Владислав Дворжецкий: «Бег» внутри, но в разные стороны

Владислав Дворжецкий в роли Хлудова в фильме «Бег»

Фото: кадр из фильма..

Настоящая наивная влюбленность в актера возникает у девочки только в детстве. В этот момент ей все равно, сколько у актера жен или детей, пьет он или не пьет, каких придерживается убеждений. Девочка смотрит на экран, а там герой. И герой не отделим от актера, и никакой бэкграунд не нужен.

Одним из таких экранных увлечений для меня лично, для вполне советской девочки, был Владислав Дворжецкий. Капитан Немо. Дальше уже пошли другие фильмы, которые родители и программа телепередач позволяли смотреть перед приходом программы «Время» в девять часов вечера. Не оценивалось актерское мастерство – главным был он. Необычный, со слишком красивыми глазами. Загадочный. С тайной за плечами и болью в сердце.

Это потом я посмотрю другие фильмы. И подумаю об этом теперь. Вспоминая пять актерских работ из уже далекого прошлого. Не в настоящей хронологии, а в той веренице портретов по ходу своих просмотров.

«Капитан Немо», 1975 год

Кадр из фильма «Капитан Немо», 1975 год

Этот сериал снимался на Одесской киностудии. Но настоящего моря там почти нет: большинство сцен заснято в павильоне, в бассейне. Закаты, рассветы, корабли… Использовались макеты, а когда создавались сцены с расхаживанием в скафандрах по морскому дну, актеры бродили в декорациях, а их движения операторы снимали через аквариум с рыбками. В павильон свозили огромных черепах, песок, ракушки и кораллы. А Одесса играла не столько море, сколько сушу: например, Париж и Индию. Индию снимали в ботаническом саду.

Между прочим, на роль капитана Немо пробовался и Михаил Козаков, но не сошелся во взглядах с режиссером Василием Левиным на трактовку романа Жюля Верна. Думаю, Козаков был бы более властным и менее страстным, чем Владислав Дворжецкий. Они даже молчали в кадре по-разному: Козаков – как человек, который что-то вспоминает и анализирует информацию извне, Дворжецкий – как мученик прошлого, которое он хочет спрятать где-то в глубине, внутри себя и на дне моря. В списке пробовавшихся был еще и Борис Хмельницкий, но он выбрал главную роль в «Стрелах Робин Гуда».

«Возвращение «Святого Луки», 1970 год.

Кадр из фильма «Возвращение «Святого Луки», 1970 год.

На самом деле, это была реальная история: картину Хальса действительно похищали из Музея изобразительных искусств имени Пушкина. Оглашать историю не стали, но потом использовали в кино, сильно изменив сюжет. Преступник Граф, которого играл Дворжецкий, совпадал, скорее, с преступниками из иностранного кино. Высокий лоб, нестандартные черты лица, хладнокровие и тень саркастичной улыбки на губах. И совершенно непонятен ответ на вопрос: зачем герою это похищение? Только деньги? Слишком пошлый мотив и слишком суетный. Тривиальная разгадка для такой изящной и таинственной загадки. От подобного несоответствия поневоле возникало ощущение, что человек вышел к нам в обуви не по размеру. Да и прототипом, настоящим грабителем, был не харизматичный вор-рецидивист, Граф, а мелкий уголовник с поддельным дипломом, реставрировавший в Пушкинском мебель.

«Земля Санникова», 1973 год.

Кадр из фильма «Земля Санникова», 1973 год.

- Мы не будем стрелять в людей, вооруженных стрелами, - говорит в этом фильме герой Дворжецкого, политический ссыльный Александр Ильин. Дальше он идет навстречу людям неизвестного племени (онкилонам), живущих на неведомой ранее земле.

В течение всего фильма он такой: молчаливый, задумчивый, но способный всегда сделать шаг вперед или привести спокойно аргументы в споре с «меценатами» экспедиции. И Дворжецкому очень «идет» эта роль: без демонизма, без настойчивого внимания к нереально высокому лбу. Здесь он может улыбаться, наблюдая за выходками персонажа Олега Даля. А может вести деловые переговоры. Может обнимать невесту и смотреть на улетающих птиц. А нужно было только прикрыть лоб.

Интересно, что съемки фильма были безумно скандальными: сперва Высоцкому запретили играть ту роль, на которую потом позвали Олега Даля. Хотя Высоцкий и песни уже к кино написал. Одна из них – «Кони привередливые». Потом съемочная группа ополчилась против слишком молодых режиссеров. Актеры грозились уйти, но ушел только Сергей Шакуров. Больше он не общался ни с Владиславом Дворжецким, ни с Олегом Далем, которые все же остались.

«Солярис», 1972 год.

Кадр из фильма «Солярис», 1972 год.

Роль Бертона, человека, который уже побывал на далеких планетах, Дворжецкому досталась тогда, когда шла работа над «Возвращением Святого Луки». Актер очень хотел сниматься у Тарковского. Вспоминал об этом Дворжецкий так:

«Как-то целый месяц в Риге шли дожди, – а мы туда за солнцем поехали, – лежали мы с Олегом Басилашвили в номере, я и говорю: надо же, рядом, в одном объединении, такой режиссёр снимает «Солярис»! Сил нет, как хочется у него работать. Так бы подошёл и сказал: «Андрей Арсеньевич, возьмите меня!» Я даже спрашивал ассистентов, как Тарковский отнесётся, если вот так взять и подойти… Как подойдёшь, говорят, так и уйдёшь. Он ненавидит актёров, которые просятся к нему…

Говорим мы так с Олегом, вдруг – звонок. Из Москвы. Нужен Дворжецкий: «Вы должны приехать такого-то, будете сниматься у Тарковского в «Солярисе». Вот и не верь после этого в чудо».

Чудо произошло, и Дворжецкий всегда вспоминал об этом с искренним удивлением.

«Бег», 1970 год.

Кадр из фильма «Бег», 1970 год.

По идее, с «Бега» все и началось. Не в жизни – в кино. Сперва в Омский театр, где служил Дворжецкий, приехала дама со студии «Мосфильм». Она искала героя, вернее – антигероя, для другого проекта. Дворжецкий был сфотографирован, попал в актерскую базу, а потом его вызвали на пробы Александр Алов и Владимир Наумов, взявшиеся за произведение Булгакова. Роль Хлудова стала неожиданностью. Хлудова уже начали снимать с Олегом Стриженовым, но сработала магия глаз Дворжецкого. Его сперва пробовали на роль, которую исполнил Алексей Баталов.

Каким воспринимал Дворжецкий Хлудова? Он очень хотел следовать слову Булгакова. И есть у Михаила Афанасьевича описание, вполне исчерпывающее: «Человек этот лицом бел, как кость, волосы у него чёрные, причёсаны на вечный, неразрушимый офицерский пробор. Хлудов (…) кажется моложе всех окружающих, но глаза у него старые… Почему?.. Дальше – объяснение: он болен чем-то, этот человек, весь болен, с ног до головы».

Дворжецкий играл эту болезнь человека, которого раздирают противоречия, хотя внешне он кажется каменным. Сам говорил так: «Ведь он не ногами бежит из России. У него «бег» внутри, причём – в разные стороны».

Политические боссы были не слишком довольны, что белая гвардия вызывает какие-то положительные чувства. В результате в Россию вернуться Хлудову, как задумывал Булгаков, не дали. Не позволили и красиво застрелиться. Оставили его одного на берегу турецком, с бездомными собаками, у самого синего моря.

Последнее кино

Владислава Дворжецкого не стало в 39 лет. Его младшего брата, Евгения, смерть тоже унесла в 39, в автокатастрофе. У Владислава уже было два инфаркта, третьего он не перенес. В жизни простой, человеческой, у него было четыре жены, два сына и дочь. Биография фельдшера и аптекаря. Несмотря на приличное медицинское образование, свои инфаркты он перенес на ногах, без жалоб, пока не оборвалась его жизнь, по актерски богатая и обещавшая еще большую славу. Остался бюст на Кунцевском кладбище. Не слишком похожий, поскольку каменные глаза – это не к Дворжецкому. Только не к нему.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Урганта возвращают на Первый? Поступок Эрнста удивил многих (подробнее)