Единственный первоклассник как символ последней надежды: «Комсомолка» побывала на первом звонке в селе, которому помогла спасти школувидео

Обозреватель «Комсомольской правды» Владимир Ворсобин побывал на первом звонке в селе, для которого помог уберечь от закрытия школу

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

БЫЛА ПРИГОВОРЕНА КАК БЕСПЕРСПЕКТИВНАЯ

Выступил на школьной линейке. Попросили. И странное дело - 10 лет веду передачи в прямом эфире на радио «Комсомольская правда», а поди ж ты - дрожь! В ногах, в голосе, да еще проклятый ком в горле. Оробел перед аудиторией. Перед самой важной, самой честной, самой требовательной в моей жизни – десятком девчонок с белыми бантами, столько же разнокалиберных пацанов в белых рубашечках и особенно – почему-то перед первоклассником Степаном Ярмаковым. Степан в безукоризненном костюме, изысканном галстуке с серым отливом. Окруженный всеобщим восхищением, он улыбался так рассудительно и спокойно, будто не малыш вовсе, а уже мужичок.

Эдакий «Босс-молокосос». Единственный первоклассник мордовской деревни Старое Синдрово. Символ ее последней надежды…

И я все-таки произнес три главных слова, ради которых «Комсомольская правда» вместе с родителями прошли тяжелый путь. Мы бились репортажами, письмами, видеообращениями…

Обозреватель «Комсомольской правды» Владимир Ворсобин

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

Я писал об этом сражении в расследование «Деревне жить до школьного звонка: Как умирающее мордовское село борется за свое будущее». Еще три месяца назад школа Старого Синдрово была приговорена к закрытию, как бесперспективная. 25 учеников. Для чиновников – возмутительно мало. Тратиться на капризы населения, желающих не возить детей в соседний город, мечтающих сохранить свое село? Вот еще. Все постановления подписаны. И шансов на спасение, казалось, нет.

Потому синдровские дети тогда – три месяца назад, просили отчаянно (даже записал этот крик на видео): «Оставьте школу нам!»

И вот я на школьном крыльце. Элегантный Степан дефилирует со старшеклассницей, колотит в колокольчик-колокол, и что-то подступает к горлу. Станешь тут сентиментальным, когда вместо заколоченной школы, мертвых глазниц окон, вместо кладбищенской тишины, на тебя обрушивается такое звонкое счастье. И вырвались криком из меня главные слова:

«Мы спасли школу!»

Единственный первоклассник мордовской деревни Старое Синдрово.

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

«ПОЧЕМУ НЕ РОЖАЕМ?»

Грянули овации. Мы аплодировали друг другу. Дети, родители, и даже прекрасные в своем добродушии чиновники. Власть тут представлял замглавы Краснослободского района по сельскому хозяйству Павел Федосеев. Сразу видно - хороший мужик.

- Сельская школа, значит… – по-купечески осматривает он строение. Спотыкается о собаку.

- Все правильно - собака, а за воротами — овцы, – кивнул он. - Настоящая сельская школа.

Взгляд чиновника перемещается на детей.

- Дети, значит, - осматривает. - Хорошие дети. Только почему так мало…

И тут замглавы обнаруживает пред собой причину всех бед. Женщину.

- Почему не рожаем? – спрашивает Павел Михайлович у подвернувшейся молоденькой учительницы. - От чего вот, а?

Подвернувшаяся учительница литературы с ужасом распахивает глаза и столбенеет.

Удовлетворенный эффектом, чиновник отправляется к нам, мужикам, видимо, как к потенциальным соучастникам безобразия.

Стоящий рядом директор школы Владимир Маркин предпочел исчезнуть – он помнит, что в прошлом репортаже я уже описывал – как глава района Иван Волков по-солдатски прямо задавал виновницам недорода тот же вопрос. С тем же эффектом.

Местные женщины очень возмущались. А зря. Наши чиновники чистосердечно обижены. Неподдельно. Натурально. Они действительно, не понимают – как так?! Что случилось?! Не в коня же корм! Природой же как заведено - чем лучше кормишь коров, тем больше телят. А тут! Живет народ сыто, не голодает – а роста поголовья нет! Что не предлагай, не рожают...

И я замглавы по сельскому хозяйству, в его зоотехническом взгляде на демографию очень даже понимаю. На линейке 21 школьник вместо прошлогодних 25. И логика закрытия школы еще три месяца выглядела железобетонно и непрошибаемо.

Глава района тогда лично прибыл в деревню уговаривать взбунтовавшихся родителей сдаться.

Местный батюшка и мне внушал – зачем продлевать агонию?

Да, я и сам, честно говоря, сомневался – вот, что я сейчас делаю?! Пытаюсь спасти школу или продлеваю ее жизнь над год-два, как реаниматолог – безнадежно умирающему.

Но когда, мордовские власти, вероятно, от невыносимого медийного шума, уступили, выпустив постановление об отмене решения депутатов Краснослободского района о ликвидации, когда к школе 1 сентября вместо суровых рабочих, заколачивающих окна и двери, пришли дети с воздушными шарами и цветами, я понял – кто настоящий спаситель.

Понял, зачем России нужны школы даже с 20-ю учениками.

УЧИТЕЛЬНИЦА-ФЕЯ

Арина Козлова – переехала с мужем в неведомое Старое Синдрово по программе «Земский учитель».

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

Школу на самом деле спасла та самая молоденькая учительница русского и литературы, которую, испугал демографически-озабоченный Федосеев.

Арина Игоревна Козлова – юная выпускница саранского пединститута, переехала с мужем в неведомое Старое Синдрово по программе «Земский учитель». За заветный миллион рублей.

- Не стоит того этот миллион, - признается Арина. Квартиру, мол, дали страшную, пришлось ремонт делать, бойлер покупать.

Но Арина искренно полюбила школу, и что самое необычное - детей. И любовь свою, в наши времена редкую, педагогическую, она не спалила, не уничтожила сразу в городском классе на 30 бандитов и эгоцентриков.

- Меня тут критикуют, что я запросто обнимаюсь с девчонками, веду иногда даже разговоры по душам, - пожимает плечами Арина Игоревна, и смеется: – У каждого в педагогике свой стиль.

И пытается ответить на вопрос – почему она так прикипела к школе.

Дети в сельских микро-школах, говорит, другие.

Школьная линейка в мордовском селе Старое Синдрово

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

Спокойные. Основательные. Рассудительные. Крепко стоящие на земле. Словно внутри ребенка – уже живет взрослый.

- За детьми в малокомплектных сельских школах ухаживают, лелеют, они здесь защищены, – говорит учитель. - На уроках не может быть и речи о проблемах с дисциплиной, освоение предмета почти индивидуальное, можно легко попросить учителя объяснить непонятное. Никаких мобильников, все включены в учебу. На переменах – они бегут играть на зеленый двор, на стадион. Здесь так все семейно и душевно, что иногда даже боязно за детей? Иногда думаешь - как они освоятся в больших коллективах, среди городских ребят? Люди в городе другие… Отличие еще знаете в чем? (задумывается) Они после школы, конечно, разъедутся, но большая часть вернется. Так они любят Синдрово!

Новая учительница так очаровала даже самых склочных родителей, что однажды нечаянно спасла деревню…

- В начале январских праздников дежурила в школе, - рассказывает (учителя здесь охраняют здание по очереди – В.В.). – Мне позвонили, рассказали по секрету – мол, закончилась, твоя педагогическая поэма, принято решение о ликвидации школы, вот-вот за это проголосуют депутаты. Родителям хотят сообщить только в марте. И вот я сижу в школе, смотрю на деревню, тихую, новогоднюю. И так мне жалко ее стало…

Побежала Арина к самым бойким из родителей, рассказала об угрозе вовремя.

- Они мне сказали: год назад мы бы отдали школу (из-за конфликтов с некоторыми педагогами на нее уже многие махнули рукой), а теперь, с тобой – ни за что! – смеется.

И вышли родители и учителя за школу одним мощным фронтом, засыпали Саранск и Москву жалобами. И так это было громко, что сюда примчался на помощь и я… Вот, что значит роль личности в России. Что значит даже один новый светлый человек в темной безнадеге.

И как в Сказке о репке – «Мурка за Жучку, Жучка за внучку…», мы сообща вытянули «репку».

И теперь Арина Викторовна в своем самом большом восьмом классе (восемь человек!) раздает каждому ученику от себя по маленькому подарочку, и приговаривает: «Не бойтесь ошибаться, ошибки полезны, если сделать из них вывод…»

Школу на самом деле спасла та самая молоденькая учительница русского и литературы Арина Козлова

Фото: Владимир ВОРСОБИН. Перейти в Фотобанк КП

МЕСТЬ ЗА НЕПОКОРНОСТЬ

Разумеется, школу в Старом Синдрово еще ждут испытания. Чиновники в святой уверенности, что вся эта сентиментальщина о сохранении деревни и сельском малокомплектном образовании, полная ерунда в сравнении с проблемой бюджета. Похоже, просто взяли паузу.

Отменив решение о ликвидации, они стали душить школу режимом строгой экономии. Объединив у 6-го и 8-го классов уроки физкультуры, труда, ИЗО и музыки, они сократили ежемесячный заработок учителей – до 20 тысяч рублей. В школе уверены, что так педагогов провоцируют на увольнение.

И с одной стороны учителя понимают, что они последний шанс – оставить детей в привычном, уютном деревенском мире с родной школой и родными учителями. Но как прожить на 20 тысяч рублей в 2025 году? (уважаемое Министерство образование Мордовии, считайте это официальным запросом). Разве не стыдно такие деньги педагогам платить?

А Министерству образования России давно бы пора определиться: что все-таки делать с малокомплектными школами России – казнить или миловать? Давно пора разработать программу обучения для сельских детей, хотя бы чуть допускающую – что они не захотят уехать из родной деревни.

Исполнительный директор проекта «Энциклопедия сельских школ России» Николай Махнев считает, что пока система обучения ориентирует ученика чуть ли не на обязательное поступление в вуз и переезду в город. А России, по его словам, жизненно важно возрождение специальной программы для сельской молодежи, желающей работать на селе. Прививающей любовь к крестьянскому труду на своей малой Родине. К тысячам таких Синдрово, разбросанных по всей матушке России, которые, как в притче о тонущей лягушке в молоке – барахтаются в холодном 21 веке, и надеются все-таки выжить.

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Жить осталось до школьного звонка: Как умирающая мордовская деревня борется за свое будущее

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Почему даже взрослые боятся вызова в кабинет директора школы