Инвесткомитет из двух человек и сделки за сутки: Дмитрий Голомидов — о том, как сегодня работают венчурные фонды

Фото: предоставлено героем публикации

Венчурный рынок переживает очередную трансформацию: оценки стартапов на ранних стадиях растут, доступ к капиталу усложняется, а фондам приходится искать новые инструменты отбора и работы с компаниями. Одни делают ставку на алгоритмы и данные, другие — на интуицию и личные отношения с основателями стартапов.

Дмитрий Голомидов, архитектор венчурных экосистем и партнер фонда Mento VC, рассказал, как обстоят дела на венчурном рынке, как создать фонд с нуля и какие принципы лежат в основе быстрых инвестиционных решений.

- Ваш опыт в корпоративном венчуре в HeadHunter и последующая работа в Mento VC дали вам два разных взгляда на рынок, и для начала я хочу поговорить именно о корпоративных фондах. Если крупная компания из России, СНГ или Ближнего Востока хочет создать собственный фонд завтра, какие шаги вы бы рекомендовали сделать в первые 6 месяцев, чтобы он стал рабочим инструментом?

- На мой взгляд, нужно начинать с юридического устройства фонда — он может быть оформлен как департамент или как отдельное юрлицо. По моему мнению, лучше создать отдельную структуру, не зависимую от головной компании. Так управляющие партнеры фонда непосредственно будут отвечать за успешность инвестиций, не привязываясь к процессам и согласованиям основного юрлица.

Главная задача нового фонда — за определенное время проинвестировать в перспективные компании и заработать доходность. И если фонд будет самостоятельным, то его учредители смогут тщательнее выбирать компании и с большей вероятностью добьются успеха.

Во время разработки стратегии важно продумать, для чего создается фонд и каких задач планируется достичь. Нужно заранее просчитать, какие необходимые фонду продукты можно купить, а какие — разработать внутри компании. И под это подбирать специалистов.

При выборе сотрудников нужно отбирать наиболее амбициозных и проактивных кандидатов — тех, кто готов работать без выходных и строить успешную компанию. В перспективе они должны занять руководящие должности. Идеальные кандидаты имеют представление о стартапе и четко знают, каких высот хотят достичь.

Также нужно решить, на какие компании будет ориентироваться фонд. От этого зависит стратегия поиска и инвестиций. Например, можно организовать бизнес-инкубатор стартапов или, наоборот, искать уже зарекомендовавшие себя компании в определенных сферах.

И уже под конец полугодового периода можно выстраивать аналитический инвестиционный процесс: как конкретно будут отбираться компании, проходить сделки, рассчитываться прибыль. После этого нужно действовать проактивно — писать компаниям, разговаривать с основателями, анализировать рынок. Каждый квартал необходимо проводить ребалансировку, проверяя стратегию и достигнутые цели.

- Можно ли рассматривать корпоративный венчурный фонд не только как финансовый инструмент, но и как механизм раннего доступа к технологиям, рынкам и талантам? Как правильно встроить эту функцию в стратегию корпорации, чтобы это не выглядело как «охота за трендами»?

- Ранний доступ к технологиям и талантам — это выгода и для стартапа, и для венчурного фонда. Например, фонд может развить идею стартапа и разработать новую технологию на ее основе, а также пригласить команду стартапа к себе, чтобы делать внутренние продукты. Стартап при этом получит финансирование и быстрое развитие. Но для фаундера важно, что большого экзита здесь не будет, но и доступ к деньгам значительно проще, чем у самостоятельного продукта.

Важно, что если фонд хочет купить стартап, то его нужно организовать как отдельный юнит. Так команда сможет быстрее развиваться, без необходимости встраиваться в процессы головной компании.

- Если отбросить специфику корпоративных структур, какие три принципа вы считаете фундаментальными для любого венчурного фонда, особенно на ранней стадии?

- Я думаю, что первый принцип — это конечно же доходность. Деньги, которые фонд отдает на развитие бизнеса, должны вернуться. Поэтому всегда важно понимать, как можно заработать после той или иной сделки.

Второй — честность. Нужно прозрачно и открыто обсуждать со стартапами, каких совместных результатов хотелось бы добиться. Если выстроить доверительные отношения, то партнеры не будут скрывать проблемы, а станут честно ими делиться, и вы сможете совместно их решить.

Третье — уважать время основателей стартапов. Их главная задача — развивать продукт. И если загрузить их ненужными вопросами — материалами для подготовки презентаций и дополнительных финмоделей для инвесторов, маркетинговыми процессами для целей фонда — развитие замедлится. Фонд должен поддерживать стартап, но не вмешиваться в операционные задачи, потому что фаундер всегда лучше знает, как работает его продукт.

- Мы видим, что в последние годы выросли оценки на посевных и предпосевных стадиях, но доступ к капиталу стал сложнее. Как это меняет подход фондов к выбору стартапов и управлению рисками на ранних стадиях?

- Да, логика венчурного инвестирования меняется. Классическая модель долгое время была такой: фонд инвестирует в большое количество стартапов, где у них относительно большая доля на ранней стадии, при этом основную прибыль приносит только одна компания. Но крупные фонды перехватывают лучшие компании, вкладывая в них большие деньги. Это раздувает оценки стартапов, и небольшим фондам сложно конкурировать с гигантами рынка.

Но существует большой пласт компаний, которые недооценены, и в них кроется много доходности. У каждого стартапа есть сайт, поэтому ежемесячно мы отслеживаем публичные домены, которые показывают бурный рост — для этого я разработал аналитическую ИИ-платформу. Для принятия решения используются показатели трафика на сайте, темпы роста штата и подписчиков в соцсетях и другие косвенные факторы.

Так мы составляем список перспективных стартапов и можем зайти в инвестирование на ранних стадиях по более выгодным условиям. Когда в эти стартапы проинвестирует крупный фонд, и их оценки вырастут, наши акции тоже поднимутся в цене. Пока такую схему использует мало конкурентов, потому что она довольно рискованна.

- Я знаю, что вы также спроектировали структуру инвестиционного комитета и сквозной процесс сделок, через который прошли все инвестиции фонда. Какие принципы принятия решений вы заложили в эту систему, чтобы фонд мог действовать быстро, но при этом сохранять строгую селективность?

- У нас нет раздутого штата, и каждый сотрудник отвечает за конкретный блок. В инвест-комитете участвует всего два человека — я и мой партнер Александр Журавлев. Поэтому процесс принятия решений происходит очень быстро. Например, мы можем оформить сделку всего за сутки. При этом, мы строго отбираем компании для инвестирования — из всех рассмотренных заявок в работу попадает менее 1%.

Высокую скорость поиска обеспечивает наша ИИ-платформа, алгоритмы которой позволяют быстро отобрать самые перспективные компании. Далее каждый член команды максимально оперативно решает свои задачи: анализирует, просчитывает доходность, готовит документы. Поэтому мы можем обеспечить скорость работы, с которой трудно конкурировать.

- А как вы лично балансируете между алгоритмами платформы и инвестиционной интуицией при принятии решений? Остается ли здесь вообще место для интуиции?

- В первую очередь, я ориентируюсь на алгоритмы. Они отсекают большое количество компаний, которые пока рано рассматривать. Но ситуация может измениться — и если через некоторое время какой-либо стартап покажет хорошие результаты, то мы к нему вернемся.

Однако инвесторское чутье тоже важно учитывать. Если мы не совпадаем по ценностям и видению с основателем стартапа, то работать будет сложно. Можно масштабировать продукт и улучшить метрики, но если у него не будет доверия к фонду, то плодотворного сотрудничества не получится.

- Давайте тогда поговорим о том, что вы больше всего цените в предпринимателях, с которыми работаете. Какие качества важнее финансовых метрик на ранней стадии?

- Больше всего я ценю честность и открытость. Не всегда можно оценить эти качества только по беседе с предпринимателем. И тогда полезно проверить его ресурсы: например, он может рассказывать, что выручка продукта растет, но на сайте практически не будет посещений. Это повод задуматься.

Также я всегда смотрю, что для предпринимателя означает его бизнес — он хочет просто заработать денег или собирается решить конкретную проблему, вкладывая в это свое время и силы. Если второе, то наши ценности с большей вероятностью совпадут.

Еще я обращаю внимание на сфокусированность на работе. Если человек готов каждый день, без выходных вкладываться в продукт, то это заслуживает самой высокой оценки. Такие предприниматели способны за короткое время удвоить или даже утроить выручку.

- Учитывая, что вы еще и преподаватель, лектор и консультант, какие темы вызывают наибольший интерес у слушателей ваших курсов? И какие советы вы бы дали начинающим инвесторам?

- Я не могу выделить какие-то определенные темы — мне кажется, что все они вызывают интерес. Как лектор и консультант, я освещаю довольно широкий спектр тем, и каждый может найти что-то для себя. Например, я рассказываю и о кредитных механиках, и о корпоративных венчурах, и об информационных стратегиях.

А главный мой совет для начинающих инвесторов — не бояться. Ошибок в бизнесе не бывает. Главное — сохранять фокус, не распыляться по мелочам и работать 24/7. Кто бы вам ни отказывал, важно двигаться вперед и продолжать свое дело. Тогда всё точно получится.