Назад в будущее: Почему русские сериалы заразились ретроманией, встали на самоповтор и отчаянно игнорируют настоящее
Сериал «Дети перемен»
До наступления главной победы в современной России ни в каком «подведении итогов», конечно же, смысла нет. Зато есть очередной сочный повод внимательно присмотреться к сериальной и киноиндустрии, чтобы понять — куда и зачем мы (зрители, за которых дерутся телеканалы, кинотеатры и онлайн-платформы) двигаемся, насколько далеки от реальности и почему так сильно хотим возвращаться в прошлое? Сразу предупредим: мы любим и жанр сериала, который еще в русской литературе XIX века изобрели Михаил Катков (журнал «Русский вестник») и Николай Некрасов (журнал «Современник»), и многие русские сериалы, но молчать и делать вид, что все нормально, когда близкий человек серьезно болен, не очень правильно.
На пороге 2025 года необычно осознавать, что промышленные мощности русской сериальной индустрии сыграли с контентом плохую шутку. Производители замкнулись в герметичном пространстве из нескольких комнат, в котором продолжают перемещаться, меняясь мебелью и ключевыми персонажами, некоторые из которых идут в комплекте. Буквально парно. Хороший артист Александр Робак с хорошей артисткой Анной Михалковой воспроизводят надтреснутую пару в сериалах «Шторм», «Убойный отпуск», «Ангелы с района», «СидяДома».
Талантливый дуэт буквально по формуле CTRL+C —> CTRL+V переносят из проекта в проект. И это лучший образ происходящего. Современные сериалы (и кино) — бег по кругу.
Сериал «Убойный отпуск»
Тезис вроде бы очевидный (назовите хотя бы один новый фильм уровня и популярности «Брата» и хотя бы один новый сериал качества и вирусности «Ликвидации») — мы давно уже застыли в болоте, то погружаясь ниже, то чуть приподнимаясь («Слово пацана. Кровь на асфальте»). Пришло время это признать. Барахтанья не в счет, зато кризис перепроизводства налицо — сотни (!) сериалов и фильмов, выходящих в России ежегодно, можно без труда разбить на несколько категорий, которые бесконечно повторяются, воспроизводя себя под разными названиями. И речь, увы, не про борхесовскую четырехчастную цикличность.
1. Голливуд заказывали?
Сериалы «Постучись в мою дверь» и «Постучись в мою дверь в Москве»
В рамках неизбывного карго-культа российские продюсеры по-прежнему стремятся изо всех сил выдать экстракт смердяковщины и стильно переобуться так, чтоб теперь точно было, КАК У НИХ ТАМ: «Золотое дно» — это наш ответ «Наследникам» от HBO, «Ваша честь» — это наш ответ израильскому «Судье», «Шеф» — это калька американского «Медведя», а еще есть реплика турецкого телехита «Постучись в мою дверь в Москве» и множество других скрытых оммажей, шитых ярко розовыми нитками. Вроде бы стыдновато при таких производственных и творческих возможностях, как у нас, пресмыкаться перед Голливудом за медальки (см. фильм «Анора»), вроде бы все публика уже давно пережила с комедиями про Дерибасовскую и Брайтон-бич, но нет. Продолжают упорствовать: «Как у вас там ходют бабы — в панталонах али без?»
2. «Советское полусладкое»
Самый устойчивый и прибыльный тренд. Кино, литература и даже музыка, которая проросла сквозь нас, безжалостно эксплуатируется в гонке за кассовыми рекордами. «Чебурашка», будь он неладен, собрал целых 6,7 миллиарда рублей. Чем другие хуже? Так рождаются бесконечные сказки («Бременские музыканты», «Волшебник Изумрудного города», «Летучий корабль», «Домовенок Кузя», на подходе «Варвара-краса», «Королевство кривых зеркал», «Аленький цветочек»), вторичное фэнтези «Сто лет тому вперед» (слепок из «Тайн Третьей планеты» и «Гостьи из будущего»), «Противостояние» как странная попытка ответа телехиту Семена Арановича, «Дядя Леша» как переложение «Берегись автомобиля!», где даже саундтрек передрали (зачеркнуто), то есть адаптировали. И многое, многое другое в жанре antioriginals.
Фильм «Небриллиантовя рука»
Например, серия специфических новогодних комедий, где современные юмористы, не отряхнув грязной обуви, топчутся в храме советского кино, без стеснения примеряя образы великих советских актеров.
В ряду экспериментов по эксплуатации прошлого — сонм ретромелодрам про суперзвезд — «Магомаев», «Раневская», «Шаляпин» — а еще самый успешный, какие бы рейтинги не составляли критики и онлайн-платформы, сериал 2024 года «Комбинация» про одноименную группу с 9+ миллионами просмотров. Да, такое легко продается. И еще быстрее забывается.
3. Плачет девочка с автоматом
Еще один популярный жанр, над которым якобы нравится подумать («Триггер», «Медиатор», «Калимба», «Трасса» и в таком духе) аудитории. Визуализация очень модного теперь психомаркетинга: на феню о «проработке травм», «осознанности» и прочих «лучших версиях себя» — как будто человек есть конструктор, где можно переставить детальки местами, и все сразу начнет работать, как надо — органично ложатся криминальные сюжеты и легко объясняют повернутость любого маньяка. И не только его.
Сериал «Трасса»
Сценарист Олег Маловичко начал работать в этом незамысловатом жанре еще 10 лет назад («Метод»), а теперь стал таким виртуозом, что некоторые считают автора нейросетью. Кажется, небезосновательно — перехваленная «Трасса» не что иное, как «Хрустальный», только про девочек. Предсказуемость и вторичность сценария обманывают публику, пока гипнотизирующая волынка из сериала в сериал играет одну и ту же заунывную мелодию: «Ты вовсе не плохой человек, Гарри. Ты очень хороший человек, с которым случилось много плохого» («Гарри Поттер и Орден Феникса», 2007 г.). Один, два, три раза за этим наблюдать интересно, а потом — что пить заваренный в пятый раз пакетик. Да и вообще, не стоит настолько недооценивать человека: не так примитивно и линейно он устроен, чтоб все проблемы возникали от вымышленной недолюбленности, плохого воспитания или отсутствия подарков под елкой на Новый год.
Отношение к каждому как к техническому устройству, из которого можно и нужно извлекать максимальную пользу, выгоду и прочий KPI, и вовсе убивает таинство личности и богоизбранность человека. Ввинти недостающий саморез — стань мудрее и эффективнее.
4. От публичных домов до эскортниц
Новая старая реальность, которую «смело» открывают «Чистые», «Жизнь по вызову», «Беспринципные» (до этого «Содержанки», «Немодельное агентство» и др.). Ну а что такого? Это советская власть отменила легальные публичные дома, при царе все было вполне себе законно. К началу XX века в России было официально зарегистрировано 2 400 публичных домов, где трудились более 15 тысяч женщин. Некоторые — с 16 лет. Барышни сдавали паспорт, получая «заменительный билет», в народе — желтый. Три четверти дохода причиталось хозяйке дома, одна четверть — работнице. В некоторых областях за визит брали по 10 копеек, за ночь — 40 копеек.
Сериал «Жизнь по вызову»
И Достоевский, и Толстой, не брезговали охотно приоткрывать двери в непотребство. Один из лучших романов мира «Воскресение» скрупулезно исследует тему сползания в бездну и попытки перерождения. Только есть нюанс: Лев Николаевич, к негодованию Софьи Толстой, слишком внимательно изучает природу изнасилования души, выводя ее через образ главной героини (почти как Триер в «Нимфоманке»). А не сладострастно смакует голых красивых баб, как наши сериалы.
5. А волына и ныне там
Самая незайтеливая методика: когда на волне успеха «Слова пацана» (феномен без сарказма) тоже хочется взбудоражить темные омуты сознания общественности и «поиграть в «Бригаду» — сериалы «Лихие», «На автомате», «Дети перемен», «Лада Голд» подают тему под разным соусом (даже талантливый Юрий Быков громко заявил, что хочет НАВСЕГДА покончить с темой девяностых, ахахахах), но всегда с одинаковой оптикой. И порой с кочующими, как Робак и Михалкова, актерами — чтоб Турбо (Вячеслав Копейкин) и Зиму (Лев Зулькарнаев) как маскотов этого движения опознали и в любой другой криминальной саге про рамсы и волыны.
Сериал «Дети перемен»
Да, да, да, в центре повествования, разумеется, судьбы, страна, люди, их отношения, любовь, нелюбовь и все такое. Но нет, простите: романтизация (или антиромантизация) героев — все еще привлечение к ним внимания. И, что печальнее, выдаивание, заигрывание, зарабатывание на этом денег, то есть, как говорили в девяностые, спекуляция.
6. «Сопли бахромой» или «Больно мне, больно!»
Еще одна линейка сериалов связана с отклонениями. Это корпус сериалов под девизом «Доктор, сколько мне осталось?», где выбивание слезы, а заодно и симпатии зрителя, коленом происходит весьма ненавязчивым образом — за счет медицинских диагнозов, которые сценаристы с ходу поднимают на хоругви. В интернете это зовется эффектом одноногой собачки. Работает безотказно, как полис ОСАГО: если проект летит в кювет зрительского отвращения, страховка в виде тяжкого недуга главного персонажа обязательно спасет.
Сериал «Между нами химия»
Так существуют «Почка» (трансплантация почки), «Обоюдное согласие-2» (психиатрия), «Морозко» (ЭКО + тиннитус), «Она такая классная» (аутизм), «Между нами химия» (название для тупых, но уточним — рак), «Фарма» (миодистрофия) и проч. Проверить качество очень просто: убираем костыли в виде диагнозов — и все происходящее на экране сразу меняется. То есть разваливается по кирпичикам.
7. «Потные ка'тки*»
Дивный новый пласт, посвященный прогрессу, который встал на столе с пельменями у человека из народа. В центре: простой рукастый мужик за компуктером («Киберпапа», «Мамонты», «Мастодонт»), словом мышь он называет исключительно грызуна.
Сериал «Киберпапа»
Просто посмотрите на гениальную афишу сериала «Киберпапа». Добавить к этому абсолютно нечего. Эти ваши интернеты, конечно, зло еще то. Но иногда и пригодятся, этсамое, как его тама. Чтоб отношения внутри семьи цементом, мать его. Такие вот отцы и дети, емае. Куда нажимать-то, ядрен батон. А шо? А ни шо!
8. «Йоу, йоу! Сноубординг! Дискета!»
Отдельный карикатурный поджанр — сериалы для подростков. Именно в таком порядке, да, а не подростковые сериалы. Потому что под подростковые сериалы («Уэнсдэй», «Очень странные дела», «Эйфория») очень-очень сильно хочется косить, но получается совсем иное, анекдотическое — застывшие во взрослении кидалты-инфантилы, которых играют, как умеют, 25-30-летние актеры («Фарма», «Жвачка», «Юг»).
Фото: кадр из фильма
Выглядит, как старый мем со Стивом Бушеми, плохо замаскированным под юнца, из сериала «Студия 30»: «How do you do, fellow kids?». Увы, наивные продюсеры продолжают искренне верить в то, что таким образом можно оттяпать приличный кусок аудитории — и современная молодежь на полном серьезе побежит смотреть сериалы про себя в смартфоне или по телевизору, как Валю Карнавал в новогоднюю ночь.
Сквозь дыру в моей голове
Некоторые проекты и вовсе сняты пришельцами из другой галактики (потому и не поддаются классификации). И это не про фантастику, а про тотальный отрыв от реальности: ну какой сериал про глянцевые журналы в 2024 году? Когда и офсетной прессы в редком киоске не найти. Да, кто-то из представителей СМИ до сих пор продолжает по инерции жить в параллельной бартерной реальности, где качество текста измеряется бутылочками шампуня и гиалуронкой, но на третий год СВО иначе как забавную экспозицию музея антропологии подобное воспринимать сложно — даже если с экрана Евгений Цыганов безбрежным взглядом бассет-хаунда тоскливо глядит в никуда.
Сериал «Первый номер»
Впрочем, есть подозрение, что такие проекты возникают вовсе не из инфантильности или жажды заработать на процессе производства. Возможно, именно так и выглядит современный молчаливый протест — сознательный уход от реальности вбок. Вот это как раз самое интересное. И об этом — во второй части нашего материала.
* катка — на интернет-сленге: отдельное сражение, бой, раунд в игре
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Максим Никулин раскритиковал ремейки советской киноклассики и откровенно рассказал о цирковых династиях
Максим Никулин раскритиковал ремейки советской киноклассики (подробнее)