Сергей Анрияка хотел, чтобы его работы пережили его: «Обидно, когда художник отдаёт своему делу жизнь, а его труд идет впустую...»

Андрияка - выдающийся акварелист. Любимые его жанры - пейзаж и натюрморт

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Сергей Андрияка ушел из жизни 16 мая на 66-м году жизни. Он был одним из самых ярких художников нашего времени. По сообщениям СМИ, он умер от онкологического заболевания, с которым боролся не один год.

Сейчас, после его ухода, о нем справедливо говорят, что Андрияка - выдающийся акварелист. Любимые его жанры - пейзаж и натюрморт. Он писал акварелью так, что у окружающих было впечатление: это точно масляная живопись. Даже своих друзей-художников вводил в заблуждение. С расстояния примерно в метр они не сразу угадывали краски. А когда подходили ещё ближе, не верили: «Неужели акварель?!».

Все мы помним по уроками рисования в школе, что акварель – это нечто лёгкое, эфемерное, прозрачное. Полуграфика-полуживопись, начальный этап ученичества, хотя все великие русские художники, хоть Брюллов, хоть Суриков или Врубель, делали этюды к свои картинам, эскизы, путевые наброски именно акварелью. И все равно акварель шла как бы вторым планом. А на первом всегда была станковая масляная живопись. Сергей Андрияка поставил акварельную технику на высочайший пьедестал. У него на картинах свеча горит так, что страшно руку поднести - обожжешься. А цветы такие яркие, сочные, точно живые. Он добивался невероятных цветовых переливов.

Я делала с ним интервью, и он делился своими секретами: «Акварелью можно писать всё: и очень светлые, и очень темные картины. А если наносить слои краски из разных комбинаций, получается и глубина, и фантастические цветовые переливы, которых маслом добиться невозможно. Даже синий по жёлтому и жёлтый по синему дает разный результат». Цвет был его профессиональной повернутостью.

В раннем детстве, как и все малыши, он увлеченно лепил из пластилина. Родители думали: сын станет скульптором. Его отец, заслуженный художник Николай Иванович Андрияка, был преподавателем в Суриковской художественной школе с самого её основания. Лет с шести Сергей выезжал с отцом и его учениками на этюды. Там все рисовали. И он начал, изменив своему детскому увлечению - пластилину. И как все ученики начал с акварели. И не прекращал ею заниматься, когда поступил в Суриковскую школу, а потом – в институт на факультет станковой живописи, хотя в основном там учили писать маслом. Но над ним никто не довлел, не вмешивался, не принуждал: «Главное для художника – это его собственное видение», - говорил Андрияка.

Работа Сергея Андрияки

Фото: GLOBAL LOOK PRESS.

СТАРАЯ МОСКВА

Одна из его сквозных тем – это Москва, родной город, старинные московские дворики и переулки. Красивых мест в Москве много. Замоскворечье, переулки Тверской и Арбата, площадь Рогожской заставы – там душа города. Очень любил рисовать Новодевичий и Новоспасский монастыри. Ах, как прекрасен на его картинах блеск куполов Новодевичьего при вечернем освещении. А вот про Кремль говорил, что он похож на картонный макет. Потому что исчезли маленькие домишки, которыми когда-то он был облеплен. «Раньше я жил на Октябрьской площади, - рассказывал мне Андрияка. - Тогда она представляла совсем другое зрелище». Когда в начале 70-х строили новые дома и сносили старые - это происходило на его глазах: «Помню, как взрывали Казанский собор, где был кинотеатр «Аванград». Он стоял вдоль правительственной трассы. После первого взрыва я успел сделать рисунки полуразрушенного храма. Вся Октябрьская площадь (теперь ей вернули историческое название Калужская площадь – Ред.) была застроена маленькими домишками и магазинчиками. Был очень красивый литературный музей на улице Димитрова(Большая Якиманка - Ред.). Рядом, в доме в стиле модерн начала ХХ века, находился букинистический магазин. Возле французского посольства стоял роскошный особняк с лепниной, с балконами и каменными львами по бокам. Мимо них я ходил в школу в Лаврушинский переулок. Все эти дома уничтожены, взорваны, сожжены…». Но они навсегда остались в его памяти, а потом он перенес свои юношеские впечатления в чудесные акварели, которые сохранили и для нас образ старой Москвы.

Академия Сергея Андрияки. На снимке: мэр Москвы Сергей Собянин и художник Сергей Андрияка

Фото: Евгения ГУСЕВА. Перейти в Фотобанк КП

Он умел очень точно передать не только цветовую палитру, но и бытовые детали. Был такой случай. Через полгода после поездки в Швейцарию, уже вернувшись в Москву, Андрияка написал панораму Берна, сидя в своей мастерской на Тверской. Эта работа попала на какую-то международную выставку. Там её увидел один швейцарец и стал умолять Сергея продать ему эту картину за любые деньги. Оказывается, этот швейцарский господин нашел на картине, нарисованной Андриякой по памяти, не только свой дом, но и окна своей квартиры. Хотя художник рисовал не по фотографии, он рисовал сказку, которую увидел в зимнем Берне, свои впечатления.

ЛЕТОМ ПИСАЛ ЗИМУ, ОСЕНЬЮ - ВЕСНУ

Он почти всегда писал пейзажи по памяти: «Такие вещи неэффективно писать с натуры. Цвет меняется в течение минуты. Обычно я делаю карандашный рисунок и стрелками, так называемыми «усами», отмечаю цвет. В любой момент я могу достать карандашный рисунок и написать картину. Летом пишу зиму. Осенью – весну», - он не боялся делиться секретами мастерства. Очень долго тренировал, развивал цветовую память. И рассказывал как: он делал зарисовки из окна такси или электрички. На ходу движущегося поезда, очень быстро, чтобы точно предать цветовые и тональные отношения.

Работа Сергея Андрияки

Фото: GLOBAL LOOK PRESS.

Это старая техника, которой, к сожалению, не учат сейчас в школе. Он сокрушался, что художников не учат развивать память и воображение. Поэтому и создал свою школу классической акварели, а потом – Академию акварели и изящных искусств. Но это было потом…

А в конце 80-х - начале 90-х где только не проходили его выставки. В любых пригодных для этого помещениях, в выставочных залах, клубах, редакциях, даже у нас в «Комсомолке» в Голубом зале ещё в старом здании на улице Правды. Возил он свои картины по провинциальным городам, бывали выставки-однодневки. Всё собственными силами и на своём горбу. Он рисовал 24/7 и ещё занимался собственной раскруткой. Вдвоем с мамой-учительницей немецкого языка (его отец-художник к тому времени умер). Сами возили картины, сами их развешивали. «Бывало, спустишь картины вниз, а таксист отказывается везти – загружать долго, - вспоминал Андрияка начало трудового пути. – Стоишь как дурак в подъезде со своими «шедеврами». Вначале было очень непросто, и материально – тоже. Но ничто не дается даром».

Только потом, когда он стал известен, пошли заказы, в том числе из правительственных учреждений. Ему помогали московские власти, Сергея Андрияку очень ценил Юрий Лужков. В 1995 году по заказу столичной мэрии Сергей написал шестиметровую панораму Москвы XIX века. Сам предложил украсить кабинет московского мэра, чтобы он не выглядел таким казенным. И потом испугался собственной смелости. Как воплотить панораму в акварели, он ещё не знал. Но за два года с задачей справился. Теперь за спиной мэра висит видовая панорама Зарядья работы Сергея Андрияки.

УЧИЛ РИСОВАТЬ ДАЖЕ АМЕРИКАНСКИХ ЧИНОВНИКОВ

Есть у него жанровые картины – настоящие шедевры. Пожалуй, самая трогательная - «Новогодняя ночь». Когда умер его отец, Николай Андрияка, к которому Сергей был очень привязан и любил о нём рассказывать, он часто ходил к отцу на кладбище. И там однажды увидел женщину, которая сидела у могилы своей дочери. Всё в снегу, поздний вечер. А у женщины в руках горит свеча, а рядом наряженная ёлочка. Эта женщина так встречала новый год вместе ушедшей дочерью. Сцена поразила Сергея до слез и он нарисовал картину, которая и у нас вызывает слёзы.

Андрияка был плодовитым художником: написал более 10 тысяч картин. Работал ежедневно и помногу. Вдохновения не ждал: «Если ты мастер, профессионал – свою работу должен делать быстро. Если не умеешь работать, мучайся муками творчества. Рембрандт, кстати, оставил после себя около шести тысяч работ. И это было нормально»…

У Сергея Андрияки есть звания и титулы: он народный художник России, действительный член Российской академии художеств, ректор Академии акварели и изящных искусств. Он был награжден Орденом Почета и Орденом Александра Невского… Более двухсот его работ и работ его учеников висят в Кремле.

Сам же Андрияка говорил, что звания его не интересуют: «Я человек не тщеславный. В плане творчества звания ничего не дают. Я бы хотел, чтобы мои работы пережили меня. Обидно, когда художник отдает своему делу жизнь, а его труд идет впустую...».

Его желание сбылась. Его работы находятся в разных музеях мира, в галереях и частных собраниях и уже пережили его. Не дадут забыть о художнике. Так что всё было не впустую, зря переживал Сергей. А ещё у него тысячи учеников по всему миру. Он научил их писать акварелью с карандашного наброска: воду с её отражением и легкой рябью, небо, деревья, холмы. А сколько дал уроков мастерства для телезрителей. Неудивительно, что самые частые отклики на сообщение о его смерти такие: «Благодаря видеоурокам Сергея Андрияки я начала рисовать акварелью».

У него были ученики даже среди американских чиновников. Однажды после нескольких занятий они признались русскому художнику, что благодаря ему стали замечать красоту в самых простых вещах, например, в шариковой ручке на столе, обычном листе бумаги… «Красота есть во всем», - любил повторять Андрияка. И если по Достоевскому, красота спасет мир, то картины Сергея Андрияки точно сделают этот мир лучше. Однажды он мне рассказал, как в юности его поразили дюреровские карандашные рисункам: «Заяц, жук, травинки, какая-то мелочовка - всё это казалось невероятными вещами. И были моменты подражания этому всему. Потому что это было какое-то чудо»… Теперь этим чудом стали работы самого Сергея.