Специалист по светскому и деловому этикету Алена Гиль: «Правильный дресс-код — абсолютно не про деньги»

Специалист по светскому и деловому этикету Алена Гиль

Специалист по светскому и деловому этикету Алена Гиль стала гостьей шоу «ОК на связи!» в социальной сети Одноклассники. В интервью она рассказала, когда лучше ходить с детьми в ресторан, как дресс-код помогает сформировать впечатление о себе и почему телефоны на столе — это неуважение.

Запись эфира доступна в официальной группе «ОК на связи!» в Одноклассниках.

Расшифровка ярких моментов эфира:

Про воспитание детей:

— У меня трое детей. Один из них абсолютно совсем маленький. И мне не хочется, пока ребенок маленький, оставаться невидимкой: гулять только на детских площадках. <...> С какого возраста можно брать ребенка и что делать, если ребенок заплакал: убегать из ресторана, не доедая свой стейк и не допивая свой компот?

— Я не выдающийся специалист в области детской психологии и воспитания, поэтому я позволю себе говорить общо. <...> Во все времена принято было, что своих детей воспитывают родители, даже если это мамки, няньки, гувернантки — все равно детей учили, в том числе, например, сидеть за столом.

Есть элементарные правила. Это знаки уважения и понимания своего места. И детей, как бы сейчас это грубо не звучало, нужно к этому приучать. <...>

Есть такая негласная сложившаяся традиция, что когда приходят взрослые, ты должен понимать, что для этого маленького ребенка — раз эту тетю пригласил папа или мама, значит, это хороший человек. И надо немедленно с него слизать все манерки, все, что он говорит. Если я соглашаюсь прийти в ваш дом, то есть мне не плюнуть, не дунуть я должна думать, что я делаю, как я себя веду, потому что я понимаю, что ребенок, он это все считывает.

Я готова 15-20 минут пообщаться с ним, потратить свое время, чтобы он с чужой тетей… Он же тоже должен уметь взаимодействовать, пристраиваться. Но через 15-20 минут вы под благовидным предлогом… То есть он может с кем-то другим начать общаться и так далее.

Когда мы садимся за стол, я понимаю, что вы именно пригласили с тем, чтобы ребенок потренировался на доброжелательных ваших друзьях, но он бы учился это делать. И я готова предоставить себя в качестве такого человека.

<...> Но если что-то будет некомфортно, или он закричал, или вышел из-за стола, не спросив у родителей, бегает туда-сюда и так далее, мешает нашей беседе — я к этому благосклонно отношусь и понимаю, что это процесс обучения.

Но когда вы выходите куда-то. Вот вы пришли в ресторан. Там сидят люди, и им тоже должно быть комфортно. Поэтому если вы не научили своего ребенка вести себя — я сейчас не говорю о том, что, может, он упал или что-то еще, а именно потому что капризный, он бегает, всем докучает. Нет. Если вы не смогли воспитать своего ребенка, и он не знает, где можно, а где нельзя, то нельзя делать так, чтобы всем остальным было плохо.

И есть очень хороший формат. В свое время нас родители водили. Где-то в 12 часов дня вы со своими маленькими детьми идете на мороженое, на кофе, то есть выпить кофе там куда-то. В это время, как правило, раньше в ресторанах — в ресторанах, именно не в кафе, а в ресторанах — не очень много посетителей, чтобы ребенок приучался к вот этой вот [обстановке] и что там нужно вести… И потихоньку-потихоньку. Но чужие люди не должны этого видеть.

И здесь маленький еще есть нюанс. Если я вижу, что чужой ребенок шалит. Старое-старое такое правило: нельзя делать замечание ребенку в присутствии его родителей. Вы же прекрасно понимаете, что он сейчас всем докучает, плюется или что-то еще такое делает, вы же адекватный родителей, вы же его утихомирите. А у нас сейчас родители: «Ребенок свободен…»

— До пяти лет нельзя ничего запрещать.

— «Ребенок делает все что хочет, поэтому он может на вас плевать, делать это, это, это… Это ваши проблемы. А мы сидим, родители, спокойно и радуемся своему ребенку». Это очень спорный вопрос.

До пяти лет — это, если я не ошибаюсь, японская методика. Но тут есть маленький нюанс. У японцев ребенку разрешается все, но там так четко выстроены границы, в которые он все время утыкается, и он эти границы начинает чувствовать. Ему не запрещают, но он понимает, что он это сделает — и ай-яй-яй, а вот это сделает — это ой-ей-ей. И он таким образом вроде бы свободен в поиске, но границы есть.

А у нас это неверно трактовали, с моей точки зрения, иногда, что и границ не надо, и пусть делает все что хочет.

Про телефоны с точки зрения этикета:

— Еще хотел спросить по поводу гаджетов, которые ворвались в нашу жизнь. Телефон на столе — это моветон? Смартфон.

— <...> Скажем так, это неуважение. <...> . Первое — очень многие вещи в коммуникации строятся на базовых инстинктах. <...> Я с вами встречаюсь, и мне бы хотелось чувствовать себя комфортно и чувствовать ваше уважение и так далее. И поэтому если, например, я буду делать вот так [трясти ладонями], вот так уже пять минут. Как вы думаете, через пять минут уже всех Кондратий хватит, все скажут: «Сколько можно». <...> Все реагируют на движущийся объект. И вместо того, чтобы с вами разговаривать, я сижу думаю: «Вот что он трясет ногой? Вот сколько уже можно?». То есть я вам этого не говорю, но про себя я думаю. Или «Что он чешется?», или что он там…. Еще, вы знаете, есть такие люди, мы их называем шуршунчиками. То есть человек сидит, например, на совещании. Вот вы сидите на совещании, вы генеральный директор, вы нам что-то рассказываете Я, ваш сотрудник, сижу вас внимательно слушаю, правильно, ну а что я сюда пришла-то. А есть люди, которые знаете, вот так [шевелятся постоянно, двигаются, «шуршат»]. Вот скажите, он что-нибудь вам плохое сказал? Вы понимаете, что все кто сидят, они не на вас смотрят…

<...> Второе. Есть стереотипы восприятия. Что человек думает на самом деле, мы можем не знать, но стереотип все равно существует. Вот, предположим, вы мой генеральный директор, вы сидите читаете, что-то нам говорите, мы вас, сотрудники, слушаем. Вот все сидят тихо, спокойно, не двигаются <...>, сидят, слушают вас и так далее. И вдруг один человек делает так [выразительно смотрит на часы и корчит гримасу]. Вы понимаете, что люди, которые все сидят спокойно — вдруг одно движение началось, куда все будут смотреть? На этот движущийся объект. Второе. Что я думаю. Но стереотипно как считывается. «Господи, когда это закончится, как же это все надоело, сил никаких нет». Вы чувствуете, что это хамство и неуважение. Что он думает на самом деле, мы не знаем, но воспринимается это так.

<...> И третий [момент]. Есть такое священное правило. <...> Время — бесценный невозобновляемый ресурс. И вот если пройдут пять минут моей жизни, они никогда не вернутся. И для меня очень важно, что я буду делать в эти пять минут.

Еще нюанс. Есть негласное и гласное правило, что вот мы договорились с вами, например, выпить чашечку кофе, и грамотные люди… Да, сейчас это не очень красиво звучит, но звучит так. Вы говорите: «Алена, я тебя обожаю-преобожаю, у нас есть 30 минут, что ты там хотела мне рассказать?». Я говорю: «Он мне не позвонил!». Вы мне слезки утираете,, но через 30 минут вы взлетаете. А не так — я говорю: «Мне так плохо, мне так плохо», а вы говорите: «Да, Алена» и в это время в телефоне там что-то… Спрашивается: так уже или ты со мной разговариваешь, да, или ты решаешь свои вопросы?

— Уместно ли предупредить человека: сказать, что у меня форс-мажор, я буду отвлекаться на рабочие чаты?

— Да, но, знаете, это как… Раньше люди не позволяли себе опаздывать, потому что нельзя было позвонить и сказать, что «Ты не переживай, я жива-здорова, я просто опаздываю». А сейчас что делают люди. Они делают то, что им нравится. То есть я звоню: «Ты не переживай, я опоздаю на 40 минут. Понимаете. Я вроде предупредила, да, но на самом деле вы 40 минут уже ни туда, ни сюда, а я делаю какие-то свои дела. Это хамство и неуважение.

Или вообще для меня дичь — это когда на романтическом свидании люди сидят в телефонах. <...>

Вот если вы сказали: «Ален, у нас будет 20 минут», значит, 20 минут — мои. То есть в эти 20 минут вы не отвечаете на телефонные звонки и всем своим видом вы показываете: «Алена, раз мы решили потратить время друг друга на эту встречу, то все мое внимание и все мое уважение — для вас». И, соответственно, я точно также, когда я убираю телефон, я говорю: «Эти 20 минут — раз я сама согласилась встретиться, ничего более важного, чем вы, для меня нету».

Про то, на что люди обращают внимание в одежде:

— На что стоит обращать внимание при знакомстве с человеком — в одежде — для того, чтобы самому прокачать этот навык и показывать: я вот в такой одежде — значит, я вот такого статуса. На что смотрят люди?

— Ничего нового не изобрели. Элементарная вещь: изучите этот вопрос Условно говоря, поскольку я занимаюсь в основном уровнем консервативности девятка-десятка — такие самые прям вот консервативные-преконсервативные. Вот ты хочешь в этой области — узнай, как одеваются, как принято одеваться в этой среде и так далее. Ты можешь не исповедовать это, тебе это может не нравиться, и ты живешь совершенно в другом своем мире. Но если ты захочешь взаимодействовать с людьми того уровня — я не сказала, что кто-то лучше или хуже, это просто разные страты. Тебе нужно показать, что ты знаешь правила игры в той среде, куда ты идешь.

Простите, может, не самый уместный пример — допустим, ты <...> участвуешь в регате. Мы же не в вечерних туда платьях ходим. Мы же покупаем специальную одежду, потому что там безопасность, комфорт. И никого не смущает, что нужно купить специальную одежду для яхтинга.

<...> Вы удивитесь, но все то же самое. То есть для этого вида деятельности, для того, чтобы быть красивой женой и пойти на вечеринку, тебе нужно одно платье, для того, чтобы пойти на работу и показать, что я сейчас не роскошная женщина, а работу работаю — наверное, нужно другое платье.

Про правильный дресс-код:

— Дело в том, что когда мы говорим о деловом внешнем виде или о дресс-кодах — о чем угодно, все считают, что это почему-то очень дорого. На самом деле, правильный дресс-код — он абсолютно не про деньги.

Предположим, есть такой всеми, кем-то любимый [дресс-код], потому что он позволяет как латы на себя надеть и сказать — все, я профик, только в этом качестве. То есть (я сейчас говорю о мужчинах) — это темный костюм, белая рубашка, темный галстук и темная обувь. И вот этот контраст темное — белое — темное создает ощущение нарядности, парадности, торжественности, особенности и так далее.

И когда к вам приходит человек. Допустим, вы генеральный директор, какой-то олигархический олигарх, круче только звезды. И к вам приходит человек. И, представляете, сам генеральный — владелец компании — вдруг решил с ним встретиться. То есть для человека это все-таки особенная ситуация. И он — и это его защитит 100% — он надевает темный костюм, белую рубашку, темный галстук и так далее.

Что важно. Он показывает, что он знает правила игры, потому что вы считываете — он надел ту одежду, которая говорит: «Для меня большая честь сидеть здесь рядом с вами, быть в вашей компании, иметь возможность представлять свой продукт или возможность сотрудничества». Чувствуете, это все он говорит своей одеждой.

В данную секунду для вас принципиально: это очень дорогой костюм или не очень дорогой костюм? Он темно-синий. Это очень дорогая рубашка или нет? Она белая. Это брендовый галстук или какой-то другой, или просто роскошного цвета. Может, не самые дорогие ботинки, но они вычищенные, как и полагается, да, со шнурками и так далее и так далее. То есть вы понимаете, что он правила игры знает. И он не просто их знает, он умеет играть и он хочет это сделать, он хочет с вами разговаривать на одном языке, он показывает, что он знает тот язык, на котором вы разговариваете. <...>

Про личный бренд:

— Поговорим про личный бренд. Потому что сейчас все начинают, скажем интернет-языком, пушить и развивать свои личные бренды достаточно назойливо. В каждом предложении, в каждом посте в социальных сетях. Уместно это или неуместно рассказывать, что у них что-то есть? Например, вот у моего друга есть колбасный завод. Уместно ли ему на каждой встрече рассказывать, что у него есть, что он занимается колбасным бизнесом?

— Дело в том, что есть так называемые статусы до шести часов и статусы после шести часов. Вот до шести часов я специалист, профессионал, успешный профессионал, статусный персонаж, представитель уважаемой компании, эксперт. Вот закончилась работа, я вышла — и я женщина, возлюбленная, кокетка, мама, сестра, бабушка, там, я не знаю, дайвер, специалист по фехтованию там и так далее.

<...> Допустим, вы устраиваете вечеринку. Допустим, мы сопоставимы по возрасту. И я прихожу на вашу вечеринку. Как вы думаете, я хочу, чтобы со мной знакомились, потому что я генеральный директор, финансист или потому что я веселая, красивая, обаятельная, чертовски привлекательная и так далее, и так далее.

<...> Вы бы хотели, чтобы с вами знакомились именно потому, что вы прекрасный. И вот чтобы этого не возникало напряжения, чтобы у меня мой день рождения не превращался в бизнес-клуб, я говорю: «Друзья мои, у меня сегодня день рождения». Все будут роскошные, шикарные, прекрасные, вот всё. И существует негласное правило для того, чтобы гостям было всем комфортно… <...> Когда я четко обозначаю формат мероприятия, то и вы знаете, как вам одеваться, вы понимаете, как можно себя вести и выставить впереди не свою деловитость и дамскость, да, а выставить свое очарование, обаяние и так далее, и так далее.

И когда, представляете, все приходят такие очаровательные, веселые, прекрасные. И тут приходит один человек и говорит: «А вы знаете, у меня колбасный завод. А вы знаете, у меня колбасный завод. А вы знаете…». Ты думаешь: «Господи, ну, вот можно сегодня отдохнуть, можно вот как-то…». Понимаете, и он всем испортит настроение. И это неправильно. То есть вы, как хозяин, были неправы, если вы ему не сказали, что у нас не про бизнес…

<...> Есть такое правило: когда вы создаете свой вечер, свое мероприятие, например, вы как режиссер, вы должны понять, про что у вас будет вечер. Например, там белое и черное, условно говоря, и все будут одеты [определенным образом].

Под ту задачу, которую вы ставите, [вы выбираете окружение]. Вкусненько поесть — один состав. Интересно пообщаться — может быть совершенно другой состав. <...> В

Это ваша ответственность хозяина — приглашать на мероприятие тех людей или так их собрать, чтобы им было комфортно друг с другом.