
Фото: REUTERS.
Израильская авиация вот уже несколько дней наносит удары по Ливану, чаще всего – по его южной части. Страдает и Бейрут: в результате сегодняшнего удара по южному пригороду погибли 5 человек. Всего с начала бомбежек погибли пятьсот человек. KP.RU связался с ливанцами и россиянами, которые живут в Ливане, чтобы выяснить обстановку внутри страны.
Израиль начал массированно бить по Ливану после диверсии со взрывами пейджеров и раций.
Израильтяне утверждают, что их цели - объекты и бойцы движения «Хезболла» в Ливане. «Хезболла», у которой, кроме военной составляющей, есть и чисто политическая (это легальная ливанская партия с представителями в парламенте) ориентируется на Иран и считает Израиль главным врагом.
Атаку на Ливан израильские власти называют «упреждающей наступательной операцией», ее официальная цель - обезопасить жителей севера Земли Обетованной. На деле же под бомбы и снаряды попадают обычные ливанцы, которые не имеют никакого отношения к «Хезболле».
ЦАХАЛ обстреливает в первую очередь юг соседней страны. Поэтому в Бейрут оттуда хлынул поток людей.
Россиянка Светлана, живущая в ливанской столице, рассказала KP.RU:
- Сегодня к нам приезжает знакомая семья с юга Ливана, беженцы. У нас в Бейруте не очень большая квартира, но мы освободили одну комнату. А что делать?
От их поселения рядом с израильской границей до Бейрута всего 70 километров, но они ехали до нас 15 часов. Такие стояли пробки – очень много желающих уехать. Сейчас в безопасных районах Ливана резко подскочили цены на квартиры под съём...
«Часть моей семьи живет в ливанском селе в 15 километрах от израильской границы, - рассказывает корреспондент канала Аль-Маядин Мусаллам Шеайто. – И вот к нам пришла беда: во время бомбардировки погиб мой двоюродный брат, он христиан.
Знаете, какая возникла проблема? Как его хоронить! На юге Ливана сейчас нет электричества, не работают холодильники, не говоря уже о моргах. Куда складывать тела погибших, как организовать хотя бы элементарное прощание родственников с ушедшим – все это почти неразрешимые проблемы сегодня. И мне даже неловко звонить односельчанам, просить помочь – потому что не у меня одного горе.
Из двух сотен домов в селе за сутки израильских ударов разрушены пять. И всякий раз – это погибшие мирные жители».

Фото: REUTERS.
Пытаюсь в мессенджерах связаться с земляками Мусаллама на юге Ливана.
«С мобильной связью проблем пока нет», - заверяет Махмуд из соседней с селом Мусаллама деревни.
- А вы знаете, как называется наша деревня? Еврейская! – горячится Махмуд на ломаном английском. - Ну, зачем нас называют врагами Израиля, террористами? Мы никакие не террористы, мы мирные люди.
У меня, начиная с восьмидесятых, от израильских обстрелов погибли пять близких друзей. Я клянусь вам – ни один не состоял в «Хезболле», которую Израиль винит в своих бедах».
Махмуд рассказывает, что в селах на самом юге остались только мужчины. Они и копают могилы, и сторожат дома от мародеров. Женщины и дети уезжают в Бейрут, а лучше – за границу.
Для русских жен, вышедших в свое время за ливанцев и переехавших к ним, то, что сейчас происходит – страшное дежавю из 2006 года.Израиль, воспользовавшись похищением двух своих военных «Хезболлой» как поводом, начал войну с Ливаном. В конфликте погибли не менее 1200 мирных ливанцев, а инфраструктура (мосты, шоссейные дороги) оказалась разрушена на годы вперед. Тогда России удалось организовать эвакуацию своих граждан из Ливана самолетами.
«Сегодня устроить такую эвакуацию намного труднее, - объясняет мне архимандрит Филипп, настоятель Подворья Русской православной церкви в Бейруте. – Россия не была под санкциями, были прямые рейсы из Бейрута в Москву. А сегодня из нашего аэропорта летает только ливанская авиакомпания Middle Eastern Airlines, и ее самолеты с 2022 года из-за европейских санкций не могут летать в Россию».
По словам архимандрита, в условиях опасности наши верующие соотечественники в Ливане сплотились, стараются помогать друг другу (всего, по данным посольства РФ, в стране сейчас находятся 3 000 с лишним россиян).
«Пожалуйста, не драматизируйте ситуацию и не пытайтесь вызвать к нам жалость, - просит меня Светлана из Бейрута. – А то наши родственники в России будут волноваться. Мы привыкли к перебоям с электричеством – они у нас начались еще лет тридцать назад. И до израильских налетов бывало, что свет давали только на два часа в сутки.
Ничего, у многих семей есть свои генераторы на жидком топливе. Пустой водопровод? И в селах на юге, и во многих районах Бейрута есть свои скважины, колодцы, резервуары с питьевой водой. Нас голыми руками не возьмешь!»
Правда, на мой вопрос о бомбоубежищах Светлана отвечает с горечью: «Какие бомбоубежища? У нас их нет и не было. После каждой войны власти обещают непременно построить их к следующему конфликту, и всякий раз как-то руки не доходят».
Беженцев размещают в школах – очевидно, предполагается, что Израиль не будет бить по столь очевидно мирным объектам. Дети, объясняет Светлана, перешли на дистанционное обучение – как, впрочем, и студенты.
«Родственники ливанцев, за которых мы вышли замуж, приглашают нас приехать на время. Принимают как родных на севере страны и даже в горных селениях», - говорит россиянка.