О чем писала «Комсомолка» в этот день - 19 марта: Дверь в космос открыта!

1965

60 лет назад, 18 марта 1965 года, советский космонавт Алексей Леонов стал первым человеком, вышедшим в открытый космос. На следующий день весь мир читал о подвиге экипажа корабля «Восход-2». В «Комсомолке» космической теме отданы четыре полосы.

О том, какой ценой дался этот полет, подробно рассказывает фильм 2017 года «Время первых». О нештатных ситуациях, поставивших космонавтов на грань жизни и смерти, в прессу 60-х не просочилось ни слова. Ни про раздутый скафандр Леонова. Ни про то, как он возвращался на корабль, вопреки инструкции, головой вперед. Ни про «зашкаливающий» кислород, который автоматика нагнетала из-за неплотно закрытого люка. Ни про то, как командиру корабля Павлу Беляеву пришлось сажать аппарат вручную. Ни про то, как космонавты чуть не погибли на Земле: нашли их в пермской тайге только через трое суток.

БОРТОВЫЕ СИСТЕМЫ ФУНКЦИОНИРУЮТ НОРМАЛЬНО

Передовица рапортует об успешно проведенном полете:

«На втором витке полета второй пилот летчик-космонавт подполковник Леонов Алексей Архипович в специальном скафандре с автономной системой жизнеобеспечения совершил выход в космическое пространство, удалился от корабля на расстояние до пяти метров, успешно провел комплекс намеченных исследований и наблюдений и благополучно возвратился в корабль».

«Все бортовые системы космического корабля функционируют нормально».

НАШ ЧЕЛОВЕК НА БАЙКОНУРЕ

И все же - это один из лучших номеров за всю историю нашей газеты. Много фото - из космоса и с Земли, где Леонов и Беляев - одновременно и супермены, и простые советские парни. И, конечно, тексты:

«Наш специальный корреспондент Василий ПЕСКОВ передает с Байконура

«ЧЕЛОВЕК выйдет из корабля в скафандре, останется в космосе. Записываю обрывки фраз, которые сейчас в комнате журналистов говорит ученый: «Двадцать восемь тысяч километров в час...», «Семь и восемь десятых километра в секунду...» С такой скоростью он будет пролетать над Землей без корабля, только в скафандре. Ученый ставит знак равенства между этим полетом и полетом Гагарина. Гагарин в это время сидит в нашей комнате и говорит с врачами о каких-то земных делах. А четыре года назад вот такие же шли разговоры. Сейчас никто не говорит о том, как поведет себя человек на корабле. Тут уже нет ничего неизвестного. Выход же из корабля - новое слово в космических путешествиях и космической технике. Все ждут назначенного дня. Только об этом и разговоры на космодроме.

На космодроме весна. А вечером у нашего дома вырастает борода из сосулек. Ночью почти как зимой - десять - пятнадцать градусов. А утром сосульки со стуком падают около окон. Энтузиасты в летних костюмах делают зарядку. Днем просто жарко. Девчонки из космодромного городка играют в скакалку. Летят гуси на север. На близкой воде шуршит, оседая, кипенно-белый лед. Ночью опять мороз, видны звезды, черное небо - все это с Земли называется космосом. Вчера повалил снег, космоса не видно».

«БЫСТРО все закрутилось. Назначен час старта. Состоялось заседание государственной комиссии. Было нестерпимо жарко от юпитеров. Двое принимали поздравления ученых-ракетчиков и космонавтов. Алексей остался верен себе. В коридоре ущипнул за плечо: «Выходит, буду монтажником-высотником. А?» На этот раз за шуткой пытается скрыть волнение…

День хороший. Солнце. Тепло. Просыпается пустыня. Несколько дней назад на площадку забежал заяц. Спугнутый киношниками (они в это время крепили на штанге камеру-автомат), заяц шарахнулся и, конечно, не собрал костей на бетоне…

Кованая дверь в подземелье с надписью: «Командный пункт». Бетонная лестница вниз. Подземелье. Бункер. Сюда спускаются члены государственной комиссии. Не очень просторно. Как вереница светящихся пуль - зеленые и красные огоньки на приборах. Строимся в очередь, чтобы узнать, что же видит из-под земли человек, говорящий: «Пуск!» В зеленоватом стеклышке - вся ракета. Вот лежит точный хронометр, уже много раз определявший время ракетам. Вот легендарная кнопка. На этот раз при слове «Пуск!» ее нажимает парень лет двадцати двух. Он охотно разрешает прикоснуться к пружинящей кнопке пальцем.

- Нажмите - сейчас ничего не случится.

Нажимаю. Ничего не случается. В перископ хорошо видно ракету, легкие облака и людей, занятых делом».

«УТРО. Одеваемся потеплее. По стеклам шуршит косой снег. В такую погоду люди не любят покидать дом. Известие: космонавты одеваются. Спешим на старт, чтобы увидеть их до посадки в корабль. Почти у самого старта догоняет синий автобус.

Два человека идут к ракете. Скафандры на них снежно-белого цвета с полосками по бокам. Белая обувь, белый шлем. Скафандры и похожи и чем-то не похожи на одежду Гагарина. В предыдущих полетах скафандр служил космонавтам страховкой на всякий случай, теперь только эта легкая, на взгляд, оболочка будет разделять человека и космос.

Из-за снега космонавты всего на две-три минуты задержались в объятиях провожающих. Короткие, в несколько слов доклады: «Готовы лететь!» Объятия. Шаги по лестнице к лифту. Первым идет Леонов. Он занимает кресло рядом с люком. Потом уходит Беляев… Последние команды. Проверяется готовность ракеты и корабля.

ПУНКТ наблюдения. Километр бурой, присыпанной снегом земли отделяет нас от ракеты. С надеждой глядим на небо. Облака поднимаются - значит увеличится число секунд, когда будет видна ракета, прежде чем уйдет в облака.

Космонавты отзываются на позывные - «Алмаз-1» и «Алмаз-2». Толпимся перед экраном телевизора. Видны руки и лица космонавтов. Идет проверка приборов. Все команды, как и в предыдущие старты. Пожалуй, возросло только число команд и число ответов на них. Говорит Гагарин, Главный конструктор, конструкторы других систем корабля.

- Все нормально, - «Алмаз-1» отвечает Земле окающим вологодским голосом».

«- Пуск!

Вспышка. Нарастающий гул… Все, как в предыдущие старты. Все хорошо. Хорошо! Столб огня, соединяющий ракету и Землю, рвется. Гул, какого всю жизнь не забудешь. И все. Один только гул. Ракеты уже не видно...»

КНИГА В ДОРОГУ

В этом номере еще один очерк Василия Михайловича Пескова - «Выходящий из корабля» - об Алексее Архиповиче Леонове, художнике-космонавте:

«УЧИТЕЛЬНИЦА сказала: «Нарисуйте гриб». Первоклассники рисовали. И он рисовал. Учительница с интересом разглядывала листок, а потом вызвала мать и стала расспрашивать, кто его учил рисовать. Это было давно, и жизнь вполне могла получиться так, что он стал бы художником. Он и теперь держит в доме краски и кисти, мольберт и толстые книги по искусству, дружит с художниками, для жилья своего сам написал картины. Но жизни угодно было распорядиться так, что он стал космонавтом.

Речь идет о космонавте Леонове Алексее. Кто он, неизвестный вчера и известный сегодня всему миру? Вот биография человека, записанная с его слов неделю назад.

Ему тридцать лет. Родился в селе Листвянка в Сибири, в семье шахтера. Позже отец его, Архип Алексеевич, работал электрослесарем и зоотехником. Последние семнадцать лет семья живет в Калининграде.

У Леоновых девять детей. Шесть дочерей и три сына. Алексей был предпоследним ребенком. Все дети живы, все стали на ноги. У матери, Евдокии Минаевны, - материнский почетный орден».

«ПРЕЖДЕ ЧЕМ попрощаться, я спросил, какую книгу он положил в чемодан? Алексей оживился, достал эту книгу, и мы еще полчаса посидели, листая страницы.

- Это любимая… Не могу точно сказать, за что именно нравится. Два года назад прочитал и все время потом беру, открываю, как стихи, в разных местах».

«Речь шла о книге Экзюпери. В книге две его повести: «Земля людей» и «Ночной полет».

ЖУРНАЛИСТЫ улетают на космодром. Держу в руках новую книгу Экзюпери. Она только что вышла. На космодроме он будет рад такому подарку...»

Книга в дорогу«Исторические минуты: Алексей Леонов покинул борт космического корабля». Снимки сделаны с экрана телевизора».