Режиссер Борис Григорьев чуть не «зарезал» Герасимова, а Жигалова избавили от тика: как снимали «Петровку, 38»

45 лет назад, 28 июля 1980 года, на экраны вышел остросюжетный детектив о работе сотрудников Московского уголовного розыска «Петровка, 38». Именно по этому адресу находился МУР.

Фото: кадр из фильма.

ОЦЕНИЛ ДАЖЕ ЖОРЖ СИМЕНОН

Режиссер картины Борис Григорьев снял этот фильм по мотивам повести Юлиана Семёнова, которая впервые была опубликована в 1963 году в журнале «Москва». Это одно из ранних произведений писателя. Ему было тогда около 30. Он сотрудничал с разными журналами и газетами, включая «Комсомольскую правду», писал материалы о работе Московского уголовного розыска, где один из отделов возглавлял его родной дядя Илья Ляндрес. У Юлиана Семёнова было много друзей среди милиционеров. Вместе с ними он выезжал на происшествия, с разрешения руководства МУРа участвовал в оперативной работе. Собрав достаточно материала, он уехал на три недели в Гагру и там написал повесть «Петровка, 38».

Любопытно, что после публикации этой повести он стал известен как автора детективного жанра не только у нас в стране. Знаменитый бельгийский детективщик Жорж Сименон, отправил Юлиану Семенову письмо, в котором сообщил, что с удовольствием «посмаковал его «Петровку, 38»»: «Я нашёл живых героев, настоящих полицейских, всамделишных преступников, в общем всё человечество, во всей своей бушующей и поразительной правдивости. Книга эта, надо сказать, пользуется успехом во Франции и удивила многих, кто ещё считает русских инопланетянами. Браво, мой дорогой Юлиан». И это был не просто жест вежливости именитого зарубежного коллеги. Жорж Сименон искренне верил, что они с Юлианом Семёновым дальние родственники. Согласно семейной легенде, одним из предков Сименона был пленный русский солдат по фамилии Семёнов, который оказался во Франции во время войны с Наполеоном, да так и остался там жить. К сожалению, Сименон не знал, что Семёнов – это литературный псевдоним Юлиана Семеновича (вероятно, взятое из-за отчества), а настоящая фамилия Ляндрес.

Фото: кадр из фильма.

ПОГОНЯ, ПОГОНЯ, ПОГОНЯ…

Фильм «Петровка, 38» был снят через 17 лет после выхода повести. По одной из легенд, декорации для съемок построили прямо во дворе МУРа, а из окон кабинета главных героев видна была проходная ГУВД Москвы. На самом деле, режиссер Борис Григорьев разрешения на съемку в здании МУРа не получил. Поэтому милицейские кабинеты, камеры внутренней тюрьмы и коридоры построили в павильонах киностудии Горького. Оператору фильма Игорю Клебанову разрешили съемки только в помещении знаменитой службы «02», где телефонисты принимали звонки и откуда оперативникам поступали вызовы. Этот объект впечатлил не только Клебанова, но и режиссера Бориса Григорьева. С кадров работы службы «02» начинается фильм.

Как ни уговаривали киношники перекрыть для съемок центр Москвы, им этого сделать не разрешили. Поэтому кадры автомобильной погони за преступником снимали в настоящем транспортном потоке с интенсивным движением и «пробками». На экране мелькают центральные улицы города: Тверская (тогда улица Горького), Пушкинская площадь, Бульварное кольцо. Без компьютерной графики, без голливудских бюджетов сняли одну из лучших сцен погони в отечественном кино. Киношная «Волга» взлетала с небольшого трамплина, покрашенного под асфальт, и пролетала 35 метров на глазах у изумленных москвичей, проезжавших мимо. В таких опасных сценах снимались каскадеры. Но многие рисковые трюки исполняли и сами артисты, игравшие главных героев. Один из них старший лейтенант УГРО Росляков (артист Евгений Герасимов) с разбегу вскакивал на крышу машины и, перепрыгнув через неё, продолжал преследовать бандита. Честно говоря, я подумала, что трюк выполнял всё-таки каскадер.

Фото: кадр из фильма.

- Что вы! Там же видно и мое лицо, и то, что сцена снята одним кадром, - обиделся на мои сомнения артист Евгений Герасимов, который сейчас депутат Мосгордумы и руководитель двух московских театров. - До сих пор никто из моих коллег этот трюк не повторил. Я тогда высоко прыгал. И быстро бегал. Был мастером спорта по лёгкой атлетике в беге на средние дистанции. Занимался карате, у меня уже был «черный пояс»…

В сцене, где его Рослякова обольщает спортсменка Алена (актриса Людмила Нильская) и предлагает открыть бутылку дорогого французского коньяка… гвоздем или электродрелью (всё-таки какими смекалистыми были советские женщины!), он ей говорит: не нужен гвоздь и электродрель. И эффектно отбивает горлышко ребром ладони. Одним словом, каратист.

Задержание бандита по кличке Чита снимали скрытой камерой. Лейтенант Росляков, который Читу преследовал, гнался за бандитом в потоке прохожих. Не массовки, а обычных, ничего не подозревающих москвичей. Само собой на Рослякова и убегающего от него Читу обратили внимание настоящие милиционеры. И кинулись «лейтенанту» помогать. «Я сам», - отодвинул их в сторону актер и заломил руки «преступнику». Только, когда он повел «бандита» к съемочной машине, а режиссер скомандовал: «Стоп!», настоящие милиционеры всё поняли и даже обиделись: «Вы бы предупредили, что снимаете кино, а то мы могли бы и не так вам помочь»…

«КРОВОЖАДНЫЙ» РЕЖИССЕР

В сцене преследования старика Прохора, главаря банды, тоже обошлись без каскадеров. Ладно ещё майор Костенко – Василий Лановой… Он на бегу догонял грузовик, залезал в кузов, как Бельмондо в лучших французских боевиках. Лановому тогда было только 46 лет. Он ещё на многое был способен. Но и дед Прохор, которого играл 65-летний артист Николай Крюков, улепетывал от «легавых» так, что только пятки сверкали. Все артисты боролись за достоверность.

Режиссеру картины Борису Григорьеву пришлось сыграть хирурга, который спасает Рослякова, получившего бандитскую пулю. Он его оперирует. Рослякова, то есть Евгения Герасимова, раздели и положили на операционный стол. «Сердца нет, нужен прямой массаж», - говорит в фильме хирург и склоняется со скальпелем над бездыханным лейтенантом.

- Борис Григорьев мне говорит: я не сильно буду тебя резать. Чуть-чуть только проведу скальпелем, чтобы кровь пошла, - вспоминает Евгений Герасимов. – Как кровь? Не надо крови?... Но режиссер всё-таки провел скальпелем по моей груди, не глубоко, но кровь пошла. К сожалению, этот кадр при монтаже вырезали…

Дочь Бориса Григорьева - Женя, которой в то время было лет 6, сыграла девочку, которую бандит Прохор берет в заложницы. Она кричит от страха и плачет. Эта сцена Жене не давалась. Рядом стоял добрый дядя Коля (Николай Крюков – бандит Прохор), он угощал конфетами. И ещё красивый дядя Женя (Евгений Герасимов). Чего же плакать? Радоваться надо. Женя заплакать не могла, пока отец-режиссер её не шлепнул как следует на глазах у всех. Тогда Женя разрыдалась по-настоящему. От обиды и несправедливости. Женя потом стала настоящей актрисой, она много снимается под псевдонимом Елена Морозова.

Фото: кадр из фильма.

НАУЧИЛИ ЗАИКАТЬСЯ И ИЗБАВИЛИ ОТ НЕРВНОГО ТИКА

Дуэт Георгия Юматова и Василия Ланового, сыгравших полковника Садчикова и майора Костенко, сложился еще на съемках фильма «Офицеры». Там они тоже друзья и коллеги в погонах. Кстати, после этого фильма и в жизни подружились.

На съемках «Петровки, 38» актеры в течение месяца вживались в роли в «полевых условиях»: выезжали с сотрудниками МУРа на задержания, присутствовали на допросах. Юматов и Лановой многое взяли от настоящих милиционеров.

Роль преступника по кличке Сударь сыграл Михаил Жигалов. Работа над ролью помогла ему избавиться от нервного тика. Он играл преступника-наркомана, испытывающего ломки. Чтобы правильно сыграть это состояние, он посещал психиатрическую клинику им.Соловьева. Знаменитую «Соловьевку», где лечились от разных зависимостей многие его знаменитые коллеги. Там Жигалов наблюдал за поведением алкоголиком и наркоманов. Актер позже вспоминал, что был в ужасе от масштаба беды: «Просто в СССР всё замалчивалось. Говорили, что у нас нет наркомании». Но удивительно не это: после съемок его нервный тик прошел сам собой. Врачи сказали: «произошло некое психологическое преодоление».

Юматова же, наоборот, научили правильно заикаться. Заикание его полковника Садчикова звучит абсолютно натурально.

«Петровка, 38» пользовалась бешеным успехом. Только за 1980 год картину посмотрели 53 миллионов зрителей. Так что профессиональные риски актеров были сполна вознаграждены. Евгений Герасимов обрел всесоюзную славу. «У этого парня мускулатура смертоносная для дам», - говорит о нём в фильме хирург (режиссер Борис Григорьев). Но и без этой метафоры, миллионы девушек влюбились в молодого красавчика-лейтенанта.

- Меня действительно повсюду стали узнавать, журнал «Советский экран» дважды в течение года назвал меня самым популярным артистом Советского Союза, - рассказал мне Евгений Герасимов.

- Самым популярным и красивым…

- Красивым - это вы сказали... Поклонниц было много, не буду скрывать. И письма писали, и домой приезжали. По-всякому было...

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Балладу Киркорова «Немного жаль» превратили в рок-боевик в стиле Linkin Park