
28 июня 1914 года, ранним утром, Австро-Венгерская империя объявила войну Сербии, вручив ноту сербскому посланнику в Вене при том, что на Дунае австрийские канонерские лодки уже начали обстрел сербских позиций у Белграда.
Говорили об этом с кандидатом исторических наук Юрием Емельяновым.
- Что является формальным поводом для начала первой мировой?
- Первый шаг к войне сделала Вена. Поводом стало убийство эрцгерцога Франца Фердинанда. Австрийцы стремились к усилению своего влияния на Балканы.
- То есть на спусковой крючок Первой мировой?
-… Спусковой крючок нажала Вена. Там, объявив Белграду войну только через месяц после убийства в Сараево наследника австрийского престола, рассчитывали на быструю победу над Сербией. И вряд ли предполагали, что начнется из-за этого большая война в Европе.
- Почему?
- А не думали, что война будет столь кровавой и настолько чревата возможностью больших поражений – в том числе потому, что очень уж много было сил в Европе, выступавших против большой войны.
- В Вене понимали, что Россия вступит в войну?
- Скорее, полагали, что Россия ограничиться какой-то локальной демонстрацией силы, но не будет активно действовать «по всему фронту».
- То есть, Вена свои силы переоценила?
- Австрийские Габсбурги – точно. Да все переоценили. И в Париже считали, что они через месяц войдут в Берлин — а в Берлине считали ровно наоборот.
- Николай Второй хотел большой войны?
- Российский император очень не хотел большой войны. Но, с одной стороны, никто не рассчитывал, что война пойдет именно так, как она пошла.
- Все считали, что война будет недолгой?
- Очень быстрой. И завершится победой. Причем на это рассчитывала каждая из сторон. Это касалось и стран Антанты, и стран Тройственного союза. Все те, кто строил прогнозы про неизбежную мировую войну, как фантаст Герберт Уэллс — они во многом ошиблись, в первую очередь, в ее сроках… Да, они предвидели новые вооружения, которые будут применяться в новой войне. Например, большую войну в воздухе. Был очерк Уэллса про танки. И об опасностях при бомбардировки других стран.
- Но ни один император или генерал, или писатель не рассчитывали, что война окажется столь затяжной.
- И столь разорительной. И никто не ожидал, что даже победители в итоге пострадают. И в выигрыше останется только одна страна мира — США.
- Кто был резко против войны до ее начала?
- Французское и немецкое социал-демократические движения. Тогда очень влиятельные.
- Только в этих двух странах?
- Да по всей Европе! В Базеле на конгрессе социал-демократов звучало: как только буржуазия развяжет войну, тут же пролетариат решительно выступит против войны. В июне 1914-го газета Avanti, центральный орган Итальянской соцпартии с главным редактором Бенито Муссолини, писала, что Италия семимильными шагами идет к коммунизму и в ближайшее время начнется революция.
- Хорошо в нейтральной и насквозь буржуазной Швейцарии рассуждать насчет того, что пролетарии против войны…
- Но и в Германии на Штутгартском конгрессе Второго Интернационала 1907 года говорилось, что при возникновении войны социалисты обязаны приложить все усилия к тому, чтобы ее как можно скорее использовать для свержения господства капиталистов. А на Базельском конгрессе в 1912 году говорилось: пусть правительства хорошо запомнят, что при современном состоянии Европы и при умонастроении умов в среде рабочего класса они не смогут развязать войну, не подвергая опасности самих себя. И вот вроде бы все считали, что война опасна, но она будет короткой.
- Но союзы-то друг против друга заранее заключались?
- Тогда настолько все страны были связаны цепочками обязательств…
- Какими обязательствами?
- Когда Австро-Венгрия вступала в войну, почти тут же присоединялась Германия.
- У русского царя жена была чистокровной немецкой принцессой – у него были обязательства перед Германией?
- Обвинения Николая Второго в прогерманских настроениях были лживыми. Царь отдавал себе отчет в том, что Россия отчаянно не готова к большой тяжелой войне. Он долго колебался. И только в последнюю минуту принял решение.
- Он учитывал мнение «старца» Григория Распутина, который был вхож в царскую семью, вылечил наследника?
- Очевидно — да. Но, конечно, не только Распутина. Царь жил не на облаке. Он обладал большим объемом информации. Он представлял себе объективно военные возможности России.
- Так российская империя не была всерьез готова к войне?
- К долгой нет. Расчет был только на то, что война будет кроткой и нам окажет помощь Запад в лице Франции и Англии. Но обязательства по военной помощи России ее партнерами не выполнялись. По патронам все обязательства по тому, что должны были прислать Париж и Лондон — они были выполнены только на один процент. Винтовок за всю первую мировую Россия получила только треть от обещанных. Только 20% от обещанных орудий разных калибров. Лишь 20% от «гарантированных» снарядов.
- Получается, царь и его окружение были наивны в своих надеждах на западную помощь?
- Император, полагаю, понимал, что Запад вряд ли свои обязательства выполнит в полной мере. Но они ведь вопиющим образом нам не помогали! Это потом уже Ллойд Джордж сетовал: это как же французы так сидели на своих снарядах как на золотых яйцах - и не передавали это России! Но при том сама же Англия - что она сделала для России в 1914-1917?
- И что?
- После начала войны военно-морской министр Черчилль организовал операцию Дарданелльскую — не дай бог Россия захватит проливы. Англичане этого боялись. С одной стороны, они ждали от России пушечного мяса. И надеялись, что Россия отвлечет много немецких солдат на свой фронт. А с другой стороны — не дай бог она, Россия, усилится во время этой войны. И когда произошла февральская революция — в Британии только радовались.
- Опрометчиво…
- Да. Вообще-то правительства разных стран видели опасность возможных войн внутри России. Так ведь уже к ноябрю 1914-го многим стало ясно, что Россия подготовлена к войне так плохо, что она не в состоянии долго ее вести. Тогда начальник штаба великого князя Николая Николаевича, генерал Янушкевич, тревожно докладывал военному министру Сухомлинову, 2 ноября 2014 года.
- Паниковал?
- Докладывал следующее: при уменьшении и недостаточном числе снарядов и патронов стали выбывать из строя на 50-60% больше. Гибель солдат возросла более чем в полтора раза. Путем налаживания поставок винтовок удалось наладить обеспеченность винтовками более 50%. (то есть одна винтовка на двух солдат). Нельзя ли сверх всего увеличить число гранат? Все же будет поддержан дух солдат.
- Что еще в сообщениях того же Янушкевича сообщалось?
- Что отбили группу пленных русских в австрийском плену. Их захватили, а солдаты жаловались — зачем нас отбили, там мы хотя бы отъелись. Солдаты были плохо подготовлены, слабо снабжались - и в Петрограде это знали.
- Неужели никто в Европе, ни в одной из столиц не оценил адекватно свои возможности?
- Никто. Кроме американцев. В странах Центральной оси везде были свергнуты монархии, и правящие династии — за исключением Болгарии. Австро-Венгрия раскололась, была разбита на части. Османская империя распалась, Турция на ее обломках - потеряла многие свои владения. Даже среди победителей все оказались в долгах — кроме американцев. И эти долги пришлось бы выплачивают долго.
- Американцы позже всех вступили и больше всех получили?
- Они вступили позже всех. Они долго наживались на поставках и Германскому блоку и Антанте.
- И все оказались должны Штатам?
- К ноябрю 1922 года задолженность всех стран участниц Первой мировой перед США достигла 11.6 млрд долларов — в пользу Штатов. 4.7 млрд —была должна Великобритании. Франция -3.8 млрд. Италия — 1.1 млрд. Погашение этого долга, хотя бы на 400 млн долларов в год, должно было растянуться на десятки лет. Именно тогда и сформировалась зависимость западноевропейских стран от США.
- Американцы чувствовали себя победителями?
- Конечно. И президент Вильсон чувствовал себя диктатором. Президент Гардинг после Вильсона говорил: Мы хозяева мира. Мы американцы – за полтора столетия сделали больше для развития человечества, чем все народы мира вместе взятые за всю историю.
- А остальные?
- Остальные уже зависели от Америки и держались на ее подачках.