Почему шедевры Арно Бабаджаняна называли «дешевенькими твистами» и не пускали в эфир
Народный артист СССР, лауреат Сталинской премии, композитор и пианист Арно Арутюнович Бабаджанян
Фото: фотохроника ТАСС..
Наверное, Арно Бабаджаняну в жизни очень везло. Серьезный музыкальный талант проснулся в нем еще в детстве - и в 11 лет тиражом в 1000 экземпляров была издан его «Пионерский марш». Подростком он получил первую премию на конкурсе пианистов в Ереванской консерватории. И вскоре после этого сдал экзамены в другую консерваторию, Московскую. Армянские власти пытались ставить ему палки в колеса, им не нравилось, что Арно отправился в столицу без их благословения, и в результате 17-летний Бабаджанян попал в училище имени Гнесиных: одна из его основательниц, знаменитая Елена Гнесина, нашла управу на разбушевавшихся соотечественников юноши. И зачислила его сразу на четвертый курс.
А в 30 лет - Сталинская премия. А в 32 года его «Фортепианное трио» играли на похоронах Сталина. А в 37 - неожиданная оглушительная всенародная слава после «Песни первой любви», на сегодняшний вкус - слишком сладкой и слишком простой (в частности, по сравнению с поздними шедеврами), но в исполнении Рашида Бейбутова ставшей огромным шлягером. Сын композитора Ара Бабаджанян рассказывал, как отца однажды ночью ограбили хулиганы, отняли часы и деньги, но, присмотревшись, узнали композитора фильма «Песня первой любви» (в лицо!) - и все вернули!
И свои чудесные мелодии он сочинял очень легко. Армен Джигарханян как-то был у него в гостях, расспрашивал, как он пишет музыку, - ответом было одно слово: «Слышу».
Вот только его счастливая жизнь оказалась недолгой: он умер в 62 года после борьбы с лейкемией. Но диагноз ему поставили за тридцать лет до того, и он все-таки смог прожить с болезнью, считавшейся в СССР 50-х однозначно смертельной, очень долго. Правда, приходилось постоянно лечиться, регулярно ездить в Париж к одному из крупнейших французских гематологов. И о смерти Арно Арутюнович думал все время. По мнению сына, именно из-за этого он все глубже уходил в песенный жанр и все реже брался за крупные сочинения: казалось, что начнет их - и не успеет дописать.
1966 год. Народный артист Армянской ССР композитор Арно Бабаджанян во время встречи с молодежью
Фото: фотохроника ТАСС..
КАК МАГОМАЕВА РАЗЛЮБИЛ ХРУЩЕВ
Имя армянского композитора Арно Бабаджаняна навсегда связано с именами азербайджанского певца Муслима Магомаева и русского поэта Роберта Рождественского. Именно Магомаев спел ошеломительные «Верни мне музыку», «Свадьбу», «Лучший город Земли», «Не спеши», «Ноктюрн». А Рождественский написал тексты к почти 30 песням. Конечно, Бабаджанян работал и с Вознесенским, и с Евтушенко, и с Леонидом Дербеневым, но именно с Рождественским по-настоящему близко дружил. Однажды поехал с ним в роддом забирать его дочку Ксению, - и медсестры по ошибке вручили девочку Бабаджаняну, да еще и попросили у кавказского мужчины выкуп.
А совместная работа с Магомаевым началось с того, что совсем еще молодому певцу позвонила супруга Бабаджаняна, Тереза Сократовна. Наговорила ему комплиментов и предложила записать песню «София», сочиненную после визита в Болгарию. Хотела дать послушать уже существующие записи других певцов, - Магомаев отказался. И вообще, судя по его мемуарам, потом работал над песней, получившей название «Помню Болгарию», без особого энтузиазма. «Поехали на радио, где в это время для меня уже была подготовлена студия для записи неаполитанских песен с ансамблем Бориса Карамышева. Неаполитанские песни я записал с одного раза, время осталось и для песни Арно Бабаджаняна».
Наверняка он тогда не предполагал, во что выльется это сотрудничество. Уже в следующем году прозвучал «Лучший город земли» («Ты никогда не бывал в нашем городе светлом…») Магомаев вспоминал, что до этой песни Никита Хрущев относился к нему с сердечностью и симпатией, но после «Города», откровенного твиста, все кончилось. «Окружение Хрущева, относившееся к современным ритмам подозрительно, оповестило его об этой «крамоле». Уже предубежденный против этой песни, он услышал ее по радиостанции «Юность».
- Что? Твист? О Москве?!! Снять!!!
А через некоторое время сняли Хрущева — отправили на пенсию «по собственному желанию». Леонид Дербенев пришел на радио и сказал шутливо в редакции:
- Ну вот, Магомаев сделал все, что мог. Хрущева сняли. Будете теперь давать нашу песню в эфир?»
Потом проблемы возникли с «Королевой красоты». Сын Бабаджаняна рассказывал, что читатели «Советской культуры» признали ее лучшей песней года. Но в Союзе композиторов это вызвало скандал. «Устроили собрание, на котором члены правления союза стали наперебой возмущаться: «Как мы могли такое допустить! Работа с молодежью ведется из рук вон плохо! В противном случае чем объяснить, что лучшей песней признан какой-то твист?» А когда слово взял Никита Богословский, то сказал примерно следующее: «Я знаю двух Бабаджанянов. Одного, который пишет серьезную камерно-симфоническую музыку, уважаю. А другой, автор дешевеньких твистов и шейков, мне совсем не близок». Папа, до того хранивший молчание, не выдержал: «А я знаю таких композиторов, которые лучше говорят, чем музыку сочиняют!»
Исполнилось 105 лет со дня рождения великого советского композитора Арно Бабаджаняна
Фото: фотохроника ТАСС..
«ВЫ НАКАЗЫВАЕТЕ ЕВТУШЕНКО, НО ЧЕМ ВИНОВАТА ПЕСНЯ?»
Евгений Евтушенко написал для Бабаджаняна текст песни «Не спеши». (Написал, кстати, в подмосковном Доме творчества за один вечер, поспорив на бутылку коньяка, что больше нескольких часов у него это не займет; ради этого пропустил большое застолье, заперся у себя в номере и вышел к гостям к концу вечера с готовым стихотворением. А перед тем, как он заперся, Бабаджанян просил его не торопиться, повторяя «Завтра напишешь, не спеши!», - из этих слов, видимо, текст и родился). Печально было то, что эту песню вскоре запретило начальство, и именно из-за Евтушенко, который, по воспоминаниям Магомаева, «где-то что-то не то сказал»; композитору и певцу пришлось обивать пороги, втолковывая руководству: «Вы наказываете поэта Евтушенко, но чем песня-то виновата? Хорошая, лирическая песня...» «Подумав, начальство все же ее разрешило…»
Другой хит на стихи Евтушенко - «Чертово колесо» - в 1968 году не попал на фестиваль в Бразилии. Тогда СССР ввел танки в Чехословакию, и Евтушенко отправил письмо Брежневу, выразив свое несогласие; в итоге «Чертово колесо» на несколько лет стало в СССР песней нон грата. Лишь в 1974-м Бабаджанян вывез ее на другой международный фестиваль, в Токио, и там ее ждал триумф.
Как ни грустно, дружба Магомаева и Бабаджаняна закончилась резко и нелепо. Бабаджаняна спросили в интервью, кто из исполнителей его песен ему ближе всего. Он старательно перечислил всех, в том числе малоизвестных, а про Магомаева, впрямую ассоциировавшегося с его главными шлягерами, «забыл». И Муслим Магометович обиделся. Он прочитал интервью прямо во время записи очередной бабаджаняновской песни, и едва нашел в себе силы довести работу до конца. Жена Бабаджаняна потом звонила Магомаеву, извинялась, сваливала всю вину на журналиста, записывавшего слова мужа. Но певец ей не поверил…
Своего рода примирение случилось только после смерти Арно Бабаджаняна, когда Роберт Рождественский сочинил стихи на одну из его мелодий, написанную для балета. Получился знаменитый «Ноктюрн» («А между мною и тобой — века, мгновенья и года, сны и облака…») Первым исполнителем «Ноктюрна» стал Иосиф Кобзон, но вскоре она стала визитной карточкой Магомаева.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Осип Мандельштам: «Можно лопнуть со смеху от всего, что происходит в мире!»