Наталья Бондарчук: «Алексею Баталову дала на костюм денежку Анну Ахматова»

Актрисе Наталье Бондарчук исполнилось 75 лет. Фото: Вероника Зорина/ТАСС.

Пару лет назад я вёл ток-шоу про автомобиль «Москвич», в котором принимала участие заслуженная артистка РСФСР, дочь народных артистов СССР, кинорежиссёра Сергея Бондарчука и актрисы Инны Макаровой – Наталья Бондарчук. Сегодня Наталье Сергеевне 75, и я хочу напомнить об этой беседе:

– В моей семье «Москвич» появился в 1963-м году. А в 1962-м моя мама Инна Владимировна Макарова стала заслуженной артисткой. И только поэтому, Евгений, только поэтому вот та очередь, которую мама проходила, сдвинулась (в СССР нельзя было купить новый автомобиль без специальных «открыток», которые формировали виртуальную очередь, ждали иногда по 10 лет, а о получении «права на покупку» узнавали из этих открыток – Е.Д.).

Но мама этот «Москвич» получила за свои денюжки. В то время он стоил порядка 15 тысяч рублей («Москвич-401» — 9 000 руб., «Москвич-402» — 15 000, «Москвич-407» — 25 000 – Е.Д.). Это до номинации.

Дело в том, что ведь зарплаты были какие у артистов (актёрам в СССР, которые являлись работниками киностудий, начисляли заработную плату от 60 до 450 руб., размер оклада зависел от категории работника и занятости в съёмках – Е.Д.). Это не был Голливуд.

Но мама уже снималась в фильме «Дорогой мой человек».

Вот это всё было с Алёшей Баталовым.

Алексей Баталов и Инна Макарова в фильме «Дорогой мой человек», 1985 год.

Фото: кадр из фильма.

«Дорогой мой человек» — советский цветной фильм, поставленный на киностудии «Ленфильм» в 1958 году режиссёром Иосифом Хейфицем по мотивам романа Юрия Германа «Дело, которому ты служишь», Баталов и Макарова в главных ролях.

А до этого в «Высоте» с Николаем Рыбниковым. И поэтому она накопила, и мы получили первую машину. Я помню её запах, я помню, какой цвет там был, беленькая такая вот.

И маме ещё участок выделили, где я до сих пор живу. И мы поехали в первую поездку. Это был «паровозик из Ромашкова». Мама не ехала, ходила. И все говорили, так ездить нельзя.

А она везла меня на заднем сиденье с бабушкой. Мы дрожали, потому что первый раз с мамой ехали на дачку.

И вот уже скоро Перхушкова, уже скоро поворот. А тут кошка что-то рванула. Кошка не была задета. Молодец, мама.

Но мы все вышли из машины. Так и назывался этот поворот. Кошкин поворот.

Самое главное, что в то время не было пробок на дороге. Поэтому она была одна и ничего не боялась.

Но она как-то по бордюрчику вот так вот ехала, чтобы не нарушать движение.

У наших артистов были эти машины.

«Москвичи» были? Я-то думал, что вы все на «Волгах» ездили.

– Нет, что ты. Вообще, это исключение. «Волга» же была почти правительственной машиной.

Ну «Чайки» же. Эти были правительственные. Ну и, конечно, ЗИС-110.

– Да, у всех генералов. Силовики ездили. Это была машина, которую одно время даже не продавали частникам, только по специальному разрешению, которое должно было быть подписано минимум секретарём обкома партии, на продажу «Волги».

А остальным положен был «Москвич», позже появились «Запорожцы», затем «Жигули».

Этот «Москвич» у некоторых уже был, вот у Алексея Баталова. Он обожал машины. Они снимались в фильме «Дорогой мой человек с мамой». Поэтому про Алексея знаю много.

И дружу до сих пор с его супругой (Гитана Аркадьевна Леонтенко — советская цирковая артистка, танцовщица на лошади, в августе этого года ей исполнится 90 – Е.Д.).

Дело в том, что ему Ахматова, которая жила рядом, дала денежку, видимо, большую денежку, когда увидела, как одет Алексей.

То есть просто такая «спонсорская» помощь?

– Да, она ему дала денежку. И он пошёл покупать себе костюм. Видимо, первый костюм. Но он не дошёл до костюма, потому что увидел, видимо, подержанную машину, потому что, ну извини, на деньги от костюма он вряд ли мог новую купить, да?

Он увидел «Москвич».

И купил. Подержанную машину. «Аннушкой» назвал. И он на этой машине возил Ахматову Анну Андреевну за сотый километр передавать посылки её сыну Лёве (сын поэта Николая Гумилёва и поэтессы Анны Ахматовой в 1956 году после XX съезда КПСС освобождён и реабилитирован – Е.Д.). Они очень дружили до самого конца.

Более того, если кто-нибудь был на могиле у Ахматовой... Этот огромный крест, у него была, знаешь, наверху была такая багажная установка, и он вёз сам этот крест и установил его.

Я тоже была два раза на этом кладбище, в Комарово. А рядом у нас огромный дом отдыха ВТО и дом отдыха кинематографистов. И квартира, и дача Соловьёва-Седова. И я на лыжиках поехала и, конечно, навестила, даже написала юношеские стихи, посвящённые Ахматовой.

Поэтому Алексей, он доделывал машину, он её любил. Вот знаешь, как любят дорогого человека, «Дорогой мой человек», только у него вот машина была всегда в порядке. Он её доделал своими руками.

А потом автомобиль, это был такой, знаете, это был клуб. Это была такая субкультура, владельцы автомобилей узнавали друг друга издалека, общались, обменивались опытом, готовы были прийти на помощь друг другу вне зависимости от звания, заслуг.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Спорили из-за текста и несколько месяцев сочиняли мелодию: история создания песни Игоря Корнелюка «Город, которого нет» из сериала «Бандитский Петербург»