
Среди зарубежных гостей, которые 9 мая 1945-го встречали в Москве наш первый День Победы, была и супруга Британского премьера - Клементина Черчилль. Ее встречала и сопровождала в поездках по стране Полина Жемчужина, супруга Вячеслава Молотова.
Подробно об этом внук сталинского наркома, знаменитый историк и политик, первый заместитель председателя Комитета Госдумы по международным делам Вячеслав Никонов рассказал в своей новой книге «Жемчужина советского правительства».

Прежде чем опубликовать выдержки из этой книги, я задал автору несколько вопросов…
…- Вячеслав Алексеевич, вы не так часто вспоминаете об этом.
- Ну, нечасто, да, это не тот эпизод, о котором надо рассказывать, так сказать, регулярно.
- А почему вы все же решили сейчас так вот рассказать об этом событии. Вместе с нами…
- Александр, вы же меня просили что-нибудь новенькое про 9 мая. А поскольку вы просите об этом уже не первый год… - каждый раз приходится уже что-то придумывать.
- Но, главное-то, что там придуманного ничего нет.
- Нет, абсолютно ничего придуманного нет. Действительно, 9 мая Клементина Черчилль была в Москве, она выступала по Всесоюзному радио. А ее - в качестве, практически, первой леди здесь, в Москве, принимала моя бабушка, Полина Жемчужина.
- Но это - по чину, по должности, да? Тогда Молотов какую должность занимал?
- Молотов был первым заместителем Председателя Государственного комитета обороны страны. Первым заместителем председателя Совнаркома, наркомом иностранных дел – вторая фигура в стране.
Поскольку у Сталина супруги в этот момент уже не было, моя бабушка де-факто выступила в роли первой леди.
- А Сталин эту идею поддержал, да? Вообще, чья это была идея, чтобы именно супруга Молотова должна встречать и сопровождать высокую гостью?
- Ну, естественно, что идея была Сталина - наверное, кто ж еще мог решать такие вопросы?
- Ясно… Я так понял, что в Великобритания там как-то несколько неоднозначно, значит, этот визит восприняли?
- В Великобритании нормально восприняли этот визит.
Но в общем-то в Советском Союзе к этому времени уже было известно, что Британия уже готовит планы нападения на Советский Союз.
Поскольку мы полностью были в курсе того, что варилось на политической кухне Лондона, стали известны и британские планы не разоружать немецкие войска. А затем - использовать их в войне против Советского Союза вместе с англо-американскими. Поэтому понимали, что Черчилль ведет двойную игру и что визит его жены Клементины - это в какой-то степени тоже такой ложный прием….
- Отвлекающий маневр?
- Да, решили продемонстрировать вроде как британское дружелюбие, но выступить в роли некоего отвлекающего маневра тоже. Такое понимание в Москве было.

- Оно было не только у Молотова, но и у бабушки у вашей?
- Ну, честно говоря, не знаю, было ли такое понимание у бабушки, она выполняла роль гостеприимной хозяйки. И, я так понимаю, выполнила ее блестяще.
Во всяком случае, вот та фотография, которую я вам прислал, она об этом говорит.
- Да, мы сейчас прокомментируем эти фотографии. А вот что дедушка с бабушкой рассказывали вам, своему внуку, конкретно об этой встрече?
- Да ничего особенного они не рассказывали. Дедушка тогда вообще не встречался с Клементиной, потому что он находился достаточно далеко, в Вашингтоне, потом в Сан-Франциско. (Подробнее об этом - в главе из книги Никонова, которую мы публикуем ниже. - А.Г.)
Дед улетел в апреле и вернулся уже после Дня Победы. Бабушка встречалась со многими должностными лицами, естественно, на всех приемах тоже бывала. Не могу сказать, что для нее это было какое-то важное событие, из ряда вон выходящее. Она даже о своей встрече с Франклином Рузвельтом в Белом доме, когда он ее лично принимал, и то не рассказывала.
- А это было в каком году?
- В 1936-м.
- Бабушка тогда была министром?
- Нет, она возглавляла в то время Главное управление парфюмерной промышленности, ездила в Штаты для закупки оборудования.
- Отрывок из вашей книги, который вы передали нам для публикации, довольно интересный. Поэтому - у меня еще только один вопрос: с тех пор, как Клементина Черчилль после Дня Победы уехала в Лондон, ваша бабушка с ней как-то связь поддерживала?
- Мне трудно сказать… Единственное - когда бабушки 1 мая 1970-го не стало, Клементина Черчилль прислала телеграмму соболезнования…
А теперь - перелистаем книгу Вячеслава Никонова «Жемчужина советского правительства»…
* * *
«Не поставит ли этот визит русских в затруднительное положение, поскольку не существует г-жи Сталиной?»
…Вскоре после окончания Крымской конференции (проходила 4–11 февраля 1945 г. - А.Г.) «дух Ялты» уже начал испаряться.
В феврале 1945 года генерал Карл Вольф, командующий войсками СС в Италии, через итальянских посредников установил контакт с американской разведкой в Швейцарии по поводу капитуляции немецких войск в Северной Италии (операция «Кроссворд»).
Из Москвы это выглядело как «совершенно недопустимые» сепаратные мирные переговоры о прекращении немецкого сопротивления на Западном фронте. Тем более, что между СССР и его союзниками уже шла гонка за овладение Берлином. Нарастали противоречия и по вопросу о составе польского правительства.
А 12 апреля не стало Франклина Рузвельта, на котором во многом держалось партнерство военных лет.
В этих условиях Уинстон Черчилль решил отправить в СССР свою супругу Клементину.

Британский премьер давно задумывался о ее визите в СССР и о возможных деликатных протокольных моментах, которые визит может создать.
Еще накануне своего собственного визита в Москву – 1 октября 1944 года – он писал британскому послу Кларку Керру: «Я думаю, что г-жа Черчилль могла бы поехать со мной. У нее теперь есть там дела, связанные с Красным Крестом, и англичане будут рады узнать, что она находится там, чтобы ухаживать за мной. Не знаю, насколько это удобно. Конечно, она не собирается идти на банкет в Кремль, на котором будут присутствовать только мужчины, однако я полагаю, что есть вещи, помимо ее Красного Креста, которые она могла бы посмотреть. Не поставит ли это русских в затруднительное положение, поскольку не существует г-жи Сталиной? Дайте мне, пожалуйста, совершенно откровенный ответ на этот счет».
Посол ответил на следующий день: «Все подготовлено. Русские ждут вас к себе в гости. Возможность приезда с вами г-жи Черчилль горячо приветствовалась». Однако, писал Черчилль, «моя жена решила не ехать со мной на сей раз».
Но в конце марта 1945 года британский премьер счел визит Клементины целесообразным как «знак личной доброй воли», как следует из его слов из депеши Идену.
На «Скаймастере» Черчилля она вылетела из Лондона в Москву через Египет. Это стало началом пятинедельного путешествия с основной целью посещения госпиталей в Советском Союзе, которым оказывал помощь ее фонд Красного Креста, или точнее Британский комитет «Фонд помощи России».
Первый визит такого рода в СССР ставил перед принимавшей стороной и чисто протокольные вопросы. Они были разрешены с максимальной предупредительностью.
В Москве Клементина оказалась 2 апреля. В Центральном аэропорту ее встречала Полина Семеновка Жемчужина, супруга Вячеслава Михайловича Молотова, во главе множества официальных лиц. Именно ей было почти официально поручено исполнить тогда роль первой леди Советского Союза и сопровождать госпожу Черчилль в ее поездках.
Иосиф Виссарионович Сталин принял супругу премьера вечером 7 апреля. Госпожа Черчилль передала подарок от мужа - авторучку с золотым («вечным») пером.
- Мой муж, - сказала при этом Клементина, - просил меня выразить надежду на то, что Вы напишете ему еще много дружественных посланий этой ручкой.
На что Сталин, по ее свидетельству, с улыбкой ответил:
- Я пишу только карандашом…
Сталин посетовал на отсутствие согласия британского правительства на награждение ее советским орденом. Клементина шутливо ответила:
- Я буду очень сердита на британское правительство, если оно даст отрицательный ответ.
На самом деле она уже знала о согласии своего правительства.
Сталин в тот же вечер писал Черчиллю: «Я имел приятную встречу с г-жой Черчилль. Она произвела на меня большое впечатление. Она передала мне подарок от Вас. Разрешите поблагодарить Вас от души за подарок».
Клементине выделили специальный поезд, на котором в течение более чем месяца – в том числе в компании Жемчужиной - посетила больше десятка городов, она была в Сталинграде и Ленинграде, Курске, на Кавказе и в Крыму - в Артеке, лагере репатриируемых военнопленных в Одессе, в военных госпиталях, санаториях.
В Москве они посетили фабрику «Красный октябрь», где гостья выражала восторг от советских конфет. И школу № 25 Свердловского района. Сохранились кадры кинохроники об этом посещении. В школе ее приветствовала отличница с большим букетом цветов, произнесшая приветствие на прекрасном английском. Догадайтесь с трех раз, кто эта школьница? Правильно, Светлана Молотова, моя мама.

Визит Клементины широко освещался в советской печати. Посол Керр с удовольствием докладывал Черчиллю: «Ее осанка, грация и незаурядность явились для Москвы чем-то свежим и произвели магический эффект. В необычайно трудной обстановке она внесла очень ценный вклад в наши отношения с этим жестким и непонятным народом».
Черчилль был и польщен, и озадачен столь хорошим приемом на фоне усиливавшихся разногласий в союзных отношениях. Он телеграфировал жене 6 апреля: «Твой визит, несомненно, принес большое удовольствие. Вчера в Форин Офис позвонил Гусев (постпред СССР в Лондоне. - А.Г.) и Энтони ждал от него очередного выпада. Вместо этого он долго пересказывал послание советского правительства с похвалами тебя и твоей работы и спросил, могут ли они предложить тебе орден Трудового Красного Знамени, на что, разумеется, было дано согласие».
Согласие давал сам король Георг VI. Официально об этом сообщили советской стороне 10 апреля.
Соответствующий указ Президиума Верховного Совета СССР вышел 12 апреля».
Так госпожа Черчилль была награждена Орденом Трудового Красного Знамени, а если бы Молотов вовремя не обнаружил недосмотр нашего посла в Англии Федора Тарасовича Гусева, могли бы вручить боевой орден Отечественной войны 1-й степени.
Жемчужина устраивала прием в честь Клементины. Именно на нем посол США Аверелл Гарриман поделился с Иваном Михайловичем Майским «некоторыми опасениями» нового президента США Гарри Трумэна: «Президент очень огорчен и разочарован. В печати и общественном мнении США явно нарастают раздражение и недовольство ходом событий после Крымской конференции. В такой обстановке достаточно какого-нибудь сравнительно мелкого инцидента для того, чтобы в Америке разразилась буря».
Дня Победы Полина Жемчужина ждала, как и все наши люди, с особым волнением, трепетом и предчувствием новой жизни…
Она была счастлива в тот день - 9 мая 1945 года, выйдя в ликующую толпу, в окруживший весь Кремль бушующий человеческий океан.
В тот день в Москве впервые за всю ее многовековую историю кончилась водка.
Молотова тогда в Москве не было: он еще только возвращался через Аляску и Дальний Восток из Соединенных Штатов, где вел переговоры с Трумэном и возглавлял советскую делегацию на учредительной конференции Организации Объединенных Наций в Сан-Франциско.
Супруга тогда не могла разделить с ним радость победы. Но ей по-прежнему приходилось выполнять амплуа первой леди, поскольку Клементина все еще находилась в СССР.
Восьмого мая она призвала мужа в разгар уже начавшихся в Лондоне празднований не забыть отдать должное советскому союзнику. Вечером 8 мая Черчилль передал ей через британское посольство: «Было бы хорошо, если бы завтра, в среду, ты обратилась по радио к русскому народу при условии, что это будет приятно Кремлю».
Вскоре пришла телеграмма от Клементины: «Мой дорогой, все мои мысли в этот замечательный день связаны с тобой. Без тебя этого бы не случилось».
Утром 9 мая британское посольство обратилось с просьбой организовать прием Клементины в Кремле или хотя бы разрешить ей зачитать это послание по советскому радио. Ей это позволили, но только после того, как о Победе уже заявил Сталин. Клементина зачитала приветствие своего мужа по радио, а на следующий день оно было опубликовано в «Правде». Черчиллю она сообщала: «Мы собрались здесь, пьем шампанское и посылаем тебе приветствия по случаю дня победы. Я буду вечером слушать тебя по радио, мой дорогой, и думать о тебе и о пяти славных годах твоего служения нации и миру».
11 мая британское посольство устроило прощальный завтрак в честь отъезда Клементины. Вышинский (первый замнаркома иностранных дел СССР. - А.Г.) информировал Молотова: «У нас были Полина Семеновна, Майские.., я (по указанию тов. Сталина). К. Черчилль благодарила за внимание, показывала всем во время своей речи перстень, восторгалась и умилялась».
Бриллиантовый перстень с уральским самоцветом был официальным подарком от Жемчужиной. Вручая его гостье, она сказала:
- Пусть отношения между нашими странами будут такими же чистыми и прочными, как этот камень.
«Поблагодарив г-жу Молотову, - писала Клементина, - я сказала, что это кольцо будет для меня главным образом эмблемой мужества советской женщины, чьи достижения на войне и в восстановлении их страны завоевали себе у нас бесконечное восхищение. Я прибавила еще, что должна также признаться, что красота кольца доставила мне чисто женское удовольствие».
* * *
Передо мной фотография. Властное лицо со слегка загадочной улыбкой. На фотографии подпись: «Мадам Молотовой. В напоминание Вам о том счастье, которое Вы мне доставили, когда я была Вашей гостьей.
Клементина Черчилль. Москва 1945».
5, 6, 7 и 8 мая в 19 мск смотрите в эфире Первого канала фильм с участием Вячеслава Никонова «Весна 45-го», посвященный малоизвестным страницам Великой Отечественной и 80-летию Великой Победы.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Какую роль в истории сыграла Ялтинская конференция
80 лет назад, в 1945 году, в Крыму состоялось политическое событие, изменившее ход истории. Главы трех великих держав собрались на полуострове, объединенные важной целью - обсудить будущее Европы и мира после победы. Отголоски решений, принятых Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем, слышны до сих пор. Именно в Ялте были заложены основы послевоенного устройства мира. Именно здесь были решены вопросы, связанные с созданием ООН. Вместе с экспертами вспоминаем не только само историческое событие, но и анализируем вероятность проведения в будущем новой Ялты, где главы ведущих держав снова договорятся о новом миропорядке (подробнее)