Левон Чахоян: «Если косметолог вам обещает все и сразу, стоит насторожиться»

Фото: предоставлено героем публикации

Инъекционная косметология сегодня стала такой же доступной, как маникюр или стрижка. Салоны красоты на каждом шагу обещают «омоложение без операции» и быстрый результат. Спрос на процедуры огромный: только в России в 2024 году было проведено 8,7 миллиона инъекций — на 34 % больше, чем годом ранее. Такие цифры показывают, что косметология прочно вошла в повседневную жизнь миллионов людей, а значит, тема качества и безопасности становится особенно актуальной.

О том, как не попасть к случайным «мастерам красоты» и какие признаки отличают ответственную клинику от сомнительного кабинета, мы поговорили с Левоном Чахояном — главным врачом и руководителем клиники «Клиники омоложения Левона Чахояна». Он также ведет научную деятельность: защитил кандидатскую диссертацию, разработал авторскую методику инъекций, помогающую снизить риск осложнений, участвовал в международных исследованиях по разработке комбинированных методик с «Мерц Аэстетикс», международной компанией, препараты которой применяют врачи более 90 стран. Кроме того, Левон активно делится опытом с коллегами — выступает на конгрессах, организует и модерирует профессиональные сессии, проводит мастер-классы для врачей, а также публикует статьи своего авторства в профессиональных журналах. А недавно его пригласили в жюри международной премии «Successful Ladies Awards», где эксперты со всего мира оценивают инновационные проекты в области бизнеса, науки и культуры.

Левон, сегодня процедуры инъекционной косметологии предлагают буквально в каждом салоне красоты. Но всегда ли это безопасно?

Опасность в том, что люди воспринимают уколы как что-то простое. На самом деле это медицинское вмешательство в организм, и специалист должен разбираться в анатомии лица — понимать, где проходят сосуды, как расположены мышцы и жировая ткань, какие зоны требуют особой осторожности. Без этих знаний легко задеть важные структуры, и тогда вместо красоты можно получить серьезные осложнения. Поэтому такие процедуры должны проводить только врачи с медицинским образованием, а салоны красоты не всегда могут подтвердить уровень подготовки своих сотрудников.

А по каким признакам пациент поймет, что перед ним действительно медицинская клиника, а не просто красивый кабинет?

Первое, на что стоит обратить внимание, — это готовность врача взять на себя ответственность. Настоящий специалист не ограничивается обещаниями «будет быстро и красиво», а подробно объясняет, какие риски возможны, какие противопоказания есть и как устроен процесс восстановления. Второй важный момент — документация: перед процедурой пациенту всегда предлагают подписать информированное согласие, где прописаны все нюансы вмешательства. Если этого нет, стоит насторожиться. И, наконец, серьезная клиника никогда не скрывает состав препаратов и не экономит на консультации: вас знакомят с сертификатами, рассказывают о методике и только после этого принимают решение о коррекции

Часто можно услышать мнение, что в эстетической медицине главное — руки врача, его практический опыт, а исследования и статьи второстепенны. Вы согласны с этим или наука напрямую влияет на качество практики?

Конечно, руки врача имеют большое значение. Но если честно, именно исследования двигают и медицину, и самого врача вперед. Когда разбираешь клинические данные, участвуешь в разработке протоколов, публикуешь статьи — ты иначе смотришь на привычные процедуры. Это повышает компетенцию, дает новые инструменты и делает работу безопаснее. В итоге выигрывает и врач, и пациент: один растет профессионально, другой получает более надежный и предсказуемый результат.

Как опыт научной работы помогает вам сегодня в профессии врача и руководителя клиники?

В диссертации я изучал, почему дерматологическая служба в мегаполисе работает не так эффективно, как могла бы. Проблем было несколько: нехватка врачей, недостаток коек, слабая информированность пациентов. Чтобы это исправить, я предложил алгоритм помощи: раннее выявление болезней, наблюдение и профилактика. Теперь такой комплекс организационных решений используют не только в нашей клинике, но и в ряде государственных и частных медучреждений. Это позволяет рациональнее распределять ресурсы и повышать качество лечения.

После защиты диссертации вы продолжили научную работу — статьи, публикации, рекомендации для врачей, о сочетании нитей Aptos и препарата Radiesse, которая получила широкое применение в клиниках по всей стране. Объясните простыми словами, что это за методики и зачем их объединять?

Нити Aptos работают как каркас: они подтягивают ткани и дают выраженный лифтинг. Radiesse, в свою очередь, не только восполняет объем, но и стимулирует выработку коллагена, за счет чего кожа становится более упругой и эластичной.

Какое значение имеет научная работа для практикующих врачей и их пациентов?

Для врачей такие наработки означают более чёткие и безопасные протоколы. Они получают готовые алгоритмы, которые помогают сократить количество ошибок и сделать результат предсказуемым. Пациентам это даёт уверенность: меньше осложнений, быстрее восстановление и естественный внешний вид. В итоге меняется сама культура работы — и в клиниках, и в общении между врачом и пациентом появляется больше прозрачности и доверия.

Сегодня в эстетической медицине много клиник. Как руководитель одного из центров эстетической медицины дайте совет, на что в первую очередь должен обратить внимание человек, выбирая место для процедуры, чтобы быть уверенным в его надежности?

В первую очередь стоит смотреть на прозрачность работы клиники. Надёжное учреждение всегда показывает лицензии и сертификаты на препараты, не ограничивается обещаниями быстрого результата, а подробно объясняет возможные риски и этапы восстановления. Важный момент — информированное согласие: если его не предлагают подписать перед процедурой, это повод насторожиться. И, конечно, доверие вызывает только врач с медицинским образованием, который отвечает на вопросы и берёт на себя ответственность за результат.

Под вашим руководством клиника вошла в Национальную ассоциацию клиник эстетической медицины и получила признание не только клиентов, но и профессионального сообщества. А какие еще объединения помогают пациентам понять, что клинике можно доверять?

Сегодня в России есть профессиональные объединения — Национальная ассоциация клиник эстетической медицины, Ассоциация регенеративной эстетической медицины, Национальное общество мезотерапии. Сам факт членства клиники в таком сообществе уже говорит о том, что она работает по прозрачным правилам и разделяет стандарты безопасности. Подобные сообщества объединяют только официальные клиники, которые имеют медицинскую лицензию, используют сертифицированные препараты и привлекают специалистов с профильным образованием. Для пациента это означает меньше рисков и больше уверенности в результате

Своим опытом вы делитесь и в соцсетях — у вас более 70 тысяч подписчиков. С какими заблуждениями вы сталкиваетесь чаще всего в общении с ними?

В соцсетях мне часто задают вопросы, которые рождаются из мифов. Одни боятся, что процедура будет болезненной, другие — что лицо изменится до неузнаваемости. В своих постах я рассказываю и показываю, как работают современные методики: они дают естественный результат, сохраняют индивидуальность и позволяют человеку быстро вернуться к привычному ритму. Онлайн-платформы стали удобным инструментом, чтобы развеивать заблуждения и продвигать грамотный подход к косметологии.

Что бы вы посоветовали человеку, который впервые решается на косметологическую процедуру?

Прежде всего — правильно настроиться. Косметология не работает по принципу «чудо за один визит»: результат складывается из постепенных и продуманных шагов. Важно доверять врачу, задавать вопросы и понимать, что грамотный специалист всегда подробно объяснит, как и зачем проводится процедура. А вот если косметолог обещает все и сразу, но не отвечают на конкретные вопросы, стоит насторожиться. И еще — не стоит стремиться сделать «как можно больше и быстрее». В косметологии очень важно чувство меры: только тогда результат будет естественным и не вызовет психологического отторжения у самого пациента.