«Это не убийство. Это превышение самообороны»: Ангелину Антонову, спасавшуюся от мужа, отпустили домой из зала суда

Сначала ничто не предвещало беды. Евгений и Ангелина выглядели счастливой парой. Фото: Личный архив героини публикации

Ту роковую ночь Ангелина Антонова до сих пор вспоминает с ужасом: «Все было как в тумане… Голова адски кружится после ударов о ванну, муж идет на меня с ножницами, дочь ревет в соседней комнате. Знаете, оказывается, в такой момент мозг работает совсем по-другому, ты не осознаешь своих действий, есть только инстинкты. Я даже не поняла, что нанесла мужу удар, и тем более не ожидала, что он окажется смертельным…»

«ДЕВУШКА, ОН УМЕР»

Ангелина вышла замуж за Евгения в 2018-м, для обоих это был уже не первый брак.

- Сначала все было хорошо. Я почти сразу же забеременела. У Жени был ребенок от первого брака, у меня детей не было. Потом случилась пандемия, и все полетело прахом: я в декрете, ИП пришлось закрыть, долги. Жили фактически на пособия. Женя стал пить, сначала незаметно вроде, а потом все больше и больше. Начал меня бить.

Ангелина вышла замуж за Евгения в 2018-м, для обоих это был уже не первый брак.

Фото: Личный архив.

- Вы жаловались кому-то?

- Его отцу. Он проводил воспитательные беседы с сыном. Брат мой тоже знал, а я верила, что все наладится, что это просто сложный период. Как я теперь понимаю, наш брак для Жени был попыткой изменить себя и свою жизнь, но он не справился. Только после узнала, что, оказывается, у него были и судимость, и проблемы с зависимостями. Но я никогда даже подумать не могла, что до такого вот дойдет…

Ангелина Антонова.

Фото: Личный архив.

Трагедия случилась 6 февраля 2022 года: на часах - 3 ночи, Ангелина давно спит, и тут муж возвращается пьяный домой, будит ее и устраивает разборки с побоями. Несколько раз женщина пытается уйти в комнату. Но муж приходит и туда, бьет.

- Так продолжалось долго. Весь скандал происходил в ванной комнате, чтобы не разбудить ребенка. Веронике было тогда всего два года, совсем малышка. В какой-то момент Женя взял в руки нож. Потом выронил, я подобрала и попыталась убежать, заперев его в ванной. От шума проснулась и заплакала дочь… Знаете, я совсем не помню, как нанесла ему удар. Вообще даже не поняла, что это случилось. Просто в какой-то момент он отступил, и я побежала к ребенку - Вероника захлебывалась в истерике. И только когда Женя вошел в комнату, я увидела кровь и осознала, что произошло.

Ангелина сразу позвонила в скорую, бегала по соседям, просила помощи.

- Когда приехали врачи (через 25 минут. - Ред.), муж был еще жив. Его пытались реанимировать. А потом врач заплакала: «Девушка, он умер». Я была в ужасе! Как мне жить дальше с этим? Что же будет? А Вероника? Куда ее теперь?

АД ОБЫКНОВЕННЫЙ, ДОМАШНИЙ

Домашнее насилие - это такое преступление, которого юридически нет в нашей стране. Но это юридически. Фактически оно никуда не делось. Если злоумышленник нападет на тебя на улице, его найдут и накажут. Но если он живет в твоей квартире и хоть каждую ночь распускает руки, то это уже вроде как не преступление. Поэтому тысячи людей живут в своих домах в страхе. И это не только женщины и дети (хотя, по статистике, они основные жертвы).

Что там творится за закрытыми дверьми, как правило, все узнают, только когда случается трагедия - отрубленные руки, страшные убийства, огромные сроки…

История Ангелины Антоновой как раз из этой «оперы». «Комсомолка» уже писала о ней, когда шел суд. Причем женщину судили за убийство, а не за превышение самообороны.

- Все доказательства того, что сестра защищалась, были: синяки, ссадины, сотрясение мозга. И даже видеозапись, которую Ангелина сделала в перерывах между побоями, когда этот изверг отвлекся, - рассказывал «Комсомолке» брат Антоновой. - Но ничего этого суд не учел.

Ангелине тогда дали 8 лет и 4 месяца. Была апелляция, но она оставила приговор в силе. Девушку уже даже этапировали в колонию в Хакасию, и казалось, что все, век воли не видать... Но случилось чудо: «Отпустить в зале суда» - фраза, которую слышат единицы в нашей стране. Ангелина - одна из них.

ИЗ СИЗО НАПИСАЛА МАМЕ: «Я ДОМОЙ ЕДУ»

- Много в тюрьме женщин с похожей историей?

- Немало. Но, честно говоря, там не принято откровенничать. Любое слово может быть использовано против тебя. Тем более я сидела в колонии для бывших сотрудников (Ангелина служила дознавателем в МВД. - Ред.). А там специфическая публика - люди, которые раньше сами были при погонах, при власти, многие очень высокопоставленные. Тут надо подчиняться. Тюрьма и так тяжелое испытание, а тут еще профессия накладывает отпечаток. Не дай бог никому оказаться в этих местах, это страшно. Особенно если нет никого, кто поддерживает с воли.

- Что было самым сложным?

- Разлука с дочерью. Все бытовые моменты можно пережить, привыкнуть. А то, что ребенок растет без меня, что я ее не вижу, не слышу, меня убивало каждый день. Честно говоря, я уже смирилась со статьей, со сроком. Конечно, когда только попала в СИЗО, был шок. Я вообще не понимала, как жить дальше. 8 лет! То есть выйти на волю мне предстояло только в 2031-м. Спасибо психологу - она помогла выбраться из депрессии - и родным, которые не оставляли меня одну. Звонки домой - это самая большая радость там…

Брат и мама Ангелины не просто поддерживали ее, но и продолжали бороться. В январе 2024-го, когда приговор уже вступил в силу, они обратились за помощью в Центр защиты пострадавших от домашнего насилия при Консорциуме женских неправительственных объединений. Эта организации давно занимается проблемой домашнего насилия. В дело вступила адвокат Анна Гордеева. Жалобу в Верховный суд подготовила адвокат Мари Давтян.

- Когда дело забрали в Москву, у меня появился лучик надежды, - рассказывает Ангелина. - А уж когда сказали, что из Хакасии меня этапируют обратно в СИЗО в Усолье, поняла: случится что-то хорошее. Ну не будут же просто так перевозить… Я маме написала тогда: «Еду домой». На родине, пусть даже в изоляторе, даже воздух другой, и близкие вот тут, прямо за стеной. Это очень ощущается. Но, честно говоря, не ожидала, что отпустят в зале суда. Срок скостят - да. А вот то, что домой… Это просто чудо!

5 декабря 2024 года в суде Усолья-Сибирского первоначальный приговор был пересмотрен. Статью «убийство» переквалифицировали на «превышение допустимой самообороны». Наказание по ней - год тюрьмы. Но с учетом уже отсиженного Ангелину Антонову освободили прямо в зале суда.

- Никогда не забуду этот момент. За те пару часов, пока вещи собирала, пока бумажки подписывали, я так волновалась, что будто даже постарела на несколько лет. У меня же после тех побоев и травм в мозгу копится жидкость, и любой стресс, даже положительный, сразу дает о себе знать. Домой пришла, мама даже заплакала, такая я была черная.

«ПАПА БИЛ ТЕБЯ ПО ГОЛОВЕ»

- Почему вы не обращались с побоями в полицию?

- Я сама работала дознавателем. Девчонки приходили с такими заявлениями, а потом сами же их забирали. Они же разводиться не хотят, заявления пишут, лишь чтобы припугнуть. Вот и я не собиралась разводится с Женей, верила, что все наладится, пыталась сохранить семью.

- Почему не ушла от него?

- Не люблю этот вопрос. Потому что не ушла, у нас же семья, дочь.

Первая встреча с дочерью после тюрьмы. За два года Ангелина превратилась в другого человека. Фото: Личный архив героини публикации

- Как дочь встретила?

- Ох, я очень боялась, все-таки два года меня не было. И потом, у меня чувство вины перед ней. Она пока маленькая, не очень понимает, что произошло. Хотя ее дедушка со стороны отца приходил в садик, говорил: «Твоя мама - убийца». Я его, конечно, понимаю, он сына потерял. Но при чем тут внучка? Разве ребенок должен за родителей страдать?

- Дочери расскажете все, что случилось?

- Конечно! Сейчас ей всего 5 лет - пока маленькая, но и сама вспоминает: «Папа бил тебя по голове». А еще боится, что я опять пропаду. Каждый день спрашивает: «Мама, ты больше никуда не уйдешь?» - и нервничает, если не я забираю ее из садика.

- А как общество вас приняло?

- Вы знаете, хорошо. Хотя тогда, в феврале 2022-го, столько про меня в городе говорили: и алкашка, и 15 ножевых ранений якобы нанесла. Но правда же всегда выплывает наружу. Очень много людей теперь знают, что на самом деле произошло. Поддерживают. Сейчас вообще стали больше говорить про домашнее насилие, раньше даже такого понятия никто не слышал.

- Какие планы на жизнь?

- На работу устроиться. В органы я точно больше не пойду - не хочу, особенно, когда увидела все, что происходит с двух сторон. Замуж тоже не собираюсь. Буду дочь растить и молиться за нее и за Женю. Самооборона или нет, все равно этот грех на мне.

МЕЖДУ ПРОЧИМ

Суды «выбирают» аргументы

В подобных делах женщины часто сталкиваются с дискриминацией, объясняет Мари Давтян, адвокат, много лет занимающаяся делами о необходимой обороне. Она и готовила кассационную жалобу для Ангелины.

- Это давняя и системная проблема, с которой постоянно сталкиваются адвокаты. Это очень сильно мешает в делах о необходимой обороне. Тут же нельзя чисто формально рассмотреть нанесение удара, не изучая и не исследуя контекст: как он был нанесен, почему. А вот когда исследуется контекст, становится понятным, что у женщин, которые заявляют, что они защищались, действительно были все основания опасаться за свою жизнь и здоровье.

Есть постановление пленума Верховного суда от 27.09.2012 № 19. Оно так и называется: «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление». И в этом документе, и в своих кассационных определениях Верховный суд не раз указывал: суды должны тщательно и полно анализировать аргументы женщин, которые заявляют, что защищались. Но на практике нижестоящие суды этого не делают…

- Они продолжают «выбирать» только те аргументы, которые хорошо ложатся в привычные им фабулы, - объясняет Давтян. - А в такой категории дел это ведет к ошибочной квалификации. Вот в деле Антоновой нам удалось доказать факты, говорящие о необходимой обороне. Но, к сожалению, так бывает не всегда.

ЕЩЕ БЫЛИ СЛУЧАИ

Хроника преступлений и наказаний

Истории, когда женщины, долгое время избиваемые мужьями, обороняясь, убивали их сами, не редкость. Есть даже статистика (неофициальная), что 79% осужденных за убийство - сами жертвы домашнего насилия. Однако историй, когда вместо статьи «убийство» к ним применяли «превышение допустимой обороны», можно пересчитать по пальцам одной руки.

Дело сестер Хачатурян

Это, пожалуй, самая громкая известная история. Девушки зарезали своего отца, однако после под давлением общественности вскрылись шокирующие подробности. В итоге сестрам пока не изменили изначальное обвинение по статье «убийство группой лиц по предварительному сговору», но уже отпустили из СИЗО на время следствия, а против их отца возбудили уголовное дело о насилии. Посмертно.

Дело Оксаны Гончаровой

В прошлом журналистка «Ведомостей» и РБК получила большой срок за убийство своего гражданского мужа Алексея Самусева.

Все произошло вечером 28 сентября 2022 года: Самусев, изрядно выпивший, без приглашения заявился к Оксане домой, да еще и привел с собой друга. Вспыхнула ссора. Самусев набросился на Оксану, а та, защищаясь, схватила ножницы и ударила его. Мужчина смог уйти из квартиры сам, но позже умер в больнице. Оксана рассказывала, что за 15 лет совместной жизни терпела от него постоянное насилие - он бил ее, угрожал, и никакие обращения в полицию не помогали.

Присяжные признали, что она виновата в убийстве, но учли все обстоятельства и решили, что она заслуживает снисхождения. Тем не менее суд дал ей семь лет лишения свободы.

Дело Галины Каторовой

39-летняя жительница Находки многие годы подвергалась избиениям со стороны мужа. В 2017 году, защищаясь от очередного нападения, она нанесла ему смертельные ножевые ранения. Изначально Галину обвинили в убийстве (ч. 1 ст. 105 УК РФ), но позже переквалифицировали на «причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть» (ч. 4 ст. 111 УК РФ). Находкинский горсуд приговорил ее к трем годам заключения, но Приморский краевой суд отменил это решение и полностью оправдал Каторову.

Дело Натальи Туниковой

Все подобные истории начинаются одинаково: «…на протяжении длительного времени подвергалась насилию со стороны своего партнера». Так же и у Натальи Туниковой из Иркутска.

В 2014 году, когда мужчина пытался сбросить ее с 16-го этажа, она ударила его ножом в целях самообороны. Суд признал Наталью виновной в нападении, несмотря на то, что она защищала свою жизнь.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Главные потери года: вспоминаем, с кем мы простились в 2024-м (подробнее)