Русский боец потерял две ноги, но выжил: теперь он нашел невесту и вместе с ней отправится на СВО на протезах, чтобы управлять дронами

Боец получил тяжелое ранение

По холодной земле медленно полз молодой боец. Пять долгих часов отделяли его от своих. Обе ноги он потерял, подорвавшись на минах – выполнял задание в одиночку, чтобы спасти товарищей. Полз и думал только об одном: «Нельзя останавливаться, нельзя закрывать глаза. Если усну – умру». Тогда 22-летний Сергей Кротов все же добрался до своих, вылечился, встал на протезы. А теперь снова мечтает вернуться в зону спецоперации, но не один… Об этом он рассказал в разговоре с KP.RU.

«УЗНАЮТ, КОГДА ВЕРНУСЬ»

Когда Сергей решил отправиться на СВО, ему только исполнилось 22 года. Он учился в колледже на актерском направлении, старался подрабатывать по специальности. Но сердце волновали далеко не театральные подмостки.

- В июле 2024 года я твердо решил, что пойду на спецоперацию. Долго думал об этом. Общался с друзьями из Донецка и Луганска, от них-то в основном и узнавал, какой там творится беспредел. Тогда и понял – пора самому идти на передовую. В колледже взял академический отпуск, для родных придумал отмазку – якобы по делам уезжаю, скоро вернусь. Не хотел заставлять их сильно волноваться, родители у меня уже пожилые. Они часто собирают гуманитарную помощь для наших бойцов, и то волнуются! А тут, представьте, родной сын на фронт ушел, - говорит Сергей.

Ранее боец занимался спортом

После подготовки он попал в 103-й мотострелковый полк 150-й гвардейской мотострелковой дивизии. Служил на Кураховском направлении.

- Служба проходила нормально. Работали слаженно, поддерживали друг друга, старались радоваться мелочам. Взял себе позывной «Саад», что в переводе означает «счастливый». Как потом оказалось - не зря, - улыбается Сергей. – С семьей, конечно, связь поддерживал. Старался часто отвечать им на сообщения, не пропадать надолго, чтобы никто ничего не заподозрил. Я думал: вот вернусь домой, когда все закончится и расскажу им, чем на самом деле занимался все это время. Но не тут-то было…

«ОТПРАВИЛСЯ НА ЗАДАНИЕ ОДИН»

Начало августа 2024 года. Куруховское направление – место, где земля раскалена от взрывов. В ответ на нападение ВСУ на Курскую область наши бойцы пошли в контрнаступление.

- Мы пошли вперед на те территории, которые противник бросил перед своим наступлением в Курске. Тогда вместо элитных наемников, которые раньше хоть как-то могли нас сдерживать, остались обычные ребята – бедолаги, собранные из разных городов и брошенные туда без толкового обеспечения, - вспоминает Саад. – Мы заходили тремя группами. Задача – продвинуться, подобраться вплотную к врагу и закрепиться на местности.

Там, где шли бойцы, военные действия почти не прекращались. Вокруг были лишь минные поля, которые приходилось преодолевать.

- В конце-концов, я остановился. Минные заграждения прервали наш путь. Дальше идти группой было нельзя, так мы бы запросто привлекли внимание врага. Тогда я решил, что пойду один. Заодно покажу своим ребятам, что нет ничего невозможного. Переговорил по рации с полевым командиром и в путь! За себя я не переживал, а вот пацанов жалко было.

Мужчина не мог остаться в стороне и пошел защищать Донбасс

«ДВАЖДЫ ПОДОРВАЛСЯ НА МИНЕ»

Путь был нелегким. До позиций врага оставалось всего 200 метров, когда Сергей решил найти укрытие, чтобы перевести дух.

- По дороге я не заметил мину… Хотя это и невозможно было, она была закопана. Произошел взрыв. Смотрю – а у меня стопа в каком-то неестественном положении. Я не растерялся, оказал себе первую помощь, наложил жгут. Потом прислушался – дроны вражеские летят. Среагировали именно на этот взрыв. Я сбросил с себя всю экипировку, бросил аптечку и отполз в кусты. Лежал, а птички еще 5 минут кружили над тем местом, меня искали.

Как только жужжание в небе стихло, Сергей сообщил товарищам, что ранен и начал ползти к своим.

- Дорога была тяжелая. Приходилось обходить мины, проползать мимо тел заминированных солдат. Причем, как вражеских, так и наших. Из некоторых торчали какие-то провода, взрывчатые устройства… Обычно украинцы делают так, чтобы мы не смогли эвакуировать тела погибших. Так я полз несколько часов, пока меня не подобрал товарищ, чтобы помочь эвакуироваться. Но прошли вместе мы всего 3 или 4 метра.

Оперевшись на плечо сослуживца, Саад прыгал на одной ноге по узкой тропе. Местами трава там была выше колена.

Сейчас боец нашел невесту

- Как только моя нога оказалась в этой густой траве, снова произошел взрыв. Только в этот раз мне повезло меньше, - ни ботинка, ни ноги осталось. Товарища тоже зацепило, он был вынужден эвакуироваться без меня. А я вынул из штанов резинку, сделал из нее жгут и пополз. Временами терял сознание, просто выключался, слишком много крови потерял. Помню, тащусь еле-еле, думаю: «Как же я устал. Хочу отдохнуть». И тут же отгоняю эти мысли. Только проговорил себе: «Нельзя останавливаться, нельзя закрывать глаза. Если усну – умру», как снова потерял сознание. Лежу и слышу голос мамы, как наяву: «Сынок, вставай! Мы тебя дома ждем». И я очнулся, пополз дальше.

«ДОМОЙ ПРИШЛО ПИСЬМО»

До своих позиций Саад добирался около 5 часов, после его эвакуировали в донецкий госпиталь.

- Парни везли меня на тележке строительной. Быстро-быстро перебегали между позициями, чтобы нас не засекли. Рисковали собой! В Донецке меня прооперировали, ампутировали обе ноги, а после отправили на лечение в Санкт-Петербург. На тот момент мои родители все еще ничего не знали. Я планировал сделать так: получу протезы, научусь на них ходить и все расскажу, а, возможно, и вовсе скрывать буду до конца жизни. Я не хотел, чтобы меня жалели.

Пока Сергей проходил лечение, его родителям прислали извещение о том, что их сын теперь инвалид первой группы.

- В тот день у меня разрывался телефон: звонили братья, сестра, родители. Пытались выспросить, что со мной. Я сначала ни в какую не сдавался, но пришлось. Рассказал все, как есть. Так они все примчались ко мне из Черкесска уже через 3 дня. Конечно, были слезы, причитания, но я это быстро пресек. Хотя обычно не позволяю себе такого общения с родителями. И с тех пор стал быстрее восстанавливаться. Сразу же отказался от инвалидной коляски: купил себе электро-самокат и ездил на нем, стоя на коленях, пока не пришли протезы. А потом уже их носил, не снимая, чтобы привыкнуть. И гулял много, и танцевал.

«МЫ ВМЕСТЕ ОТОМСТИМ»

Еще лежа в больничной палате, Саад начал вести в социальной сети дневник о своей жизни. Так он познакомился со своей возлюбленной – Алисой.

- Моя невеста как-то нашла меня через военные группы. Поделилась, что всего в 4-х километрах от меня служил ее муж. Она все пыталась узнать о нем хоть что-то, переживала. Но в январе 2025 года получила сообщение, что он героически погиб при выполнении штурмовой задачи. Мы стали поддерживать друг друга, чаще общаться, а после начали встречаться. Сейчас мы с Алисой вместе учимся на инструкторов БПЛА. Она уже хорошо разбирает и собирает дроны, я больше разбираюсь в пилотировании. Хотим вместе вернуться в зону СВО, приносить пользу, да и отомстить украинцам за все. Алиса за мужа, а я за своего лучшего друга «Адлера». Мы вместе выполняли боевое задание, а когда в 500 метрах от меня раздался взрыв, я даже не подозревал, что он там погиб.

Помимо обучения Сергей активно занимается разными видами спорта, мечтает добиваться новых высот.

- Спорт – моя жизнь! Хочу стать профессионалом в любом из его видов. Я очень люблю биатлон, лыжные гонки, горные лыжи. А совсем недавно попробовал себя в регби на колясках. Это был первый турнир Министерства обороны. Честно говоря, я не люблю коляски, - улыбается Сергей. - Но меня зацепило это занятие. Нас пригласили на мастер-класс, посадили в какие-то новейшие, маневренные коляски, которых я раньше даже не видел. И показали, что на них можно вытворять! Если получится заняться этим всерьез – я только «за». Главное, не унывать и идти только вперед. Я считаю, позитив – лекарство от всех бед.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Почему Западу срочно потребовалось перемирие по линии фронта