
День Победы - один из главных праздников России. Страна вспоминает подвиг тех, кто защищал Родину на поле боя, и тех, кто помогал им в тылу. В праздничный день обязательно прозвучат военные песни. Расскажем историю создания некоторых из них.
Музыка и слова народные, 1936
Кажется, строки «а молодого командира несли с пробитой головой» подхватит каждый. Но далеко не все знают, что раньше у песни были совсем другие слова. Услышать оригинал можно в картине 1936-го «Я люблю» и в фильме «Большая жизнь» 1939 года. Это была шахтерская песня про молодого коногона, написанная еще в XIX веке. Коногон - шахтер, в обязанности которого входит водить в шахте почти слепую лошадь с вагонетками. Животное это видит солнце пару раз в год, когда его поднимают на поверхность земли из недр. И у лошади, и у шахтера очень тяжелый и опасный труд, ошибки дорого стоят. Об этом и поется в песне: коногон слишком сильно разогнал лошадь, отчего вагонетка сошла с рельсов и придавила парня. Песня сообщает: «И коногона к шахтной клети несут с пробитой головой»...
С первым текстом композиция, однако, не прижилась. И когда грянула война, текст переиначили. Молодой коногон сменил профессию и превратился в молодого танкиста. А что? Довольно жизненная история тех лет... В «военном» варианте стихи были опубликованы в 1965-м. А с широкого экрана песня прозвучала в картине «На войне как на войне» три года спустя.
К слову, на тот же мотив существуют и тексты, связанные с партизанами, летчиками, десантом...
Музыка Анатолия Новикова, слова Якова Шведова, 1940
К моменту выхода на экраны фильма о поющей эскадрилье «В бой идут одни «старики» (1973) композиция «Смуглянка» была почти забыта. Кинолента дала ей вторую жизнь.

Автор слов «Смуглянки» Яков Шведов написал не единственный хит. Из-под его пера вышли такие песни, как «Орленок», «В роще соловьиной» и «Мерцают звезды ранние». Кстати, Шведов тоже из тех людей, которые «нюхали порох»: во время войны он работал в газете «За победу» военкором. Сослуживцы в шутку называли его «окопным поэтом». Соавтором Шведова стал Анатолий Новиков - весьма плодовитый выпускник Московской консерватории, написавший более 600 песен.
«Смуглянка» не была самостоятельной песней, она входила в сюиту, заказанную Киевским военным округом для ансамбля песни и пляски. Это была лирическая часть, посвященная задорной красавице-партизанке. Начавшаяся война изменила планы. Сюита так и не вышла к зрителю. А потом партитура произведения была утеряна. Спустя какое-то время Новиков решил восстановить песню по своим старым черновикам. Но композицию встретили в штыки: идет война, а тут какие-то шуры-муры... Вновь ею заинтересовались в 1944-м, когда руководитель краснознаменного ансамбля Александр Александров подыскивал новый репертуар для своего коллектива. 7 ноября 1944 года «Смуглянка» прозвучала в зале им. Чайковского.
Но по-настоящему популярной песня стала благодаря актеру и режиссеру Леониду Быкову и его ленте «В бой идут...» Говорят, Быков услышал «Смуглянку» случайно: в вагоне поезда ее напевали солдаты. Так и появилась главная музыкальная тема в легендарном фильме.
Музыка Давида Тухманова, стихи Владимира Харитонова, 1975
Сейчас песня «День Победы» - настоящий гимн народу-победителю. Сложно поверить, что судьба песни поначалу совсем не складывалась.
В 1975-м поэт, фронтовик Владимир Харитонов обратился к молодому композитору Давиду Тухманову с просьбой вместе написать для музыкального конкурса песню, посвященную 30-летию Победы. Получив стихи, Тухманов буквально за пару дней сочинил мелодию. На конкурсе композицию спела женщина - жена композитора Татьяна Сашко. Ее исполнение не вызвало у жюри особых эмоций. Песня никак не была отмечена. Потом композицию предложили ансамблю «Лейся, песня». И опять мимо... Еще одним исполнителем стал Леонид Сметанников. Он спел ее в «Голубом огоньке» в честь юбилея Победы. Очевидно, певец сумел найти правильные интонации и задел души зрителей. Произведение понравилось, но пока так и оставалось лишь хорошей песней в репертуаре Сметанникова.
Перелом случился на концерте в честь Дня милиции. Тогда с ней на сцену вышел Лев Лещенко.
- Как-то один из редакторов мне сказал, что есть хорошая песня, которую зарубили на худсовете. Я заинтересовался, кто ее записал. Оказалось, Таня Сашко, жена композитора Давида Тухманова, - рассказывал певец. - Буквально в поездке мне ребята из «Мелодии» сделали легкую аранжировку, и мы решили попробовать...
Успех превзошел все ожидания. Зрители, среди которых в то время было немало тех, кто пережил войну, плакали, не стесняясь слез...
Музыка Микаэла Таривердиева, слова Роберта Рождественского, 1970
У композиции из телесериала «Семнадцать мгновений весны» мог быть совсем другой исполнитель. Режиссер картины Татьяна Лиознова сначала пригласила Муслима Магомаева.
«Я записал песни к фильму, но, увы, мой голос не соединился с образом советского разведчика Штирлица - Тихонова», - сетовал певец в своей книге «Любовь моя - мелодия».
Лиознова попросила записать песню Иосифа Кобзона. Причем предложила певцу исполнить ее так, чтобы... не было похоже на Кобзона!
- С Иосифом Кобзоном муж работал над песней в течение месяца, - рассказывала «Комсомолке» Вера Таривердиева, жена композитора. - Татьяна Лиознова хотела, чтобы голос Кобзона был неузнаваем. В результате добились идеального звучания.
Об этом писал и сам Таривердиев:
«Магомаев страшно обиделся тогда на меня. Но дело не в том, что он пел плохо или хорошо. Просто для этой картины нужен был не его голос. Голос Кобзона попал прямо в десятку».
Действительно, «Я прошу, хоть ненадолго...» стала визитной карточкой артиста.
Музыка Яна Френкеля, слова Расула Гамзатова, 1969
Идея написать стихи про журавлей пришла аварскому поэту Расулу Гамзатову после посещения Японии. Там он услышал историю юной японки Садако Сасаки, пострадавшей во время бомбардировки Хиросимы. Она находилась в полутора километрах от места взрыва ядерной бомбы «Малыш».
В Японии есть легенда: человек, смастеривший тысячу птичек из бумаги, может загадать желание, и оно обязательно исполнится... Садако, мечтавшая победить болезнь, стала делать журавликов из всех кусочков бумаги, попадавшихся ей на глаза. Не успела. Лейкемия забрала у нее жизнь в 12 лет. Девочка сделала всего 644 журавлика.

Возвращаясь домой, Расул Гамзатов думал о Садако, о своих павших в боях за Родину братьях. Вернувшись в родной Дагестан, написал стихотворение на родном языке. Это было в 1965 году. Через несколько лет Наум Гребнев перевел его на русский язык.
Изначально текст был такой:
Мне кажется порою, что джигиты,
С кровавых не пришедшие полей,
В могилах братских не были зарыты,
А превратились в белых журавлей...
Опубликованные в журнале стихи попались на глаза Марку Бернесу, который тут же решил: они должны стать песней. Позвонил Гребневу, предложил чуть изменить текст. Например, заменить джигитов на солдат. Тогда каждый народ СССР мог бы считать песню своей.

Фото: Михаил ФРОЛОВ. Перейти в Фотобанк КП
Рассказывают, что, когда Ян Френкель написал мелодию, Бернес, приехавший на прослушивание, разрыдался: столько боли, любви и глубины было в песне. Бернес уже тяжело болел и просил побыстрее завершить работу над композицией, очень хотел ее исполнить. В августе того же года его не стало.
Сейчас песня словно получила новое воплощение благодаря памятнику погибшим в боях подо Ржевом: вокруг солдата, склонившего голову, ввысь, в вечность устремляются журавли - души тех, кто погиб, защищая нас от врага.
Музыка Никиты Богословского, слова Владимира Агатова, 1943
«Темная ночь» появилась благодаря кино. В 1943 году режиссер Леонид Луков, работавший во время эвакуации на Ташкентской киностудии, снимал картину «Два бойца». Все эпизоды будущего фильма его вполне устраивали, кроме одного: никак не выходила задевающей душу сцена, в которой боец пишет письмо близким.
Никита Богословский, композитор, писавший музыку к фильму, вспоминал, как к нему подошел режиссер и признался:
- Понимаешь, никак не получается у меня сцена в землянке. Песня нужна!
После Луков рассказал, какой должна быть песня и о чем. И так много было в его словах чувств, что Богословский мгновенно подхватил настроение, сел за пианино и тут же наиграл мелодию, родившуюся у него в голове.
Режиссеру музыка понравилась. За словами обратились к поэту Владимиру Агатову, кстати, тому самому, который написал веселую блатную песню «Алеша жарил на баяне, гремел посудою шалман...». Агатова срочно вызвали в Ташкент. И он не оплошал: через пару часов текст был готов.
Создателям песни не терпелось показать ее Бернесу. Его даже решились разбудить после утомительной съемки. Марк Наумович обычно долго учил песни, а «Темную ночь» - за полчаса! Нашли аккомпаниатора и записали фонограмму: наутро Луков снял неудававшуюся сцену.