Никита Кологривый (в центре) в «Затерянных» наконец отошел от образа Кащея из «Слова пацана» (18+). Фото: Кадр из сериала
Стоит большим нашим режиссерам задуматься о верности курса и конце пути, они тотчас отправляют героев из России в Россию - глубинную, туманную, навек застывшую Атлантиду малых городов. Абдрашитов в «Параде планет». Шахназаров в «Городе Зеро». Балабанов в «Я тоже хочу». Михалков в «Очах черных». Астрахан в «Четвертой планете». Позвольте, скажет читатель, когда это Астрахан был большим режиссером? А он и не был - до самой «Четвертой планеты». Но однажды вышел в астрал и заставил говорить о себе всерьез - жаль, ненадолго.
Герои блуждали в предутреннем тумане по границам небытия. Резервистов из «Парада планет» накрывал условным ударом условный противник, дозволяя отправиться дембелями-Одиссеями в Аид и Город женщин - без денег, документов, ключей и прочих привязок к натоптанной жизненной колее. В «Я тоже хочу» собравшийся помирать Балабанов торил себе дорожку в Царствие Небесное обочь с разбойниками, блудницами и лирниками - себя с ними не разделяя и особых культурных прав на пороге Страшного суда не качая. Экипаж космолета находил на «Четвертой планете» законсервированный СССР детства - с еще живой родней и песнями про яблони на Марсе (явная реплика в адрес холодноватого «Соляриса»: у Андрея Арсеньевича на момент съемок все дорогие сердцу люди были еще живы, и его, в отличие от зрителей, не волновала встреча с тенями жен, детей и родителей). В «Очах черных» усталый иностранец открывал в чужой России мыслящий океан, молочный и магнетический, с дамами и собачками. И только в «Городе Зеро» сердито пародировалось сошедшее с рельс настоящее, но и оттуда герой не желал никуда плыть, и лодка его была без весел.
Вопрос, не бросить ли все и не зависнуть ли в русском Зазеркалье, среди незнакомых, но своих, волновал уже поживших людей. Роман Каримов же так долго числился по легковесному жанру, что за «Днюхами» и «Гуляй, Васями!» не заметили ни мощнейшего прошлогоднего эпоса о ковиде «Дыхание» (напрасно), ни того, что режиссеру 40 - возраст жизненного экватора и философских трипов в Россию.
Четверо поддатых менеджеров среднего звена едут после удачной сделки из России в Москву коротким двухчасовым плечом. Бензин символично кончается (у всех режиссеров такого кино начинает кончаться бензин), связь не ловит, банкомат не работает, от наличных отвыкли, а безнал еще не пришел. В ближайшем населенном пункте день города (почему-то в малоэтажной России всегда день города), рядом стреляют (кавказская свадьба), алкоголь не продают (ночь), девушки милы и на разговор отзывчивы, отцы их проницательны - а и много ли ума нужно, чтобы прочитать офисного москвича? Привычные к цивилизации и злословию, но потерявшие вкус доброго мордобоя, неловкой песни, домашнего супца люди будто заново открывают себя. «Чем ты живешь? Ты добрый? Друзья у тебя есть?» - спрашивала сумасшедшая бабушка-фея героя «Парада планет», заставляя отвечать: профессия по инерции, про доброту не знаю, друзей нет - разве вот эти. Егор Корешков и Никита Кологривый, переиграв роту простаков и плутов, едва ли не впервые исполняют Роли - с насыщенным крупным планом (Даниил Толстокулаков и Артем Цуканов им под стать). Все четверо вспоминают детство и все одно и то же: у кого ж в детстве не было маек в репьях, друзей с мячом и девочки с веснушками.
Танцуют старики, как в «Параде планет» и «Зеркале для героя». Плывет лодка перевозчика - как в «Городе Зеро» и том же «Параде». Курсируют во тьме освещенными аквариумами одинокие автобусы.
Кто бы мог подумать, что производители домохозяйкиных драм Георгий Шабанов и Иван Капитонов могут спродюсировать такое (разве что сопродюсер, маэстро будничного инфернала Святослав Подгаевский ожидания оправдал)?
А артисты? А режиссер? А зрители - явно принявшие постановку? Люди, притворявшиеся поверхностными, часто оказываются совсем не простыми. Современное российское кино - тоже.
«Затерянные», 18+
2024 г.
Реж. Роман Каримов. Start.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
«Огниво», «Пришелец», «Встретимся вчера» и «На всю катушку»: что посмотреть в кино (подробнее)