
В Советском Союзе эта профессия называлась «разведчик», но к внешней разведке (какой мы ее знаем по кинофильмам) эти герои не имеют прямого отношения. Тихо пришли, тихо взяли и тихо ушли. Так можно сформулировать основные принципы работы российской сыскной полиции. За свою историю одно из наиболее закрытых подразделений ФСБ - оперативно-поисковое управление, в народе - наружка, имело разные названия. Но широкую известность получило как седьмое управление КГБ СССР.
Сотрудникам наружного наблюдения каждый день приходится видеть противника в непосредственной близости, и при этом ни в коем случае нельзя допустить собственной расшифровки. Часто добытая наружкой информация определяет исход огромной операции. Но после победы в многоходовых шпионских баталиях про круглосуточный самоотверженный труд «невидимок» как-то быстро забывают. Да они и сами не любят быть на виду. Вот несколько реальных историй из их работы.
В начале восьмидесятых в американское посольство приехал работать под дипломатическим прикрытием сотрудник ЦРУ. От него ребята из наружки натерпелись. Бывало, выезжает из посольства и начинает кататься по городу - выявляет наблюдение. Был у него коронный трюк: он приводил за собой измотанную бригаду в район Арбата (там было много проходных дворов, где можно было даже проехать на машине), резко нырял во двор и уходил от преследователей.
Чего только не предпринимали парни из седьмого управления, даже «кирпич» перед въездом в арку повесили. Не помогло. И тогда посреди подворотни однажды появился бетонный столбик. В него-то и вписался на полном форсаже американец. Вот как бывает, когда водители игнорируют дорожные знаки. А бетонный столбик в той подворотне стоит и сегодня.
В арсенале ЦРУ было еще много уловок, заставлявших нашу наружку держать себя в тонусе. Например, когда с разницей в несколько минут из ворот посольства выезжали один за другим сотрудники посольской резидентуры (на языке профессионалов это называется «растаскивать наружку»). Кого из них брать под наблюдение? За каждым разведчиком «невидимку» же не приставишь. Сразу понятно: противник что-то задумал. Возможно, это закладка тайника или личная встреча с агентом в городе.
Был у американцев еще один хитрый трюк. Однажды во время наблюдения они предложили нашим традиционный проверочный маршрут по Москве. Ничего необычного не происходило, но в какой-то момент наблюдателям показалось, что фигура пассажира стала слишком статичной и странно покачивалась в машине.
Только позже удалось выяснить: когда машина с парой разведчиков уходила из поля зрения наружки, пассажир срочно «десантировался» в ближайшей подворотне, а в это время водитель баллончиком с газом надувал силиконовый манекен, расстеленный на пассажирском сиденье. С тех пор надувной американец среди наших ребят получил прозвище «резиновый Джо».
Сотрудников Группы «А» (антитеррористическое подразделение «Альфа». - Ред.) тоже учили наружному наблюдению. Им давали теорию, были практические занятия, и, наконец, экзамен: в условной точке взять под наблюдение «учебный объект», вести его какое-то время и фиксировать все действия.
Этими «учебными объектами» были сотрудники Первого главного управления КГБ СССР (это был экзамен разведчиков перед командировкой за рубеж). Если они раскрывали наблюдение, уходили от хвоста или выполняли учебное задание, считалось, что они экзамен сдали. Если нет, то загранкомандировка откладывалась.
Был в рядах наружки человек, которого никто ни разу не расшифровал, - капитан Виктор Федоров с позывным «Эфенди» (из-за характерной восточной внешности).
Виктор наряду с ценным качеством длительное время оставаться незамеченным часто, наоборот, лез на рожон. Например, когда объект испытующе смотрел на него в электричке, мог дерзко спросить: «Чего вылупился? Я тебе что, три рубля должен?»
Ни один «учебный объект» не мог представить себе, что этот небритый мужик в мятых брюках, с торчащими из-под засаленной кепки черными волосами является офицером КГБ.
И вот на очередном экзамене альфовцам попался очень опытный и хитрый «экзаменатор». Он так построил маршрут с ловушками и западнями, что выявил практически всех, кто вел за ним наблюдение (конечно, кроме «Эфенди»), и в итоге зашел в отделение почты. Ребята растерялись - ведь они все уже засветились. Оставалась надежда только на «Эфенди». И он решительно рванул дверь…
- Когда я вошел в зал, там, кроме «учебного объекта», никого не было, - вспоминал сам Виктор Федоров. - Он делал вид, что заполняет бланк телеграммы, и мне нужно было срочно что-то предпринять. Сдвинув кепку на затылок, я ринулся к стойке, где за стеклом сидела работница почты, и заорал на весь зал: «Валька, твою мать, я тебе что, пацан, что ли?! Я тебя вчера до девяти вечера прождал, а ты, сука, так и не пришла!»
Федоров навис над хлопающей глазами «Валькой» и незаметно показал ей удостоверение сотрудника МУРа. Онемевшая сотрудница заерзала на стуле и попыталась уйти в подсобку.
- «Куда пошла, курица, я с тобой разговариваю или с кем?» - продолжает рассказ Федоров. - «Учебный объект», не желая присутствовать при «семейном конфликте», вышел во внутренний двор. Продолжая грубить вконец потерявшейся даме, я метнулся к окну. «Объект», проходя мимо кучи битого кирпича, сбросил пачку сигарет (выполнил задание. - Ред.) и поспешил в близлежащий сквер. Я попросил у дамы тысячу извинений и сказал ей, что она только что помогла изобличить опасного преступника.
После этого «учебный объект», уверенный, что сумел оторваться от хвоста, еще и оставил метку в телефонной будке.
Сотрудник наружного наблюдения должен обладать артистизмом, рассказал один из заслуженных ветеранов, Виктор Петрович Песок, который в начале лета 1977 года принимал участие в деле оперативной разработки «Агроном». Потом по этой истории снимут фильм «ТАСС уполномочен заявить…» - о разоблачении американского шпиона, сотрудника МИД СССР Александра Огородника.

Во время задержания 21 июня в своей квартире на Краснопресненской набережной Огородник покончил жизнь самоубийством. Отравился сильнодействующим ядом, спрятанным в шариковой ручке. Перед нашей контрразведкой встала задача провести оперативную игру с ЦРУ, ведь нужно было понять, что задумал противник, и захватить его с поличным. По условиям связи с американцами Огородник должен был показаться в обусловленных местах и поставить специальные метки, которые бы означали, что он готов к встрече. Срочно понадобился сотрудник, который исполнил бы роль шпиона.
«Кастинг» прошел стремительно. Во время обыска на квартире Огородника оперативники обратили внимание на сотрудника наружки, который примерил лежавшие на тумбочке темные очки Огородника… Оказалось, что капитан Песок очень похож на «Агронома» - на нем был точно такой же пиджак, похожая прическа, телосложение.
Новоявленного актера срочно отвезли на «Мосфильм». Гримеры сделали вывод: материал сырой, но для работы на общем плане подойдет. То есть с 15 - 20 метров американцы не отличат дублера от своего агента.
- Мне поднимали верхнюю губу, крылья носа. Я должен был, как говорится, в его шкуре быть. Ездить на его машине. У него была «Волга» черная, - вспоминает Виктор Песок.
Операция шла по плану. Ставились метки, подавались условные сигналы о готовности к встрече агента с хозяевами из ЦРУ.
Но 1 июля 1977 года случилось непредвиденное. Утром Песку сообщили, что умер его отец. Выводить из оперативной игры одну из ключевых фигур было рискованно - Песку разрешили разгримироваться и лишь на полчаса отлучиться домой, попрощаться.

Как он объяснил свое поведение родственникам (они думали, что Виктор работает в каком-то закрытом НИИ), ветеран рассказывать не любит. Известно только одно: операция контрразведки закончилась успешно, и на Краснолужском мосту была задержана с поличным сотрудница ЦРУ Марта Питерсон.
18 июля 1985 года сотрудники наружного наблюдения КГБ СССР доложили, что американцы что-то затеяли: одна за другой из ворот здания, где располагалась их резидентура, стали выезжать машины - известный прием, «угадайка» для КГБ.
В это же время без всякой суеты в город на своем «Форде» выехал скромный бухгалтер дипмиссии Пол Залаки. Лишь немногие на Лубянке знали, что он глубоко законспирированный разведчик. Выяснилось, что он ездил в район метро «Ботанический сад», вел себя спокойно, хвост сбросить не пытался. «Невидимки» доложили, что отпустили из виду объект только в районе пересечения проезда Серебрякова и улицы Летчика Бабушкина (там пустырь, и это раскрыло бы наблюдение).
Оперативники вспомнили, что где-то месяц назад сюда же ездил установленный сотрудник ЦРУ Майкл Селлерс. Предположили, что посольский бухгалтер мог сделать закладку для агента.
Поиски начались по горячим следам: нужно обследовать пустырь размером с футбольное поле. А что искать - неизвестно. Может, это будет обрезок трубы или молочный пакет, а может - гнилая доска или сухая ветка.
С задачей справился опытный сотрудник наружки Николай Ермишин. В траве у мачты ЛЭП он обнаружил странный булыжник - это был специальный контейнер с начинкой. Там была громадная сумма денег (25 тысяч рублей) и шпионские инструкции. Все найденное положили обратно и устроили наблюдательный пункт.

И правда, через две недели на пустыре был схвачен советский разведчик подполковник Леонид Полещук. Этот оборотень, работая в Нигерии, сдал американцам всю резидентуру КГБ и ГРУ.
Захват агента ЦРУ осуществил сотрудник Группы «А» Вячеслав Панкин.
- Мы с напарником увидели, как незнакомец поворачивает на дорожку, которая вела к стойке ЛЭП, где находился тайник, - рассказывает он. - А мы в тайник поставили сигнализацию, и тут я слышу, она срабатывает. Мы перелезли через укрытие и побежали. Вижу - из-за кустов выходит мужчина. Я заблокировал ему шею, руки… Он в общем-то даже не пытался бежать. Но я по глазам увидел, он понял - ему конец!
Правда, «булыжника» при Полещуке не оказалось - он поступил, как обучают разведчиков: взял закладку, подержал в руках и выбросил. Затем вышел посмотреть, не пытаются ли его взять с поличным, и тут его повязали.

На вопрос, что он тут делает, Полещук заявил, что искал увесистый камень, чтобы положить под колесо своего автомобиля. В машине, кстати, нашли схему закладки, а на допросе на Лубянке он уже во всем признался.
КСТАТИ
Лучшие филёры - с неприметной внешностью
Филёр (от французского fileur - «сыщик» и filer - «выслеживать») - в начале XX века агент сыскной полиции, в обязанности которого входило наружное наблюдение и сбор информации о лицах, представляющих интерес.
Для этой работы нужны были особые люди - не просто физически развитые и с образцовой психикой, но и с «такою внешностью, которая давала бы возможность не выделяться из толпы и устраняла бы запоминаемость его наблюдаемым». Об этом говорится в секретной инструкции по организации наружного (филерского) наблюдения, подготовленной еще в 1907 году департаментом полиции Министерства внутренних дел Российской империи. Претенденты на должность должны были обладать крепким здоровьем, «в особенности с крепкими ногами и с хорошим зрением, слухом и памятью».
ИЗ ДОСЬЕ «КП»
Автор материала - полковник запаса Дмитрий Коняхин, ветеран центра общественных связей ФСБ России. Неоднократно находился в горячих точках. Награжден медалью «За отвагу», медалью к ордену «За заслуги перед Отечеством» II степени. Почетный сотрудник контрразведки. После ухода на пенсию работал на ТВ в группе военного журналиста Александра Сладкова, был его соавтором при создании сценариев ряда фильмов.
За помощь в публикации и предоставленные материалы «КП» благодарит газету «Спецназ России».
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Что будет, если всей Украине отключить электричество (подробнее)