Карты, фото, два ствола: удивительные экспонаты Научного архива Русского географического обществафото

Двуствольное ружье Пржевальского фирмы "Перде" с принадлежностями. Фото: РГО Андрей Стрельников

«Комсомолка» продолжает новую рубрику - «18 мгновений РГО». Это серия радиопрограмм и публикаций, посвященных 180-летию Русского географического общества. Проект рассказывает о самых интересных делах, экспедициях и людях старейшей и наиболее уважаемой общественной организации России. Сегодня гостем проекта стала заведующая Научным архивом РГО Мария Федоровна Матвеева. Архив – это настоящая сокровищница, которая с 1845 года сохраняет и приумножает коллекцию редчайших документов, отчетов об экспедициях, этнографических коллекций и карт.

Мария Матвеева - заведующая Научным архивом РГО. Фото: Научный архив РГО

ВОЛШЕБСТВО НАУКИ

- Мария Федоровна, вы уже несколько десятков лет являетесь хранительницей старейшего в Европе и единственного в России географического архива, который находится в центре Санкт-Петербурга, в историческом особняке штаб-квартиры РГО. Уникальные документы, письма великих ученых, дневники известных путешественников, их коллекции и даже личные вещи…

- Мне очень повезло, что я работаю здесь. Я пришла сюда из Института истории, который находится у нас в Петербурге. Сначала отработала 20 лет в читальном зале. И это стало очень хорошей школой – ведь это не только писк материалов, но и общение с людьми, которые приезжали из различных регионов России, которые очень много знали о теме, своих исследований . В беседах с ними я училась, узнавала все фонды и коллекции, которые у нас хранятся.

- Вы строгая хранительница? Вам приходилось говорить классическую фразу «тишина должна быть в библиотеке!»

- Не припомню… Что касается фондов, здесь важно правильно хранить, и людям, которые работают, нужно доверять. Я работаю с людьми, которых люблю, которым полностью доверяю. У меня коллектив очень хороший, особенный. Они тоже любят архив. Конечно, бывает, что кто-то уходит, молодежь особенно – им нужно решать квартирный вопрос. Но это единственная причина ротации кадров – так-то у нас невероятно интересно.

- Когда вы приходите на работу, возникает чувство принадлежности к чему-то волшебному? Я, когда впервые попал в читальный зал библиотеки Штаб-квартиры РГО, то онемел буквально: словно юный волшебник впервые попал в Хогвартс…

- Представляете, каждый день у меня такие ощущения, что я прихожу в какую-то прекрасную атмосферу истинного Петербурга. Хотя даже для культурной столицы наша организация особенная. Это отношение к архиву меня держит на плаву даже в трудные минуты. Были разные времена, но никогда не хотелось уходить куда-то, что-то изменить в жизни.

Читательный зал Научного архива РГО. Фото: РГО/Наталья Мозилова

ОТ ВОЙНЫ ДО ЛИХИХ 90-Х

- Если говорить о разных временах, были моменты, когда мы могли потерять архив: в Великую Отечественную, в лихие 90-е…

- Война есть война. Здание было построено в начале века, и Первая мировая нас тоже затронула - помещения РГО были отданы под госпиталь, в большом зале разместили палаты для раненых. Примерно то же самое случилось во Вторую мировую войну, буквально в конце июня здесь тоже открылся госпиталь. Только несколько помещений остались за обществом. Это, конечно, помещения архива, малого зала, зала совет и библиотека. И все отделы работали в войну и делали все возможное для фронта, для Победы. Это и карт-фонд, и библиотека, и архив, где использовались материалы нашего гидролога Ивана Васильевича Молчанова, который много изучал Ладожское озеро. Его знания, в частности данные по времени замерзания озера, ледостава, очень помогли при проектировании Дороги жизни.

Наш ученый секретарь Виталий Иванович Ромишевский постоянно находился во время блокады в Обществе. Он вел дневник с 1941 по 1946 год. Каждый день описывал, что происходило в обществе и городе. Мы эти дневники храним. Некоторые страницы за 1942 год опубликованы - это особо тяжелый год, который унес жизни 12 сотрудников общества.

- Фронт проходил, получается и по зданию РГО?

- Получается так. Заведующий архивом, в котором мы находимся, Евгений Глейбер умер на рабочем месте 14 января 1942 года. В блокаду погибли сыновья Петра Петровича Семенова-Тян-Шанского...

5 января 1944 года на крыше здания разорвался снаряд и осколки попали в архив. Были разрушения в помещениях, где мы сейчас беседуем. Пострадало немало рукописей – в основном, материалы по Киевской губернии. Осколки пробили страницы насквозь…

- 1990-е годы не было ли попыток захватить архив?

- Нет, таких попыток не наблюдалось, но трудности были. Финансирование прекратилось, но мы продолжали ходить на работу, работали бесплатно.

В августе 1994 года случилась большая трагедия – прорвало отопительную систему, которая находится на последнем этаже, и горячая вода затопила весь архив. Мы все фонды выносили. Заняли все здание, все помещения, залы – везде разложили сушиться рукописные листы. Слава Богу, лето оказалось теплое, быстро мы их просушили. Но представляете, нужно было потом все собрать, систематизировать, вернуть на законное место. Я сейчас не представляю, как это получилось.

ГЕРОЙ ЮЛИЙ ШОКАЛЬСКИЙ

Шокальский Юлий Михайлович. Фото: Архив РГО

- Я вообще не понимаю, как это можно было сделать без Божьей помощи! Ведь здесь одних только личных фондов около 150, а в них более 50 000 единиц хранения!

- Да, это наша гордость. С момента основания Общества у нас было единое хранение,: книги, карты, рукописи, которые поступали. С 1933 года архив был выделен в отдельное структурное подразделение по решению первого съезда Географического общества. И с этого момента стали в архив поступать личные фонды. Получается, практически перед войной поступили все личные фонды Пржевальского, Миклухо-Маклая, многих других великих путешественников.

- Как и фонд легенды РГО Юлия Михайловича Шокальского?

- Да, после его смерти в 1940 году он поступил от дочери Зинаиды Юльевны. Хотя по всем канонам должен был уйти в Академию наук, поскольку Юлий Михайлович был академиком. Но Шокальский завещал свою библиотеку и свой архив Русскому географическому обществу, которое возглавлял долгие годы. Он очень много сделал для того, чтобы РГО продолжало работать на переломе эпох. Вы знаете, у нас многие организации после революции просто перестали существовать. А Шокальский каким-то чудом сумел РГО сохранить.

Константинов камень- назван в честь Великого князя Константина, руководителя ИРГО. Экспедиция Эрнста Гофмана. Фото: Научный архив РГО

Юлий Михайлович стал вице-председателем после смерти Петра Петровича Тян-Шанского в 1914 года. В 1917 году Великий князь Николай Михайлович написал ему письмо, что он слагает с себя полномочия до лучших времен, Шокальский стал первым, можно сказать, избранным руководителем общества.

- Меня поразила история, что личный архив Шокальского не лежит почетным грузом, а до сих пор работает. Потому что буквально на днях я был на презентации книги дневников полярного исследователя барона Толля, перевод которых с немецкого был сделан еще в 1916 году по инициативе Шокальского и хранился в архиве РГО.

- Это тоже интересная история. Александр Колчак, который был направлен от Академии наук на поиски барона Толля, нашел эти дневники в зимовье на острове Беннетта. Эти дневники были переданы вдове Толля, и она в Германии их издала на немецком языке. А перевод хранился у нас и мы ждали прошлого года, чтобы завершился срок действия авторского права. В этом году книга вышла в свет.

Одно из первых изображений полярного сияния. Рисунок Николая Юргенса. Фото: Научный архив РГО

- Просто удивительно, как благодаря архиву РГО связывается современность и прошлое.

- Мы еще не расстались с фондом Юлия Шокальского в плане описания. Потому что у нас были дополнительные поступления в разные периоды. Мы их тоже описываем, и там тоже находим интересные и документы, и личные вещи…

- Например?

- Орден Почетного легиона, медаль Американского географического общества 1912-го года, которые были вручены Шокальскому. Период работы Юлия Михайловича - это, может быть, золотой век международных связей Русского географического общества. Он был очень популярен, его приглашали по всему миру. Известная была поездка трансконтинентальная по всей Америке в 1912-м году, приуроченная к 60-летию Американского географического общества, где были приглашены представители всех географических обществ мира. Россию представлял как раз Юлий Михайлович.

РУЖЬЯ ПРЖЕВАЛЬСКОГО

- Вообще, когда передается личный фонд, как технически происходит работа с ним, описание?

- Как положено - по архивным правилам. Если потомки передают, пишется, конечно, заявление. Как правило, мы сразу решаем, а по правилам должен фондовый совет решить, принимаем мы на хранение или нет. Редкий случай, когда отказываем. В моей жизни такое было, может быть, один раз. Пишется заявление, потом оформляются все документы, акты передачи. Редко, когда потомки делают какую-то опись. Как правило, они передают в россыпи, пакетами. Ну, существуют такие условные единицы или погонные метры, мы это получаем. И до того момента, пока не дойдут руки именно этот фонд разбирать, это хранится в совершенно другом хранении, не в основном фонде. Я училась описанию фонда в свое время, это особая профессия, кстати, в архивном деле. Знаете, человек должен, прежде всего, пропустить материал через себя. Ты берешь пакет, веревочку развязываешь и даже не знаешь, что этот пакет содержит.

Существует правило, что должен содержать фонд. Например, научные труды, переписка, биографические материалы, научная деятельность, труды других лиц, педагогическая деятельность и пр. И когда ты первый пакет рассматриваешь, ты сразу уже сортируешь. Называется – первичная систематизация. И когда весь фонд пройдешь, тебе будет понятно, как ты его будешь описывать и систематизировать, в каком порядке, что он будет содержать.

Потом уже, когда уже всё разобрали, и когда уже опись составлена, в предисловии объясняешь, почему ты вот так сформировал, где научные труды и дневники, ты сюда записал фотографии. Ну, ты объясняешь, что это очень важно, поскольку фотографии относятся к дневникам.

- Мне это напоминает параллель, когда кладоискатели нашли сундук с сокровищами, открывают и начинают смотреть монеты – испанские, английские… И все это бесценно, все это золото… А правда, что у вас в архиве хранится ружье Пржевальского?

- Да. И не одно.

- А куда его относят - в научные исследования или в документы?

- У нас есть такой раздел – личные вещи. Они неотъемлемая часть фондов. Вот там экспедиционные ружья Николая Михайловича Пржевальского - штуцер «Ланкастер» и гладкоствольный дробовик «Перде».

Штуцер фирмы "Ланкастер". Фото: РГО/Андрей Стрельников

- Там и сами ружья очень красивые, и чехлы тоже.

- Да. На крышках надпись «Н. ПРЖЕВАЛЬСКИЙ». Полный набор для ухода за оружием – все это сохранилось.

- Держали в руках ружье Николая Михайловича?

- Да. И Президент тоже брал в руки. Этот экспонат, конечно, всем нравится, особенно мужчинам. Николай Михайлович был великолепным охотником – у нас есть даже его диплом «Правильной охоты».

- Да, стрелком он был великолепным. Недаром говорил, что для путешественника «…умение хорошо стрелять - вопрос первостепенной важности».

- И добавлял, что «… это гарантия нашей безопасности в глубине азиатских пустынь. Не будь мы отлично вооружены, мы никогда не проникли бы ни во внутрь Тибета, ни на верховье Желтой реки».

В СВЯТАЯ СВЯТЫХ

- А как ученый может «проникнуть» поработать в архив?

- У нас выложен порядок доступа и режим работы научного архива на сайте rgo.ru/legacy/scientific-archive. Мы работаем по предварительной записи, поскольку места не так много, а желающих достаточно, и мы как-то распределяем. К нам приезжают из различных регионов России. Естественно - наши друзья из Белоруссии, Киргизии, Казахстана, из зарубежных стран приезжают. Сейчас много запросов из Китая. Из Японии были недавно.

- Можно ли сказать, какие экспонаты являются самыми ценными?

- Очень много у нас предметов таких. У Петра Кузьмича Козлова, конечно, это предметы буддистского культа. Изящный буддистский колокольчик. Или изящно сделанная буддийская богиня Зеленая Тара – мне она очень нравится…

Малаккский дневник Миклухо-Маклая. Фото: Научный архив РГО.

Мужской дом и жилая хижина на Берегу Маклая. Рисунок Миклухо-Маклая, 1871 или 1872 год. Фото: Научный архив РГО

А уж какой фонд Николая Николаевич Миклухо-Маклая, сколько рисунков! Уникальный дневник, посвященный путешествию по Малаккскому полуострову 1874-1875 годов. Там порядка 140 одних только карандашных рисунков! Я уже не говорю об отдельных картинах, которые у нас хранятся. Кстати, у есть и личные вещи, которые переданы в архив позже. Например, оригинальная юбка папуаса, погремушки разные, украшения. Но рисунки, конечно, прекрасные - приезжайте, посмотрите.

Н.Н.Миклухо-Маклай с Ахматом. Малаккский полуостров, 1875. Фото из архива РГО

Страница из дневников Н.Н. Миклухо-Маклая. Фото: Научный архив РГО.

- Насколько тесно связаны сейчас архивные артефакты и современная работа ученых? То есть часто ли к вам приезжают наши путешественники, наши исследователи, которым необходимо посмотреть собственными глазами материалы мест, куда они собираются?

- Как правило, приезжают. Грядет юбилей Петра Петровича Семенова-Тян-Шанского, и несколько экспедиций планируют пройти его маршрутом. Конечно, исследуются его дневниковые записи, маршруты, карты.

Петр Петрович Семенов-Тян-Шанский в начале ХХ века. Фото: Научный архив РГО.

- И рисунки?

- Естественно! Очень востребованы работы Павла Кошарова, который с 1857 года находился в составе экспедиции. У него очень много – порядка 200 - рисунков как раз по маршруту Петра Петровича.

- По-моему, на одном из рисунков Кошарова запечатлен как раз молодой Семенов-Тян-Шанский…

Семенов-Тян-Шанский в молодости. Рисунок Павла Кошарова. Фото: Научный архив РГО.

- …да, в экспедиционной одежде, в шляпе, с пистолетом за поясом.

- Он прекрасен! Это так удивительно – сравнивать картину Репина «Заседание Госсовета», где он такой уже благообразный старичок, а тут – настоящий Индиана Джонс… Одна эта картина дает представление вообще о русском путешественнике.

- Когда начинаешь изучать архивы наших первопроходцев, перед ними меркнут все голливудские герои.

Карта Российской империи Шокальского

БОЛЬШЕ ЧЕМ ЖИЗНЬ

- Мария Федоровна, рассказывают, что вы можете ориентироваться в архиве с закрытыми глазами. Неужели правда?

- Ну с закрытыми глазами – это, конечно, слишком. Но «топография» мне не нужна - ориентируюсь без подсказок. Знаете, что очень важно для работника архива, хранителя, руководителя? Как у скрипача должен быть абсолютный слух, так у архивиста должна быть очень хорошая зрительная память. Вот если я документ видела, то вспомню и через много лет, где он лежит. Я же 20 лет в читальном зале отработала - знаете, сколько документов выдала читателям? Читатель приезжает на какой-то своей теме, а ты просматриваешь материалы по ней. И вот так из года в год ты накапливаешь эти знания.

- У вас удивительная работа. И дай вам бог в таком же духе продолжать дальше. Недаром таких как вы называют хранителями.

- Вы знаете, это очень важно. На хранителях (и в Эрмитаже, и в Кунсткамере, и в других местах) – все держится. Они же десятилетиями работают и не покинут свой архив даже если им дадут высокие зарплаты. Человек не предаст свое хранение. Я про себя говорю и знаю таких людей много в Петербурге.

- Потому что это больше, чем работа, наверное.

- Больше. Возможно – и больше, чем жизнь.

Оцифровка архивных документов передвижным сканирующим комплексом в здании Штаб-квартиры РГО. Фото: Пресс-служба Президентской библиотеки

В ТЕМУ

Верные спутники Пржевальского

Вернувшись из Первого путешествия в Центральную Азию, Николай Пржевальский тут же начал готовиться ко второму. И здесь особо встал вопрос о приобретении нового мощного и безотказного оружия, которое необходимо было не только для самозащиты или добывания пропитания в походе, но и для сбора зоологической коллекции.

Пржевальский с товарищами по экспедициям. Фото: Научный архив РГО.

Путешественник собирался потратить на новый штуцер до 500 рублей, однако все подходящие экземпляры стоили тысячу. Эту неподъемную сумму помогли собрать друзья-сослуживцы, которые заказали штуцер в оружейной мастерской знаменитого Чарльза Ланкастера и подарили великому первопроходцу.

«...С виду штуцер был очень прост, не имел никаких украшений, но стволы были математически выверены; калибр и пуля были как у Бердана, прицелов два: один на 130, а другой – на 400 шагов; патроны велики: раза в 1,5 длиннее, чем у Бердана… Пржевальский был в восторге», - писал друг путешественника Николай Дубровин.

А вот, что писал сам Николай Михайлович писал о своём ружье: «Добытый на Булугуне старый кабан наскочил на меня очень близко, притом почти на чистом месте, так что я успел посадить в зверя четыре пули из превосходного двуствольного скорострельного штуцера Ланкастера, подаренного мне моими товарищами, офицерами Генерального штаба. Этот дорогой для меня подарок… немало послужил на различных охотах».

Также надежное оружие сопровождало Пржевальского во всех последующих четырех экспедициях, и неоднократно спасало ему жизнь в стычках с бандитами. Недаром он писал: «Я уповаю на свое здоровье, на свой штуцер и на пословицу: «Не так страшен черт, как его малюют». Когда в одной из экспедиций дорогу перекрыла банда из сотни головорезов, только искусство стрельбы спасло маленький отряд: «Мы, четверо русских, решились или пройти, или погибнуть. Но с оружием в руках, а не позорной смертью барана, которого разбойники потащили бы на виселицу...».

Лошадь Пржевальского. Фото: Научный архив РГО

В четвертом путешествии на Пржевальского со спутниками напали около 300 всадников-тангутов. «Словно туча, неслась на нас эта орда, дикая, кровожадная, а впереди своего бивуака молча, с прицеленными винтовками, стояла наша маленькая кучка – 14 человек, для которых теперь не было иного исхода, как смерть или победа». Когда враг приблизился русские дали залп. Бандиты позорно бежали.

Другое ружье, хранящееся в Научном архиве Русского географического общества, Пржевальский заказал в оружейной фирме «Перде» перед своим четвертым путешествием в Центральную Азию (1883–1886), причем внес несколько усовершенствований.

Умирая в начале пятого путешествия недалеко от озера Иссык-Куль, Пржевальский оставил ружья своему другу, ученику и помощнику – Всеволоду Ивановичу Роборовскому. От него штуцер и дробовик перешли к знаменитому исследователю Азии Петру Кузьмичу Козлову. В свою знаменитую монголо-сычуанскую экспедицию осенью 1907 года Козлов отправился с тем самым «Ланкастером» Пржевальского.

Редктое фото Николая Пржевальского. 70-е годы XIX века. Фото: Научный архив РГО

ИЗ ИСТОРИИ ВОПРОСА

180 лет вместе

Первые экспонаты Архива Императорского Русского географического общества были дарственными приношениями.

Впоследствии наибольшее количество поступлений было связано с деятельностью Отделений ИРГО, с ответами на программы и анкеты. В 1852 году в фонд поступило 1290 рукописей. Первый полный учет и систематизацию всего фонда провел Семенов-Тян-Шанский.

Каталогизацией рукописей в разное время занимались В.И. Ламанский, В.Н. Майнов, Ф.И. Истомин. В 1908 году заведующий архивом И.П. Мурзин проверил рукописи по каталогам, их оказалось 2902.

Спустя 40 лет по поручению Совета Общества описанием архива занимался Д.К. Зеленин, который составил подробную опись 40 губерний Европейской России (по алфавиту от Архангельской до Тамбовской).

Фото I всесоюзного географического съезда в 1933 году. Фото: Научный архив РГО

В 1933 году на Первом географическом съезде академик И.Ю. Крачковский сделал доклад «Архив Географического общества и его задачи в предстоящей работе Общества». В резолюции к докладу съезд постановил принять решительные меры для охраны и учета рукописных материалов, выделить особую сумму на обеспечение деятельности архива, предоставили отдельное. С этого года в архив стали поступать личные фонды выдающихся русских географов и путешественников – Н.М. Пржевальского, Н.Н. Миклухо-Маклая, П.К. Козлова, Г.Е. Грумм-Гржимайло, Н.И. Вавилова, П.П. Семенова-Тян-Шанского, В.П. Семенова-Тян-Шанского, Ю.М. Шокальского и др.

Невероятно интересны коллекции редчайших фотографий, негативов, диапозитивов, собрание портретов членов Географического общества и других деятелей науки.

Особо выделяется коллекция рисунков, гравюр, литографий и открыток; как исторические реликвии в архиве хранятся медали, предметы буддийского культа, уникальные вазы из бронзы и фарфора японской и китайской работы, оружие.

Сотрудниками архива проводится большая работа по сохранности национального достояния. При архиве оборудована реставрационная мастерская, в которой работают профессиональные реставраторы. Хранилища переоборудованы в соответствии с требованиями и правилами хранения уникальных документов. Ведется активная оцифровка уникальных документов, чтобы они были доступны на сайте по всему миру.

В настоящее время в архиве Общества находится порядка 150 личных фондов – это более 50 000 единиц хранения.