Зомбоящик и окно в мир: как телевидение изменило жизнь человечества

«Взгляд» и его ведущие (слева направо): Александр Любимов, Дмитрий Захаров, Олег Вакуловский, Влад Листьев. Фото: Телепрограмма «Взгляд»

Вот и опять он настал, деньрожденный праздник нашего общего зомбоящика, нашего электронного оракула, нашего синеглазого демона в гостиной. Международный день телевидения. Дата, от которой веет чем-то вроде Дня работников леса или Дня шахтера. Только шахтер добывает уголь, а телевидение - что оно добывало? Души, что ли?

МОЩНОЕ ОРУЖИЕ

Кто-то скажет, что мы отмечаем не праздник телевидения, а день капитуляции человеческого сознания перед самым изощренным наркотиком, который оно само себе изобрело. В 2025 году телевидение в его классическом виде уже мертво, убеждены ТВ-диссиденты. Но мы все еще отмечаем его день - как отмечают день рождения давно умершей бабушки, из вежливости и смутной надежды, что ее призрак все еще оберегает семью от распада.

Но мне как телевизионщику со стажем такой скепсис кажется наигранным. Телевидение - это самое мощное оружие ХХ века, сильнее атомной бомбы. Бомба уничтожает города, а телевидение - мозги.

Помните, как оно начиналось у нас? Черно-белый гипноз. Диктор в пиджаке, читающий текст под суфлерку Политбюро. Потом пришла «оттепель», и «ящик» треснул, выпустив на волю «Голубой огонек» - первую робкую иллюзию свободы, такое коллективное окно в запретный мир легкой, несоветской жизни.

А потом был «Взгляд». Это был не просто проект. Это был культурный Большой взрыв. Рождалась новая вселенная - со своими героями, мифами, прямой речью. Листьев, Любимов, Политковский… Они были первыми, кто посмотрел на нас не сверху вниз, а как бы изнутри экрана, глаза в глаза. Они говорили с нами, а не вещали на нас. И мы им поверили. Это была великая, прекрасная, роковая ошибка.

Потому что телевидение, каким бы свободным оно ни казалось, всегда чье-то, всегда на кого-то работает. В 90-е оно работало на новых хозяев жизни, в нулевые - на новых старых хозяев. Оно учило нас то демократии, то державности, то потреблению.

И что же мы имеем сегодня? Век интернета, а телевизор жив. Жив, как динозавр в заповеднике. Он больше не монополист, он - опция. Но какая! Для миллионов он по-прежнему - главный источник той сладкой, густой каши из новостей, сериалов и ток-шоу, которой они питают свое сознание. Он уже не учит жизни, как в советские времена. Он ее заменяет.

«ВЗГЛЯД» - МОГИЛЬЩИК СССР?

Для меня ТВ-индустрия прежде всего сопряжена с программой «Взгляд». Про которую говорят сейчас, что она, мол, вместе с рок-музыкой развалила СССР.

Утверждение, что программа «Взгляд» разрушила державу, - это не исторический тезис. Это поздний миф, рожденный в лабораториях ностальгии по тем временам, когда у развала еще мог быть единый автор.

Подумайте сами: как одна телепрограмма могла уничтожить империю с ядерным арсеналом? Это все равно, что сказать, будто «Камасутра» разрушила Римскую империю. Причина путаницы в том, что «Взгляд» был не причиной, а особым оптическим прибором, через который советский человек впервые увидел, что император-то голый. А точнее - что императора нет вовсе. Есть лишь ветхая декорация, и за ней - пустота.

В эпоху, когда информация была твердой субстанцией - как хлеб или уголь, «Взгляд» стал первой пиратской библиотекой, раздающей запрещенные файлы прямо в мозг зрителей. Он не разрушал систему. Он был вирусом, который перепрограммировал коллективное сознание, заменив «Так надо» на «А почему, собственно?».

СССР разрушил не «Взгляд», а его зритель. Сама по себе передача была лишь набором пикселей на экране. Но в момент просмотра в сознании зрителя происходил квантовый коллапс: он осознавал, что его «реальность» - лишь одна из многих возможных. И в этот миг советский проект терял свою магическую силу.

«Взгляд» не разрушал СССР. Он был просто самым рейтинговым шоу на похоронах империи. И его ведущие - не могильщики, а талантливые ведущие этого траурного митинга.

Телевидение в советскую эпоху - это прежде всего программа «Время». В кадре дикторы Аза Лихитченко и Игорь Кириллов. Фото: Виталий АРУТЮНОВ/РИА Новости

ЧТО ВЫ ПОМНИТЕ?

Скольким из нас, обреченным на беспамятство, ведомо, что в лабиринте ТВ-эфира, в одном из его призрачных ответвлений, на краткий миг тенью промелькнул в роли ведущего «Взгляда» тот самый Саша Масляков, чей образ неразрывно спаян с мальчишеским раем КВН? Кто припомнит ныне, как по прихоти Ивана Демидова, этого виртуоза языковой игры, неуклюжее «толк-шоу», точно куколка невзрачная, преобразилось в стройную бабочку «ток-шоу», дабы навсегда поселиться в нашем лексиконе?

Сие не более чем блестки на ткани забвения. Куда причудливей узор, если вглядеться пристальнее.

Влад Листьев - этот фатальный денди телеэкрана, чья частная жизнь была столь же отточенным спектаклем? Он сочетался браком в канун Нового года, будто спеша поставить точку в уходящем году, а с сыном-второклассником заключал контракт, превращая семью в изящный административный акт. Но за этим изящным фасадом уже змеилась тень: в осенних сумерках 1990-го на какой-то душной кухне прозвучала небрежная формулировка убийства: «Главное сейчас - убить Листа».

Мы открывали Америку в собственной студии. Даже выездные выпуски становились ошеломляющим жестом: парижские телевизионщики не могли постичь, как можно делать 30 сюжетов зараз. Там, во Франции, в гостиничном номере Листьев с Лысенко, вперившись в Wheel of Fortune, конспектировали грядущее «Поле чудес» - не лицензия, но трофей!

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

21 ноября - удивительный праздник, день, когда человечество празднует свою победу над скучной, неотредактированной реальностью. Так стоит ли праздновать этот день? Безусловно. Как празднуют годовщину крупной катастрофы, изменившей ход истории. Надо помнить о его мощи. О его коварстве. И о том, что единственный способ не стать его рабом, - это иногда вставать и выключать его. Оставляя в комнате тишину. И включая собственные мысли.

Вот тогда, глядишь, и поймешь, что самый главный пульт управления - в твоей голове.

Телевидение - это гениальная машина по производству смыслов, которые не означают ровным счетом ничего. Оно заменило нам Бога, родину и даже сны. Зачем молиться, если есть прямой эфир? Зачем думать, если есть экспертное мнение? Зачем жить, если можно просто смотреть?

Мы больше не люди - мы аватары телесигнала. Наши эмоции - это саундтрек из сериала. Наши мнения - это эхо ток-шоу. Даже наша память - это просто архив перемотки.

Так выпьем же за этот великий инструмент! За то, что он дал нам самую ценную в XXI веке валюту - иллюзию включенности. За то, что мы, сидя в одиночестве, чувствуем себя частью чего-то большого, даже если это «большое» - всего лишь набор пикселей.

И пусть сегодня каждый из нас на минуту оторвется от своего гаджета, чтобы… посмотреть праздничный концерт по телевизору. Ведь только так мы можем по-настоящему ощутить магию этого дня - дня, когда мы добровольно заключаем себя в ту самую клетку, которую сами и украсили гирляндами.

Я отдаю себе отчет, что мой восторг похож на улыбку Чеширского Кота - она остается, даже когда сам кот давно исчез. Потому что телевидение - это не про пресловутый «контент». Это про состояние растворения. И празднуя его, мы на самом деле празднуем собственную виртуализацию.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Надежда Бабкина - про французское белье, кто в доме главный и концерты в зоне СВО