Как снимать фильмы с душой в эпоху нейросетевого контента. Опыт Михеила Зибзибадзе

Фото: предоставлено автором публикации

Кинематограф стремительно меняется под воздействием распространения искусственного интеллекта. Летом этого года в прокат вышел первый полнометражный фильм, полностью сгенерированный нейросетями, который стоил в сотни раз дешевле голливудских блокбастеров под названием «Чингис-Хан». И если над его созданием трудилась целая команда, то другая картина, вышедшая на Netflix «Последний рассвет», нейросеть сгенерировала самостоятельно, как и российскую комедию «Феофан». В профессиональной среде теперь спорят означает ли это уход от традиций кинематографа и исчезновение профессий режиссера и видеооператора или это лишь новый виток в развитии творческой индустрии.

Режиссер-кинематографист Михеил Зибзибадзе, известный под творческим псевдонимом Майк Цербер, пришел в киноиндустрию из сферы ИТ. Он уверен, что технологии способны радикально изменить производство без угрозы художественной ценности. Вместо того, чтобы подменять классические киноприемы и актеров сгенерированным контентом, он предложил новый подход. Суть в том, чтобы объединять возможности искусственного интеллекта и традиционные принципы кинематографа. Для этого Михеил создал метод на основе нейросетей, который позволяет экономить бюджет, сохраняя эмоциональную ценность видео. Его исследование ИИ как помощника кинематографиста опубликовало международное рецензируемое издательство «Универсальная библиотека искусств и гуманитарных наук», а его дебютный короткометражный фильм получил признание за рубежом. Поговорили с Михеилом о том, какие проблемы индустрии может решить ИИ и как его использовать без вреда для искусства.

— Михеил, 130 лет назад кинематограф считался чудом технического прогресса и со временем стал элитарным искусством. Сегодня индустрия как будто переживает мощную технологическую революцию. Над фильмами работает искусственный интеллект. Вы представитель нового поколения режиссеров, использующих технологию. Как оцениваете это явление?

— Сейчас это большой творческий эксперимент. Как режиссер-кинематографист я вижу в этом большие возможности. Создавать кино всегда было дорогостоящим делом, а для молодых режиссеров особенно. Чтобы осуществить творческую задумку, часто не обойтись без спонсоров, а найти их это отдельный вид искусства. Художнику без громкого имени мало кто готов доверить большой бюджет. Искусственный интеллект с его возможностями решает многие проблемы. Если раньше для создания качественных визуальных эффектов или декораций требовались миллионы, то теперь нейросети могут создать такой фон за несколько часов, а стоимость производства снижается в сотни раз. С помощью ИИ можно гораздо быстрее и дешевле создавать спецэффекты, ускорить постпродакшн. Это позволяет дебютантам не тратить годы на поиск спонсоров, а сразу переходить к реализации своей идеи. Поэтому, на мой взгляд, алгоритмы не забирают у профессионалов хлеб, они берут на себя рутину и финансовые барьеры, а человеку остается главное, то есть творчество.

— Технологии понятная для вас сфера. Вы пришли в кино из ИТ. Почему решили сменить профессию? Как технический бэкграунд помогает в кинопроизводстве?

— Моя личная история, как и многие другие, началась с детской мечты. Я обожал смотреть такие культовые фильмы, как «Крёстный отец», «Лицо со шрамом», «Рэмбо», «Рокки Бальбоа», «Крепкий орешек», «Львиное сердце», «Хищник», «Шестое чувство» . Придумывал свои истории. Но позже я действительно выбрал компьютерные науки. Этот технический бэкграунд, как оказалось, стал моим главным преимуществом. Кинопроцесс по своей сути является сложным алгоритмом. Программирование научило меня тому, что любую большую задачу нужно разбивать на логические блоки и находить наименее затратный и наиболее эффективный путь к результату. Это означает строгое следование плану, что экономит время, а время на съемках это деньги и немалые. Эта та часть, где технологии могут быть отличным помощником.

— Ваши собственные наработки в области технологий могут упростить доступ новичков в индустрию. Это и исследование методов цветокоррекции с помощью ИИ, опубликованное международным издательством, и авторская программа, которую вы разработали для удешевления кинопроизводства. Что подтолкнуло к ее созданию, почему не воспользовались существующими решениями?

— Поскольку я определенное количество времени посвятил сфере информационных технологий, я слишком хорошо знал об ограничениях готовых ИИ-инструментов. Они обучаются на шаблонах и, следовательно, склонны к повторению уже виденного. Для создания хорошего кино этого недостаточно. Поэтому я использую синтез этих инструментов. Когда в определённой сцене я хочу погрузить зрителя в глубокую эмоциональную атмосферу, я использую современные AI инструменты как Luma AI, Kling AI, Runway, Nano Banana и другие. Они позволяют создавать анимацию, фантазийные визуальные элементы или мягкие размытые переходы, которые помогают зрителю прочувствовать эмоции главного героя. Раньше я делал подобные вещи вручную, без ИИ, но сейчас такие технологии позволяют работать быстрее и экономичнее.

— Пока крупные студии увлекаются формальной генерацией, вы предлагаете совершенно иной подход, который подразумевает объединение технологий и традиционного кинематографа. Как именно это позволит избавиться от главной проблемы нейросетевого контента, то есть критики в излишней искусственности?

— Действительно есть такая проблема, машина многое умеет и порой актера, сгенерированного нейросеткой, не отличишь от человека. Но это только на первый взгляд. Потом становится ясно, что это выдумка искусственного интеллекта. Поэтому лучше, если на экране будут актеры. Их эмоции, игра будут держать внимание зрителя. Но глупо отказываться от возможностей, которые дают новые технологии. К примеру, в одном из моих проектов мне потребовалось снять сцену, где главный герой диджей погружается в воспоминания, время как-будто замедляется и возникают картинки из прошлого. Чтобы реализовать эту идею классическим способом, мне пришлось бы собрать большую команду, пригласить дополнительно актеров, создать реквизит и оплатить дорогостоящую анимацию. Для этой сцены мне было нужно всего 8 шотов. Под них мы начали генерировать материалы. Сначала ИИ-креатор создал около 500 вариантов, из которых примерно 300 мы использовали как базовые фотографии. Затем на их основе было сгенерировано около 200 motion-видео. После многоэтапного отбора в финал вошли только те самые 8 шотов, которые и требовались изначально. Весь процесс занял несколько дней, но задача была успешно решена.

— Несмотря на все плюсы использования искусственного интеллекта, вы предпочитаете «живую» операторскую работу. Почему и тут не сэкономить?

— Потому что искусственный интеллект, конечно, может создать идеальную до безупречности картинку. Но зачастую за красивым визуалом пустота. В таком формате нет непредсказуемости, живого дрожания руки оператора или случайной, но искренней эмоции актера. В картине, снятой на камеру, есть душа и несовершенство, которое нужно человеку для убедительности, для большего доверия картинке. Это то, что заставляет зрителей сопереживать, плакать, смеяться и получать нечто большее, чем просто зрелище.

— Вы делаете ставку на эмоции. Именно они стали основой вашей короткометражной документальной картины «За партами». О чем эта картина? Насколько сложно снимать короткий метр?

— Эта картина, снятая прямо в институте. Премьера прошла в институте бизнеса и английского языка NYIEB в Нью-Йорке, где я проходил обучение. Мне было интересно показать студенческую жизнь изнутри, что скрывается за процессом обучения. Это переживания студентов, преподавателей. Скажу так, снимать короткий метр непросто. Каждый кадр должен работать на историю. В полнометражном фильме у тебя есть время, чтобы постепенно погрузить зрителя в контекст, раскрыть персонажа. В короткометражном фильме все должно быть максимально лаконично. Но в этом заключается искусство режиссерской работы. Нужно создавать такие кадры, которые могут рассказать целую истории, расставить акценты, вызвать эмоцию. Это очень интересный для меня формат. Это как огранка бриллианта. Мастерство в том, чтобы убрать все лишнее и оставить главное.

— Ваш подход оценили за рубежом. Музыкант и певец Gregg Starski доверил вам съемки клипа на композицию Na Greenpoincie. Расскажите об этом опыте. Почему создание клипа тоже искусство?

— Этот проект стал для меня настоящим боевым крещением. Мне доверили съемки с использованием высокотехнологичных кинокамер RED. Мало того, сроки сорвались. Не по моей вине, но вместо десяти дней осталось всего три. Задача была решена, причем новые технологии оказались не главным в этом процессе. В создании этого видео я использовал их совсем мало. С помощью искусственного интеллекта, например, сделал трекинг фотографий на стенах и некоторые переходы. Я больше сосредоточился на самой сути создания видео, использовал приемы игры светотени, выстраивал композицию. Все это классические приемы кинематографа, проверенные временем. Конечно, искусственный интеллект сейчас творит чудеса, он может за нас сделать сложный трек, автоматизировать цветокоррекцию или даже добавить спецэффекты. Главное, чему меня научил этот опыт, так это то, что новые технологические возможности и классические приемы создания киноисторий в синтезе работают гораздо лучше, чем по отдельности.

— Как думаете, приживутся ли в большом кино картины, созданные нейросетями и насколько они угрожают существованию традиционных фильмов?

— Я думаю, что полностью сгенерированные картины, такие как «Чингисхан» или «Последний рассвет», займут свою нишу. Это станет новым жанром, в котором можно снимать, например, интерактивные комиксы, фантастику, историческую документалку. Но они не заменят полностью традиционное кино. Зритель ведь приходит в кино не только за зрелищем, им хочется и другого контента, кроме блокбастеров, где есть смыслы, эмоции. Этого еще не может сделать искусственный интеллект. Поэтому человек всегда останется творцом, который дарит картине «душу», а ИИ станет помощником в создании спецэффектов. Это позволит нам конкурировать с Голливудом без их бюджетов.

— Расскажите о ваших творческих планах. Есть ли идеи для новых кинокартин и пригодятся ли для этого новые технологии?

— Сейчас я сосредоточен на завершении сценария короткометражного фильма, который мы готовим к производству. Это очень личная и острая социальная тема о трудностях эмиграции, о том, как человек борется за свое место и как его труд остается не оцененным. Что касается новых технологий, то я, конечно, буду их использовать. На мой взгляд, это лучший способ создать сильное социальное кино, не отвлекаясь на финансовые проблемы. Но все равно, главное, это идея, а новые технологии это то, что позволяет создать фон.