Boom metrics
Общество25 апреля 2025 8:01

Вячеслав Фетисов: «Чтобы спасти природу, мы должны испугаться»

В студии радио «Комсомольская правда» побывал председатель Всероссийского общества охраны природы Вячеслав Фетисов
Председатель Всероссийского общества охраны природы Вячеслав Фетисов

Председатель Всероссийского общества охраны природы Вячеслав Фетисов

Фото: Иван МАКЕЕВ.

Наше издание и ВООП практически ровесники. Старейшая природоохранная организация отметила 100-летие в прошлом году, «Комсомолка» чествует свой вековой юбилей в нынешнем. Мы вместе прошли через сложный ХХ век и рука об руку вступили в век ХХI и продолжаем действовать сообща во благо, не сочтите за пафос, нашей родины.

- Вячеслав Александрович, расскажите о вашей организации все, что считаете нужным.

- Для меня одно из больших удивлений это дата создания Всероссийского общество охраны природы — 29 ноября 1924 года. Только отгремела гражданская война. В стране разруха, тиф, нищета, беспризорники… Все это задачи первоочередные, но в это же время создается ВООП. Значит уже тогда наши прадеды понимали — насколько важна задача охраны природы. Понимали, что вода, лес и воздух – это главные ценности и достояние человека, живущего на планете Земля.

И после Великой Отечественной войны, вместе с восстановлением разрушенных городов наши люди восстанавливали парки, скверы, в выгоревших лесах высаживали деревья.

ЖИТЬ В ГАРМОНИИ

- Как юному поколению объяснить надобность заботы о природе?

- В свое время нам детям это очень хорошо объяснял дядя Коля Дроздов из программы «В мире животных» (зоолог Николай Николаевич Дроздов – легендарный ведущий популярной телевизионной программы, - Авт.). К сожалению, мы еще не научились относиться к природе достаточно бережно. А если бы умели правильно жить в гармонии с ней, у нас бы не было проблем ни с климатом, ни с экологией, ни с водой, ни с пищей, которой так не хватает в ряде развивающихся стран. И если мы не начнем всерьез заниматься этой темой, то голод придет и в развитые страны. Происходит деградация почвы. И нам скоро негде будет сеять. Нам будет не только нечего есть, но и нечего пить, нечем дышать.

- Страшные вещи вы говорите.

- Это на самом деле проблемы очень серьезные, о которых говорят и бьют тревогу многие ученые. Я участвовал в последние 10 лет во всех глобальных международных конференциях, куда съезжаются сотни тысяч специалистов, первые лица государств. Они обсуждают эти темы, обещают друг другу клятвенно, что будут все делать, чтобы исправить отношение к экологии, к природе, но... ничего не происходит.

Я как посол Организации Объединенных Наций на тот момент по 5 программам обращался к коллегам из других стран и говорил: может быть, мы закончим раздувать конфликты, которые уносят не только жизни людей, но и колоссальные деньги, может, мы займемся, наконец, восстановлением природы? Посмотрите на наши реки, в которые нельзя войти, посмотрите на Арктику, ледяной панцирь которой сегодня стремительно тает. А что там скрывается под этим панцирем, мы толком не представляем. Там огромные запасы метана. Что мы будем делать, когда тот огнеопасный метан вырвется наружу?

НАМ ГРОЗИТ ВСЕМИРНЫЙ ПОТОП

- Возникает наш вечный вопрос: что делать?

- Я уже говорил о деградации почвы. Если остановить ее разрушение, а это возможно, заняться толковым традиционным земледелием, это благоприятно повлияет и на климат. Тут прямая зависимость. Зеленая, а не выжженная почва - это один из тормозов для опасного потепления. А если мы рост потепления не остановим, и оно перейдет опасную черту, уже будет поздно что изменить. На нас хлынут и наводнения, и ураганы, и землетрясения, и глобальные пожары, и прочие беды, которых мы пока и представить не можем.

Я был в Антарктиде. Это огромный красивый континент. Но там столько опасностей таится. Лед, который там собрался, он нарастал веками. Он уже ищет себе возможность отколоться и попасть в мировой океан. Вот в Арктике лед в воде, как в стакане. Он растает и вода не выльется из стакана. А в Антарктиде лед выше уровня моря и многокилометровой толщины. Если он растает, уровень мирового океана повысится на 50 и более сантиметров. Это затронет жизнь восьмидесяти процентов людей на Земле. Пострадают: Юго-Восточная Азия, Западная Европа, Майами и Калифорния, все островные государства. То есть придет катастрофа, с которой человечество справиться уже не сможет. Пострадают и те, кто живет на высокогорьях, потому как к ним хлынут миллионы и миллионы людей, оставшихся без крова и пищи. И это тема, которой мы все должны испугаться. Испугаться, чтобы принять все меры к недопущению этой катастрофы.

Однако же я смотрю на всех наших деятелей, которые по-прежнему выбрасывают (я имею в виду производственников) в воздух вредные вещества, сливают в реки, в озера, в моря все, что требует очистки, рубят лес налево и направо без всякого контроля. Это враги сегодня, наши общие враги. И мы должны с ними бороться или, по крайней мере, об этом говорить.

ВОЗДУХ В ГОРОДАХ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЧИСТЫМ

Вы спрашиваете: что делать? Тут множество направлений, например, возьмем такую тему, как наше здоровье. Оно напрямую зависит от качества воздуха, воды и пищи. У рас сегодня самые грязные города в Сибири и на Урале, где развита индустрия. Там люди чаще страдают разными заболеваниями, там более высокий процент детей, рождающихся с патологиями. Так неужели нельзя с нашими научными потенциалами создать природоохранные технологии, перестать выбрасывать вредные вещества в воздух, в воду?

Если мы это осознаем, если нацелим сегодня молодежь на то, чтобы она шла в профессии, связанные с экологией и спасением окружающей среды, если нацелим нашу молодежь искать вот эти природозащитные технологии, это будет одним из верных решений для спасения планеты и нас, живущих на ней.

Кому, как не нам — россиянам заниматься всем этим в первую очередь, учитывая, что Российская Федерация располагает такими огромными природными запасами. У нас порядка 30 процентов воды, если брать во внимание неизведанные запасы, еще до конца не обсчитанные, я бы так сказал, грунтовых, подземных вод.

У нас только в озере Байкал 20 процентов мирового запаса пресной воды. И там сейчас предприниматели делают все, чтобы угробить это уникальное озеро, которое, по сути дела, будет главным водным ресурсом в ближайшее время. Хорошо, что и нашего президента тема Байкала, как и прочих природных ресурсов страны, заботит в немалой степени. И по его инициативе создаются разные федеральные экологические программы.

И мировые форумы проводятся. Хорошо, что и молодежь активно включается в эти вопросы. В любую аудиторию заходишь, начинаешь говорить про экологию, про климат, про природу – молодежь сразу проявляет интерес.

У нас на праздник столетия Всероссийского общества охраны природы собралось около 4-х тысяч участников. Причем большинство сами пришли по личной инициативе. Отлично поучаствовали. Много хороших спикеров. И это мероприятие набрало 27 миллионов просмотров за день. Это серьезно!

Ну, и много детей было на празднике. В конце они пели песню про планету, про природу, про то, как важно жить в согласии с природой. Кстати, все конфессии, все религии об этом говорят в первую очередь – берегите, не уничтожайте окружающий мир. Ну и, кстати, Патриарх Кирилл перед Новым годом заявил, что те, кто сегодня вредит природе, уничтожает, это, в общем, демоны. На самом деле так и есть. Ну, может, не в прямом, так скажем, смысле то было сказано, однако я именно так услышал.

ИСТИНА УСТАМИ МЛАДЕНЦЕВ

На нашем празднике дети порадовали своими суждениями. Я их спрашиваю: надо беречь природу? И для чего нам ее беречь? Отвечают: если мы будем рубить деревья, то нам нечем будет дышать, если мы будем загрязнять воду, нам нечего будем пить, и животным нечего будет пить. Ну, и такая маленькая совсем девчушка, годика ей четыре. Слушает так внимательно. Я спрашиваю ее: «Что такое природа?» Она говорит: «Природа – это жизнь».

Вот такое серьезное определение и очень правильное из уст ребенка. И чего не хватает для понимания многим взрослым. Иные люди считают, что у нас природный ресурс бесконечный. На самом деле он уже пришел к критической черте и требует бережливости. Сегодня нельзя внедрять никакие технические проекты, не посоветовавшись с наукой. Потому как всякая новая технология может быть губительной для природы.

ВОЛГА УМИРАЕТ

У нас Волга сегодня умирает, потому как в нее сливается вся таблица Менделеева из-за недостатка и плохого качества очистных сооружений. А ведь в бассейне Волги 60 миллионов человек живут. Такая же ситуация с Каспийским морем, в которое Волга несет свои загрязнения. Туда же в Каспий несет загрязнения река Урал, по берегам которой множество промышленных предприятий. В результате и в этих реках, и в Каспийском море количество рыбы в последние времена сократилось до критического. А нефте- и газодобыча на самом Каспии загрязняет его еще более, чем реки. Каким образом нам все это аукнется - это накопление грязи в Каспии, сложно представить. Понятно, что аукнется очень плохо. И вот пять прикаспийских государств никак не могут собраться и принять должные решения по проблеме Каспия. Конечно, проблема сложная и затратная. Наверное, нужны компенсации тем же нефте- и газодобывающим предприятиям за их простои, связанные с установками очистных сооружений. Но делать-то что-то надо. И надо делать незамедлительно, потому как еще немного и будут поздно. Будет пройдена точка невозврата. Мировой банк здесь должен принимать участие.

- К сожалению, мы совсем недавно получили такую техногенную катастрофу, как разлив мазута у нашего черноморского побережья. Что вы можете сказать по этому поводу?

- Эта история увеличила ряды защитников природы. Мы видели, как множество волонтеров со всей страны отправились на черноморское побережье очищать песок, спасать птиц и прочую живность.

Наше Всероссийское общество охраны природы тоже туда отправило немало своих представителей. И дети, родственники наших сотрудников добровольно отправились к месту катастрофы. Мы первые, кто создали там оперативный штаб, подобрали опытных специалистов, которые могли бы на местах рекомендовать, что необходимо делать. Также мы провели пресс-конференцию в ИТАР-ТАСС, где обозначили проблему как локальную, как федеральную. То есть в итоге было принято решение о введении, так скажем, федерального уровня влияния на ситуацию. Но пока принимали это решение о федеральном уровне, к сожалению, мы упустили какое-то время

Я думаю, что эта катастрофа должна нас много чему научить. Я надеюсь, что появятся нужные технологии для быстрой ликвидации последствий подобных катастроф. К сожалению, мы не застрахованы от таких вот несчастных случаев. От, мягко скажем, от подобного непрофессионального отношения к делу.

Мы же понимаем, что и техническое оснащение тех средств, на которых перемещают сегодня по миру опасные для людей продукты, должно соответствовать определенным стандартам. И учитывать надо всякую крайнюю ситуацию, когда может произойти, допустим, шторм 10-балльный. Необходимо точно знать, выдержит ли то или иное судно такую стихию? И насколько ныне наши суда соответствуют всему, что связано с безопасностью? Бизнесмены, конечно же, хотят зарабатывать. Но это их желание не должно застилать глаза на технику безопасности.

Но и не должно случаться такого, чтобы государство потом вкладывало колоссальные деньги на ликвидацию всех этих последствий. Должен соблюдаться четкий регламент перемещения опасной продукции, он должен быть совершенно понятен судовладельцам и разным инспекторам по технике безопасности. Если есть какие сомнения, лучше сразу остановить процесс, чем потом всем миром, как говорится, ликвидировать эти последствия.

И эта черноморская катастрофа для нас наука к тому, что мы обязаны сегодня пересмотреть техническое оснащение всего, что связано с перевозкой опасных продуктов. А особенно важен усиленный технический контроль в таких курортных зонах, которых в нашей стране очень немного. Мало где у нас можно получить полноценный отдых у моря, детей подлечить. И вот в таких местах нам необходимо учитывать возможные риски даже от самых фантастических ситуаций.

ФОНД БЫСТРОГО РЕАГИРОВАНИЯ

Мы в свое время, когда произошло происшествие в Норильске с разливом нефтепродуктов, предлагали создать фонд быстрого реагирования, который бы работал в режиме скорой помощи. Мгновенно бы прибывал на место происшествия, оценивал масштабы бедствия и принимал решения. Ну и, конечно же, чтобы этот фонд имел все технические возможности для ликвидации катастроф. Вроде как в скандинавских странах налажена и работает вот такая система. А у нас же случись техногенная авария, и пока там на месте соображают — насколько она велика или мала, надо ли наверх докладывать и как докладывать, чтобы не выглядеть виноватыми — время драгоценное уходит. Тот же нефтепродукт разливается и охватывает все более широкие территории.

Вот нужен такой фонд, где бы работали профессионалы по экологии. В МЧС и прочих структурах работают профессиональные спасатели, ликвидаторы разных бедствий, но они не спецы по вопросам экологии. И спасая одно, они могут неосознанно повредить природе. Такой фонд мог бы пополняться за счет компаний, которые участвуют в этом процессе. И задача специалистов фонда не только устранять последствия, но и, главное, вести профилактическую работу по пресечению возможных аварий в компаниях, работающих с опасными продуктами.

- И что же, не разрешили создать такой фонд?

- Пока все дело ограничилось разговорами. А будь такая структура быстрого реагирования, мы бы не потеряли время на той же трагедии в Керченском проливе. И масштабы этого бедствия были бы меньше.

Я это вижу, как человек, который вырос в команде, где есть и система тренировок, и план на игру, и стратегия, и все такое прочее. И работа на посту федерального министра четко мне показала, что, не создав систему, сложно реагировать, решать вопросы немедленного реагирования. Так что надеюсь, что все те решения, которые появились из такого печального опыта, превратятся в систему быстрого реагирования, грамотной ликвидации и предотвращения экологических катастроф. Любая катастрофа должна учить многим вещам. Пережив такую трагедию, мы сумеем из нее вынести много полезного.

В Керчи получился двойной удар, лет десять назад там произошла похожая катастрофа, и, как говорили нам ученые, природа только начала восстанавливаться. И вот очередное бедствие, которое требует не только ликвидации последствий, но и восстановления природы как таковой. Все это не просто так. Одно дело ты на сто процентов здоров, но вот поймал какую-то заразу и твой организм с ней справляется. И другое дело – если ты заразился, еще не выздоровев от предыдущей хвори.

Наш штаб, который был организован общественной организацией «Наши», предлагал всем волонтерам, работавшим на черноморском побережье, - им отдельная и огромная благодарность — влиться в команду наших специалистов. За дни работы они и подружились, и получили хороший опыт, и понимание проблемы.

НАЦПРОЕКТ «ЭКОЛОГИЯ»

- Нацпроекта «Экология» шел 5 лет, с 2019 по 2024 год. Из федерального бюджета было выделено почти 1,5 триллиона рублей и еще 700 миллиардов рублей добавил бизнес. Какие результаты и достижения?

- В Госдуме, где я работаю, заслушивали отчет министра, подразделений, ведомств. Всю эту работу по нацпроекту «Экология» признали неудовлетворительной. Не выполнено президентское поручение по очистке Волги. Байкал как находился, так и находится под серьезной антропогенной нагрузкой. На Байкале так и не принят стандарт судоходства. Продолжают там работать суда на тяжелом топливе, продолжают сбрасывать отработанную грязь в озеро. Очистных сооружений на Байкале как не было, так и нет.

- Борьба с мусорными свалками в разных регионах продолжается?

- Мусор – это одна из проблем, но не самая главная. Грязные города с отравленным воздухом — серьезная беда. Там ситуация несколько меняется к лучшему, но не так быстро, как бы хотелось. Государство должно в первую очередь тратить деньги на очистку воздуха в городах, чем потом тратить еще бОльшие деньги на лечение горожан, заболевших по причине грязного воздуха, грязной воды.

И в этом вопросе должен быть у нас жесткий контроль со стороны общества, прессы, со стороны общественных организаций и депутатов, со стороны местной власти.

Очень важно нам прививать детям должное воспитание по отношению к природе, как это делается в скандинавских, например, странах. Там и дети, и взрослые ведут себя на природе, как у себя в доме — никто не выбросит в кусты мусор и даже окурок. Там есть понимание — гадить природе, значит гадить самому себе, своим детям, внукам.

Воспитать разумного по отношению к экологии человека это очень не простая задача. Тут должны хорошо поработать и школа, и пресса, и семья, и разные общественные организации. ВООП, например, в свое время занималось школьным лесничеством. Школьники сами сажали деревья, ухаживали за ними и получали должное понимание о природе. В каких-то регионах эта практика еще сохранилась. В Московской области у нас достаточно много сегодня школьных лесничеств, где дети получают и знания о природе, и любовь к ней. И эти воспитанные на понимании экологии школьники могут много чему полезному научить и своих родителей в плане культурного отношения к природе.