Бьюти переходит на русский, или 100 бед индустрии красоты

Одна из моделей современной короткой стрижки от Дмитрия Винокурова. Фото: архив студии Д. Винокурова.

Мы встретились с Дмитрием Винокуровым в его студии на Арбате, чтобы поговорить о моде. Но уже первый вопрос развернул беседу в другую сторону.

Л.С.: Ваша причёска на фото – скорее, архитектурное сооружение, чем привычные представления о стрижке и укладке волос. Мы видим художника, в первую очередь. Как же ухаживать в будни за таким шедевром?

Д.В.: Хорошо сделанная стрижка ухаживает за собой сама. Но беда в том, что сегодня я, как мастер-стилист, практически лишён возможности добиться такого результата. С нашего рынка ушли основные мировые бренды бьюти-индустрии. Видите, чем я сейчас занимаюсь? Химией. Разрабатываю и запускаю отечественную линию профессиональной косметики, в том числе по уходу за волосами. Уже изготовили шампунь, несколько пигментов для окраски. Осваиваем отечественный аналог так называемой «десятиминутки», популярной европейской линии для быстрого и экономного прокрашивания волос. Так что я сегодня больше химик, чем художник.

В студии Дмитрия Винокурова проводится тестирование новой продукции и видеосъёмка этого процесса. Фото: Людмила Сёмина

Мой собеседник – один из самых авторитетных людей в сфере «бьюти». Его выручает гигантский прошлый опыт сотрудничества как раз с ушедшими брендами, глобальным амбассадором которых он работал более 15 лет. В профессии Дмитрий с подросткового возраста: окончил ПТУ, московский индустриально-педагогический техникум, освоил сразу три профессии – портного, парикмахера и преподавателя-стилиста (позже окончил ещё и педвуз). Отслужил в армии танкистом, в начале 90-х открыл собственный бизнес, организовал пошив кожаных курток. Участвуя в кастинге на модель Вячеслава Зайцева, получил предложение маэстро заняться у него прическами. Пять лет потом работал с ним, добавив к его фэшн-коллекциям свои разработки. Объездил весь мир, вошёл в число элиты стилевого искусства, был приглашён в ведущий мировой трендсеттерский аналитический центр, изучающий движение и динамику моды.

Л.С.: Интересно, как это происходило?

Д.В.: Трендсеттерский центр является важнейшим и авангардным промежуточным звеном в бьюти-индустрии. Изучая назревшие интересы общества, он прогнозирует новинки стиля, первым вырабатывает идеи для новых образов, часто нарушая привычные правила. Благодаря этому, а также авторитету личности трендсеттера, как эталона в своей профессии, новинка становится желанной для масс. Инновация заходит на рынок, бренды получают возможность заранее подготовиться к массовому спросу, запустить необходимое производство, поработать с потребительской аудиторией, рекламой. Сам трендсеттер вырастает в лидеры моды, его имя, само по себе, тоже становится брендом и влияет на развитие отрасли.

Каким же, стало понятно, острым социальным чутьём нужно обладать, чтобы почувствовать едва уловимый аромат будущего, нафантазировать его образ и воплотить потом в конкретную форму привлекательного продукта! Профессия штучная, требующая не просто знаний и навыков, но и самобытного таланта. В советские времена централизованного управления модой индивидуальное трендсеттерство было заменено коллективным изучением «конъюнктуры спроса»: целый НИИ составлял безликие отчёты о средне-статистических параметрах средне-статистического советского человека. Потом вся лёгкая промышленность и бытовое обслуживание всего Советского Союза запускали на все конвейеры и по всем мастерским одни и те же «среднестатистические» лекала и моделей. Специалисты индивидуального стиля были практически не востребованы. При министерствах существовали формальные демонстрационные образцы: одежда – Дом моды на Кузнецком мосту и Вячеслав Зайцев; косметология – Институт красоты на Новом Арбате; стиль и макияж – салон «Долорес» на Арбате. Дмитрий Винокуров был востребован ведущими мировыми бьюти-брендами, но внутри отрасли в советские времена получить настоящего признания, пожалуй, не смог бы.

Л.С.: Термин «бьюти» означает, как известно, преображение внешности в сторону красоты. Поэтому и у нас все чаще бьюти-индустрию называют по-русски индустрией красоты. Но, честно говоря, никакой особой индустрии в России, мне кажется, так и не появилось: ни качественной своей косметики, ни великих профи в салонах красоты, ни эксклюзивных суперстилистов. Про нашу отрасль красоты точнее сказать, что она осталась на уровне сервисов среднего качества, а то и просто халтуры. В советские времена государство в лице министерства бытового обслуживания что-то вкладывало в развитие отрасли, поднимало и выставляло на международном уровне элиту специалистов.

Д.В.: В чем-то могу согласиться. Мы взяли за образец лучшее в мировой бьюти-практике, но при этом глобальных брендов, окончательно потеряв даже ту, что существовала в советский период. Исчез Институт красоты, обладавший серьёзной научной школой. Не сохранились фабрики отечественных средств ухода за внешностью. Огромная потеря – ликвидация профессионально-технических училищ, обучавших мастеров эстетического сервиса. Всё, что относится к бьюти, признаётся в лучшем случае сервисом, но не индустрией. Скажу больше: недавно бьюти-профессии вообще исключили из перечня трудового законодательства, отнеся их к категории самозанятости.

Л.С.: Но ведь теперь есть колледжи, где обучают этим специальностям.

Д.В.: Колледжи действительно есть, их в нашей сфере довольно много, по стране несколько тысяч таких учебных заведений. Это очень правильно, поскольку спасение нашей индустрии красоты, преодолевающей сейчас глубокий кризис, лежит именно в образовании и притоке в неё новых кадров. Хочу подчеркнуть, что мы давали специалисту не только ремесло, но и понимание специфики своего дела. Недаром во всём мире существует даже понятие «русский маникюр» как непревзойдённый эталон ногтевого сервиса. Именно потому, что наши мастера не «пилят» ногти, а понимают и учитывают их природу. Вот на этот образовательный капитал и предстоит опереться теперь, чтобы преодолеть кризис. Спасение в том, чтобы руки мастеров стали не только их бизнесом, но и поддержкой всей нашей сферы.

Однако, мне кажется, и здесь предстоит многое изменить, чтобы пополнение оказалось действительно спасительным. Во-первых, необходимо привлечь к обучению опытных практиков, закрепив их наставниками за начинающими мастерами и не только – в колледже, но и в дальнейшем по месту работы начинающего. Во-вторых, процесс обучения должен охватить все стадии познания моды и стиля: от тренд-сеттерских исследований до экспериментов в специальных молодежных салонах, где студенты на практике смогли бы реализовать на моделях свои самые авангардные замыслы. То есть, обязательно должны быть созданы салоны молодёжного стиля для смелой молодёжи.

Я бы сказал, что в нашей сфере в данный момент идёт глубокое преобразование и невероятно активный поиск новых, нестандартных решений.

В Московских колледжах обучают всем основным бьюти-специальностям: от ухода за волосами, ногтями, кожей до архитектуры лица, создания образа. Фото: Людмила Сёмина

После встречи с Винокуровым я побывала в Московском центре компетенций индустрии красоты. Очень современное заведение, тёплая творческая атмосфера, великолепное оборудование. Главный эксперт Центра компетенций Галина Васильевна Герасимова рассказывала о том, что они делают, начиная от разработки программ по федеральным стандартам, завершая выпускными конкурсами, в которых дипломники показывают свои умения, а работодатели подбирают себе кадры. Энергия бьёт ключом! Запланирована и готовится к открытию трендсеттерская лаборатория, первая в системе российского бьюти-образования. Уже открыт первый салон молодёжного стиля «У-лица» как экспериментальная база для подготовки индивидуальных мастеров-стилистов, о которой говорил и Винокуров.

Для меня знакомство с тем, как обстоят дела в бьюти-сфере, оказалось неожиданным, но, в некотором роде, возвратом в собственную профессиональную юность. В августе 1971 года в «Комсомольской правде» впервые в советской прессе, на страницах ежедневной массовой газеты, появилась публикация о моде как естественной и необходимой потребности населения. «Где купить брючный костюм?» – так назывался цикл из пяти репортажей, в которых корреспондент, проводя журналистское расследование, описал весь свой безрезультатный путь по цепочке удовлетворения потребительского спроса: от модельера до продавца. Увы, в ту эпоху модной одежды на прилавке найти не удавалось, склады были забиты «средние-статистическим неликвидом». Брючные костюмы на женщинах и стильные стрижки мы видели только в зарубежных кинофильмах.

Конечно, не хотелось бы повторения подобной ситуации. Хочется быть красивыми и верить, что российская бьюти-сфера сумеет справиться с трудностями – силами своих энтузиастов, от опытных Винокурова и Герасимовой до начинающего сеттера в экспериментальном салоне молодёжного стиля.

В работе над материалом принимала участие Денисова Ева, студентка журфака РГУ им. А. Н. Косыгина