
Starlink прекратил свою работу на Украине. Выборочно, но по по обе стороны фронта. Зачем?
На Радио «Комсомольская правда» говорили с главою Центра изучения военных и политических конфликтов Андреем Клинцевичем.
- Что у нас что вместо Starlink?
- Такой системы нет ни у кого, кроме Маска. Система спутниковой связи, ретрансляции сигнала была давно. Использовались параболические антенны, которые наводились на спутник. На стратегических дронах мы видим спереди горб огромный, радиопрозрачный. Там внутри антенна, которая во время полета автоматически наведена на спутник.
- Что Маск придумал?
- Новую технологию, mesh-сети, массу низкоорбитальных спутников, на которые наводится автоматически антенна, где используется активно фазированная антенная решетка. Там много маленьких антенн, которые, меняя модуляцию, сами перенаправляют автоматически луч, физически не нужно двигать. Это изделие, которое позволяет в движении иметь высокоскоростной доступ в интернет. Да, мы этим пользовались, как и противник. И наступил тот момент, о котором многие говорили.
- О том, что Маск начнет отключать связь?
- Да. Но есть два аспекта. Не везде мы опирались лишь на Starlink - мы всегда дублировали. В тыловые районы у нас заведена система связи - оптоволокно, Wi-Fi-мосты. Это узконаправленные передатчики, которые сетку создают. Понятно, что когда ты рывком преодолел 10-15 километров и занял небольшой населенный пункт, то там группе проще связь обеспечит Starlink, чем тащить туда что-то физическое.
- Значит, у нас аналогов нет?
- Ни у кого нет. Я видел военные терминалы, которые работают через технологию связи «Гонец» и через «Ямал». Они компактные, требуют чуть более сложной системы наведения, тем не менее, позволяют это сделать. Но их так массово не купишь.
- На рынке в свободной продаже их нет?
- Нет, это не как со Starlink, когда за 30 тысяч ты купил терминал - и дальше можешь уже подключаться. Стоимость дошла до того, что ребята использовали Starlink на небольших дронах планирующего типа. FPV-дроны «Молния», которые тащат на себе противотанковую мину, как раз наводили Starlink.
- Все, эта история закончилась?
- Обратите внимание, Маск мог это сделать раньше. Просто вывести весь перечень, кроме зарегистрированных как военные терминалы. Но он это сделал сейчас.
- Как это отразилось на противнике?
- Достаточно серьезно — в ВСУ вся система именно на этом и построена. Не все терминалы прошли проверку, верификацию и регистрацию их через их госсистему. Очень много терминалов, которые поставлялись по линии гуманитарных групп и так далее. И они все выключились.
- С какой скоростью будут переподключаться?
- Это вопрос. Одна из версий случившегося– это давление американцев на Украину через такое легкое поддавливание и выключение связи. А, может, через месяц-два они все это дело подключат, и у них со связью не будет все нормально.
- И мы будем искать способы, как обойти эти блокировки Starlink?
- Будем. Но нужно создавать свой аналог. Мы запланировали, но это сложно. Есть проект «Сфера», который курируется Роскосмосом. Еще ряд частных компаний подключаются к этому процессу. Это не быстро, но все равно придется создавать, как когда-то создавали ГЛОНАСС.
- Говорят, с рациями тоже были проблемы?
- Связь всегда была проблемной историей. И связь сильно поменялась. Есть военные критерии, которые закладываются в системах связи - она должна быть устойчивой, не подверженной радиоэлектронной борьбе, должна быть безопасной, чтобы ее не вскрывали. Сейчас важным критерием стала скорость передачи. Все понимают, что связь - это широкополосная передача данных, которая позволяет и голос, и картинку, и видео, и документы передавать. И дальше уже пошли масштабируемость и все остальное.
- Связь должна быть на всех уровнях?
- По нашим военным нормативам, у нас радиосвязь была положена комсоставу - от командира взвода и выше. А сейчас хотим связь для каждого бойца. Чтобы каждый боец имел свой уникальный позывной, мог разговаривать. Вопрос быстро решался дешевыми станциями Baofeng. Радиопереговоры, которые велись в открытом режиме или даже, условно говоря, кто-то, поставляя коммерческие версии Motorola или каких-то других станций, закрывал их коммерческим же шифрованием. Это все серьезными системами быстро вскрывается. И не является для противника труднопреодолимой задачей. Кстати, как и мы, когда вскрываем у них. Тем не менее, ребята все общаются кодами, коды эти меняют, и информация достаточно быстро устаревает.
- Но это не для стратегических задач?
- Это для обеспечения таких задач: Вася, правее, левее, аккуратнее, там мина, объезжай ее. Даже если противник перехватил эту информацию, это не принципиально. А американские радиоэлектронные комплексы космического базирования, это спутники дистанционного зондирования Земли в радиодиапазоне, которые могут видеть большие точки этих электронных устройств, они это определяют как штабы, как места базирования наших военнослужащих. Я видел перехваты противника. Это карта, на ней огромный лесной массив. В середине леса точка с координатами, куда надо наносить удар. Там выявлены наши хорошо замаскированные подземные города. Они хорошо фиксируются за счет этого радиоизлучения. Не важно, что там Wi-Fi-роутеры стоят или еще что-то. Но в местах высокой интенсивности сложнее вычислить одиночные цели. Там все в перекрестных сетях, дроны-беспилотники летают, фонит вообще все. И отдельно взятая цель сложнее выявляется.
- Система связи второго поколения - это что?
- Это передача информации и получение ее в готовом виде, в виде боевого планшета, где ты отслеживаешь информацию. Например, наш штурмовик заходит в город и видит зенитный расчет. Пока он голосом передаст это в штаб, пока штаб это передаст летчикам, которые в этот момент находятся в воздухе и могут попасть под удар, пройдет время. А если штурмовик на планшете просто нажимает точку, то это мгновенно появляется у всех, и дальше система реагирует. В этом отношении противник немного ушел вперед, но мы сейчас внедряем эти системы. Министр обороны сказал, что внедряется уже единая система, ее по-разному ее называют, повышения осведомленности на поле боя. Это цифровая система.