
Фото: Министерство обороны РФ.
Какие уроки из противостояния Израиля и Ирана должна извлечь Россия? На «Радио «Комсомольская правда» говорили об этом с Владиславом Шурыгиным, военным экспертом, членом Изборского клуба.
- Какие выводы должны быть сделаны в России из того, что происходит сейчас между Израилем и Ираном?
- Любая незаконченная операция возвращается бумерангом. Иран самое яркое тому подтверждение.
- Поясните?
- Иран проверяли на прочность за последние полтора-два года несколько раз. И все это время Иран тщательно уклонялся от каких-либо реальных ответов. Там, считали, что такое «невмешательство» или «сдержанность» будут правильно восприняты. В итоге мы видим, что, как в той грустной поговорке, когда ты выбираешь либо позор, либо война, ты получаешь и позор, и войну. Для нас это очень конкретный урок.
- Разговаривать с западом можно только с позиции силы?
- Причем той силы, которая всеуничтожающая. И если ты начал бить, то надо бить до последнего. Нужно добивать противника. Для нас сейчас стоит задача - вести военное строительство. Очевидно, что конфликт с Украиной закончится в обозримой перспективе. - А что будет дальше?
- Мы же слышим заявления запада. Они обещают через 3-4 года быть готовым к войне с Россией. Значит, нам нужно быть готовыми настолько, чтобы «готовность» запада не дала ему никаких иллюзий на тему того, что это возможно. Вот Советский Союз обладал таким потенциалом огромным, что никаких иллюзий про собственную готовность у альянса не было.

Фото: Личная страничка героя публикации в соцсети.
- Сейчас мы по Ирану видим, что никакой сухопутной операции еще нет, но все, чем они могут защищаться от воздушных атак, уже выбито. Тоже урок?
- Мы и Иран – это две разные величины. Иран не имеет и одной сотой той системы ПВО, которая есть у нас. СВО по-новому заставила нас взглянуть и оценить понятие ПВО. Сегодня всем очевидно, что ПВО необходимо заново создавать как независимый вид вооруженных сил, соединять его с противокосмической обороной. Сегодня, особенно с учетом СВО, мы имеем уже вооруженные силы, которые максимально готовы. Если сравнить работу ВКС Израиля и нашу, то очевидно, что мы на голову их превосходим. И никаких вариантов попытаться разобраться с Россией так же, как, допустим, они разбираются сейчас с Ираном, просто нет.
- Раньше были?
- Напомню – 15 лет назад существовала и активно разрабатывалась американцами, начиная еще с Буша, потом через Клинтона и дальше, так называемая доктрина обезоруживающего удара глобального. По которому больше 15 тысяч средств воздушного нападения должны были внезапно обрушиться на Россию, уничтожить ее основные командные центры, системы ПВО, системы радиолокационного наблюдения и поставить Россию перед невозможностью дальше продолжать войну и принять ультиматум. Эта система была реально запущена и реально была рассчитана на нас. Сегодня уже очевидно, что это абсолютно невозможно.
- Правда ли, что вообще не так много целей на Украине, по которым можно наносить постоянно удары? И на Украине прямо сейчас нет целей, например, для «Орешника»?
- Те, кто это говорил, по-своему правы в том смысле, что количество ударов всегда сопряжено с количеством целей. Тратить крылатую ракету на отдельную пушку, тоже никто не будет. Мы проводим огромную дифференциацию. У нас есть огромный арсенал средств воздушного нападения. Там, где нужен «Ланцет», будет «Ланцет», где нужен будет «Калибр», будет «Калибр», где «Кинжал» - будет «Кинжал». Вопрос не только в военных целях, а вопрос в том – ставим ли мы перед собой задачу уничтожать Украину как государство? Мы с вами не бьем ни по государственным центрам, ни по оставшимся электростанциям. Мы не трогаем очень много объектов жизнедеятельности, что в общем делает и Израиль, и Украина тоже. Поэтому для нас действительно список целей, по которым мы бьем, достаточно ограничен. Это сложные цели, поражение их требует серьезной организации, большой разведки.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Военкор Александр Коц: Зеленский - полезный идиот, его надо оставить на горячее