным, закрытым человеком. Не звезда, не самый известный артист, но он был предан этому театру.

Его коллеги сейчас говорят: «Дело не в том: популярный или непопулярный… Ушел человек, артист, член коллектива. В театре ни разу никого не подвел, разве этого мало, чтобы вспомнить о нём? А мы с ним даже не простились… Вообще не знали о его смерти. Распалась связь времен, человек ушёл, а никому до этого нет дела, даже если родственники не позвонили. Они ведь тоже могли подумать: кому в театре это сегодня интересно, тем более перед новогодними праздниками?».
Меньше всего хотелось бы в этой грустной истории обвинять нынешнюю администрацию театра. Но удивление артистов тоже можно понять. Они переживают. И ещё острее чувствуют страшную разобщенность, которая наблюдается в их коллективе в последние годы. Говорят, что при прежних руководителях театра – худруке Владимире Андрееве, директоре Марке Гурвиче - такого быть не могло.

Владимир Кузенков служил в Театре Ермоловой с 1976 года (задолго до рождения нынешнего молодого директора Сергея Кузоятова), сыграл десятки ролей, в том числе в таких знаковых постановках: «Василиса Мелентьева», «Прибайкальская кадриль», «Демон», «Счастливчики», «Событие»… Ермоловцы старшего поколения вспоминают его главную роль в спектакле «Я есть, Ты есть, Он есть» по рассказу Виктории Токаревой. И работа была достойная, и спектакль хороший. Он никогда не был звездой, как например нынешний худрук Олег Меньшиков.
Но ведь в театре не все должны быть звездами, нужны и те, кто играет другие, не главные роли. И важно понимать, что не только без звезд, но и без таких артистов театр тоже не может существовать. Он держится на тружениках, которые выходят на сцену, чтобы даже в небольшой роли отдать частичку своего сердца, как говорил недавно ушедший Юрий Соломин.

Любой коллектив, тем более творческий, – это живой организм, помимо работы он наполнен ещё человеческими отношениями. Если каждый понимает, что он не просто винтик, а важная, необходимая часть большого механизма, это только сплачивает. Тогда и рождается театр-дом, о котором так часто вспоминают. И которого почти нигде не осталось. Тут не захочешь, а вспомнишь Театр Вахтангова, где это понятие «театр-дом» не замылилось, а по-прежнему существует. Его директор Кирилл Крок перед Новым годом обратился к каждому сотруднику, от гардеробщицы до народного артиста, поздравил каждого и, невзирая на звания и заслуги, сделал одинаковую всем прибавку к зарплате. Для нормального руководителя все работники равны. И это тоже объединяет коллектив и ведет к новым творческим свершениям.