Свечи из картошки, застывшие лифты и холодные батареи: история дома в Донецке, где семьи живут под украинскими обстрелами без света и водыфотовидео

Татьяна ходит за водой вместе с детьми.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

ПРИВЫЧНЫЙ КОНЕЦ СВЕТА

Что такое мегаполис без электричества? Это немые светофоры, вставшие трамваи и троллейбусы, пустые заправки. А еще - испорченные продукты в холодильнике, застывшие лифты в многоэтажках, отсутствие тепла и связи. Если в магазине есть генератор, то повезло, карточкой все равно не расплатишься, да и наличку в банкомате не снимешь. А не дай бог что, скорую не вызовешь. В общем, апокалипсис.

Его и устроили украинские националисты в Донецке - обстреляли сразу три подстанции, сожгли трансформаторы. Половина города осталась без света.

Выйдя из темного и замерзшего дома, с тревогой гляжу на оставшиеся 12% зарядки телефона, я иду гулять по городу. А люди… ведут себя как обычно - они привыкли к трудностям. Хорошо хоть другая половина города со светом - на некоторых перекрестках ловит связь (мой «связной» - в паре километров от дома). Дончане заряжают телефоны на работе, у знакомых, да хоть в магазинах. Пока городские власти, прилагая титанические усилия, исправляют ситуацию под очередными обстрелами, в соцсетях жители обсуждают, кому уже дали свет и тепло.

ДЕНЬ ВОДЫ

Я отправился в микрорайон Текстильщик - тот самый, где по рынку ударили украинские националисты, убив и покалечив несколько десятков мирных жителей.

Поехал с подарками: взял пряники, конфеты, теплые носки и перчатки, но главное - питьевую воду в баклагах. Последний подарок дорог не ценой, а тем, что носить воду людям физически тяжело.

Одна из девятиэтажек примыкает вплотную к рынку. Света тут нет, воды тоже. А люди есть. Уезжать не собираются. Говорят, незачем. Это их дом.

Поднимаюсь на шестой этаж к Светлане. Ей 52 года, бывший инструктор по цигун и йоге. Живет с пожилой мамой и братом-инвалидом.

Светлана заботится о маме и больном брате.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

Воду в квартире Светы дают примерно раз в неделю. Время заранее не угадаешь. Ее тут ждут, как прибытия поезда, следят за перекличкой в интернет-чатах: «на Петровке дали», «вода пришла на ДСК» - значит, скоро будет на Текстильщике, пора бежать с работы домой. Но до верхних этажей вода не поднимается, напор слабый, поэтому жильцы вывели шланг из подвала на улицу.

В каждом подъезде - 36 квартир. Если не наберешь сейчас, еще неделю без воды. Но бывает, что приходится топить снег. Из 10-литрового ведра снега получается 2,5 литра воды.

Запас воды на неделю.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

На трех человек Светлане на неделю нужно до 30 баклажек по 6 литров. Это только техническая вода - для мытья, уборки. За питьевой нужно идти в магазин отдельно. Хорошо, что Света в хорошей форме (занятия йогой оказались полезны), но все же если лифт не работает, носит по одной баклажке зараз. То есть ей нужно подняться и спуститься 30 раз.

СВЕЧИ ИЗ КАРТОШКИ

Когда отключают свет, Светлана вывешивает пакет с продуктами за окно (холодильник же размораживается), из которого виден тот самый рынок. За продуктами ходят туда, даже сейчас, после обстрела. А куда деваться? Не сидеть же голодными!

- Сюда часто прилетает?

- Бывает. У нас на 7-м этаже бабушка живет. Сидела на кровати, решила прилечь. А тут обстрел. Прилетел огромный такой осколок и прямо над ее головой в стену воткнулся.

- А вы сами попадали под обстрелы?

- Да. Под «Грады». Пришлось полежать.

- Страшно было?

- Это раньше мы боялись. Бежали в подъезды. У людей срабатывает синдром курицы, что нужно бежать куда-то. Не успеешь! Нужно просто упасть и лежать. Тогда есть шанс.

Продукты Светлана хранит за окном.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

Текстильщик находится на стыке Кировского и Петровского районов. В этой части Донецка многолюдно, несколько крупных рынков. Даже из центра люди приезжают закупаться. Но передовая рядом, в каких-то 10 - 15 км. И вражеские дроны здесь явление регулярное. Люди слышали перед тем самым обстрелом, как они жужжали. А на Петровке сбросы с дронов на вышедшую на улицу семью с детьми - обычное дело. Недавно молодому отцу так оторвало ноги. Дети чудом не пострадали.

Эти районы считаются в Донецке опасными, поэтому коммунальные службы ездят сюда с осторожностью - по тебе всегда стреляют.

- Тут рядом у Петровского моста есть дом, - рассказывает Светлана. - Им прилетело в крышу, и никак не могут отремонтировать. У людей всё течет, а сделать ничего не могут.

В девятиэтажке Светланы хотя бы есть крыша. Батареи холодные, зато есть газ - можно погреться на кухне. А вечером Света зажигает свечи, которые делает сама: кладет в банку половину картофелины и втыкает в нее связанные вместе 4 спички, заливает старым постным маслом, которое собирает после готовки, поджигает фитиль - и вот! - свечка горит. Они даже умудряются читать.

Свечи из старого масла, спичек и картофелины.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

ПЛАКАТЬ НЕТ СИЛ

На той же лестничной площадке живет молодая мать Татьяна. Ей 25. У нее двое детей - Соня 7 лет и Артем - 1,5 года. Они греются у плиты на кухне. Муж служит на СВО.

Когда дают воду, Таня берет в охапку детей (не оставишь же их без присмотра!) и бежит во двор. Потом подхватывает одной рукой Артема, во вторую берет сразу две бутыли по 10 литров и пешком на 6-й этаж. А потом снова. И снова. Откуда у нее столько сил, понять совершенно невозможно. Она однозначно из тех русских женщин, которых ни скачущий конь не пугает, ни горящая изба.

И на рынок (тот самый!) она ходит вместе с детьми. Чудом в то воскресенье они не вышли вместе из дома.

- Жахнуло хорошо, даже кровать затряслась, - вспоминает Татьяна. - Вышла на балкон, смотрю вниз: там дым, люди кричат. Кум приехал, посидел с малыми, а я пошла туда. Брат моей бабушки во время этого обстрела погиб - приехал подстричься, переходил дорогу, осколок пробил ему сердце. Умер сразу. Там такое было... Украинцы в своих каналах пишут, что это нам месть.

Татьяна говорит спокойно. На слезы и крики сил давно нет. Только тихая ярость.

ТРУБЫ ГУДЯТ

На 9-м этаже в этом же подъезде живет пенсионерка Алла Васильевна. Ей 74 года. Когда электричества нет, не выходит из дома. Даже за водой. Она не может эту воду поднять к себе на этаж. Детей и внуков у нее нет - помочь некому. Бывает, кто-то из соседей принесет воды. Но как их просить об одолжении, когда они сами валятся без сил?

- Сюда наверх вода не поднимается, - говорит Алла Васильевна. - Хотя несколько раз давали. Я все емкости в квартире заполняю. Бочку себе купила, чтобы надолго хватало.

Алла Васильевна не выходит из квартиры когда не работает лифт.

Фото: Григорий КУБАТЬЯН. Перейти в Фотобанк КП

Алла Васильевна на пенсии. Подрабатывает уборкой. Как только соседи по телефону сообщают, что будет вода, спешит домой. Последние 4 дня электричества не было, лифт не работал. Значит, и ведра с водой не поднять.

- Уже 8 дней я не могу воду набрать, - говорит она. - Давали, но только на полчаса. Пока добежала, вода закончилась.

- А как соседи узнают, что воду дадут?

- Воздух из крана дует. И трубы в квартире гудят. Это значит, что вода на Текстильщик заходит.

Алла Васильевна не пользуется смартфоном. И переживает, что неудобно платить «коммуналку»: приходится стоять в очереди на улице по 2 - 3 часа. А ведь в любой момент может быть прилет.

Жизнь в Донецке тяжелая. Но в общем-то это вся «перемога», которой за столько лет борьбы с Русским миром добился националистический украинский режим. Угробили сотни тысяч украинцев, чтобы испортить жизнь русским. Тот, кто придумал этот план, вряд ли был психически здоров.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

«Цирк» с отставкой главкома ВСУ оказался отвлекающим маневром: подписывайтесь на наш подкаст, чтобы не пропустить новые выпуски по теме.