
Фото: Shutterstock.
Летом на даче
готовим чудо -
такое, чтоб челюсти все отвисли.
Всё потому, что окрошка -
не блюдо,
это венец кулинарной мысли!
Рабочий тащит
суровое бремя.
И корабли бороздят океаны.
Катится мальчик.
А мы в это время
суём в тарелку ложку сметаны.
Картофель, лук
и говяжья мякоть.
Ещё редис и графинчик с полки.
От удовольствия хочется
крякать!
И стих написать для «Комсомолки»!
Где же ты сейчас, моя окрошка?
У меня в деревне тишь да гладь.
Пишут мне, что ты опять немножко
В магазинах стала дорожать.
Без тебя так долго время длится.
Ты же знаешь, в шорохе теней
И в стране берёзового ситца
Не готовят ничего вкусней.
Ты платок от горести не тискай.
Я приеду Транспортным кольцом.
Только будь, пожалуйста, с редиской
И вкрутую сваренным яйцом.
Когда я был навеселе,
Ну так, немножко,
Стояла миска на столе,
А в ней окрошка.
Редис, кусочки огурца,
Чуть-чуть фасоли,
Укроп, сметана, два яйца,
Щепотка соли.
На миску эту полчаса
Смотрел уныло
И думал: «Где же колбаса?
Жена забыла».
Лук и две картошки
Плавали в окрошке.
А ещё редис
Сердцевинкой вниз.
А ещё петрушечка,
Милочка и душечка.
Хрен потёртый, пряный.
Зелень со сметаной.
Колбаса с горчицей.
Сельдерей с корицей.
Огурчики-голубчики.
Всё это на столе.
Плавают, смеются,
Создают уют.
Вдруг вошёл на кухню,
Пыла не тая,
Собственник квартиры,
То есть - я.
Я рычу, я мычу,
Ложкой весело стучу:
«Подождите, я вас разом,
Я вас мигом проглочу!
Даже свежий укроп не помилую!»
Я не люблю говядину в окрошке
И потому я мясо не куплю.
Я не люблю, когда глазки в картошке
И квас густой, подобно киселю.
Я не стремлюсь по жизни в кулинары
И, как поем, не трогаю весы.
Я не люблю горчицу и кальмары.
И кровяной дешёвой колбасы.
Могу дойти от ярости до точки,
Когда укропа и петрушки нет
И в миске слишком мелкие кусочки,
Как будто я ребёнок пяти лет.
Я не терплю в окрошке майонеза -
Его полезность сводится к нулю.
И буду впредь я твёрдым, как железо,
И это всё уже не полюблю.