Гонка нанометров: Что мешает российской микроэлектронике совершить прорыв

Фото: Max Acronym/Shutterstock/Fotodom

О том, что ситуация в российской экономике в последнее время не радует, ни для кого не секрет. Об этом открыто говорят на самом высоком уровне. Так президент Владимир Путин на недавнем совещании с правительством привел неутешительную статистику: «…уже два месяца подряд экономическая динамика снижается. В целом за январь—февраль ВВП сократился на 1,8%. В минусе оказались обрабатывающие отрасли и промышленное производство».

«ГРУСТНАЯ СИТУАЦИЯ»

Безусловно, причин для экономического спада хватает – и внешних, и внутренних, о чем СМИ, в том числе и «Комсомолка», вещают практически каждый день. С помощью экспертов дискуссионного клуба Vostok мы попытались разобраться в экономических перипетиях на примере конкретной отрасли – производстве микроэлектронике и разработке новейших технологий. Словом, идем, что называется, от общего к частному.

- Если мы хотим оставаться суверенными, мы должны думать о цифровом суверенитете, - уверенно заявил зампред комитета Госдумы по информполитике Антон Горелкин на пленарной сессии одного из тематических форумов, справедливо отметив при этом, что Россия в этом направлении далеко не впереди планеты всей, а «где-то в середине этого пути», потому как в сферах микроэлектроники и робототехники у нас «грустная ситуация».

Эта грусть, как известно, не возникла ни откуда. Еще в 2022 году Минпромторг представил обновленную концепцию развития российской микроэлектроники до 2030 года, обозначив ключевые проблемы отрасли: отставание технологий на 10–15 лет от мирового уровня, нехватка производственных мощностей, критическая зависимость процессов проектирования и выпуска продукции от зарубежных технологий, низкая инвестиционная привлекательность, дефицит кадров и т.д.

Однако все это не было бы так грустно, если бы не тот факт, что в свое время СССР занимала ведущие места в мире по уровню технологий и по колоссальной инфраструктуре. И кадры у нас были лучшие, которые в провальные для отрасли 90-е мигрировали на Запад, где их навыки весьма пригодились. А страна постепенно остановилась в развитии микроэлектроники, переключившись на зарубежные поставки. На дворе 2026 год, а мы по-прежнему слишком зависимы от зарубежных технологий и оборудования.

ЦЕЛИ ПОСТАВЛЕНЫ, УСЛОВИЙ ДОСТАТОЧНО?

Как отметил в своем выступлении, программный директор клуба «Восток» Сергей Рыбаков, мировой рынок полупроводников и микроэлектроники в 2025 году продемонстрировал рекордный рост - более 25% к 2024 году, достигнув объема около 800 миллиардов долларов. Одним из ключевых драйверов стали сверхмалые микрочипы. По прогнозам экспертов, к 2026 году данный рынок вырастет до 1 триллиона долларов.

Сергей Рыбаков.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

- В России индустрии требуется экстренный переход от импортозамещения к наращиванию собственного производственного потенциала, - сказал он. - Уже началась реализация масштабных программ правительства Российской Федерации и государственных корпораций. Для ускорения развития отрасли и создания независимой технологической платформы в январе этого года по поручению президента Российской Федерации создана специальная межведомственная комиссия по развитию микроэлектроники. На уровне российских производителей и науки особое внимание уделяется вопросам взаимодействия и кооперации производств и научных организаций с коллегами и партнерами из дружественных стран.

Словом, очевидно, в стране развитию микроэлектроники уделяют большое внимание – госинвестиции, специальная комиссия… Но достаточно ли этих составляющих? Создаются ли адекватные целям условия для решения всех этих проблем в контексте экономической, правовой и иных видов поддержки?

- Надо признать, что российский рынок полупроводников и электроники остается зависимым от импорта критических технологий, компонентов и оборудования. Сейчас отставание по кремниевой микроэлектронике – в несколько поколений, - конкретизирует проблему генеральный директор «Остек-ЭК» Валентин Новиков и перечисляет причины. - Сейчас у нас один из жесточайших в национальной экономике кадровых дефицитов - нехватка порядка 3 тысяч инженеров в микроэлектронике, инженеров-технологов. А глобально в радиоэлектронике не хватает - 20 тысяч инженеров. Есть высокие финансовые и регуляторные барьеры, такие как высокая ключевая ставка, удорожание логистики, дефицит оборотных средств, что не позволяет быстро разворачивать производство и восполнять потери. Недостаток электронного машиностроения, то есть средств производства кристаллов, чипов, высокочистой химии, редкоземельных материалов и всего, что снабжает микроэлектронику сырьем. Полностью не закрыта проблема измерительного оборудования. Например, наши российские предприятия не могут делать контроль выхода годных изделий и межоперационный контроль в достойной мере. Это все представлено сейчас американским оборудованием, которое мы давно не можем покупать.

Валентин Новиков.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Валентин Новиков в качестве примера привел опыт Китая, зарекомендовавшего себя микроэлектронной державой. Их развитие в этой сфере прошло несколько этапов. В 1950–1970-х создали научный задел: Академию наук, НИИ, приоритет электроники. В 1980–1990-х с реформами Дэн Сяопина привлекли капитал и технологии, начали переход от прототипов к серийным чипам и оборудованию. В 2000–2010-х запустили масштабные национальные программы, появилась фабрика SMIC. А к 2015 году поставили цель: к 2025-му закрывать своими силами до 70% внутреннего спроса на чипы. Ограничения США китайцев не остановили, а только подстегнули. Еще пять лет назад над китайским оборудованием смеялись - ржавое, нерабочее. Но с помощью реверс-инжиниринга Китай воспроизвел технологии. Теперь новые фабрики строятся на 90% из локального оборудования.

- Конечно, нам сложно повторить этот путь в сжатые сроки, - говорит эксперт. – Но я уверен, китайский путь по привлечению иностранного капитала и специалистов помог бы, если бы у нас были такие возможности. Делать свободные экономические зоны, привлекать капитал инвесторов, объединять все силы, вливать новую кровь – это всегда полезно.

РЫНОК ВРОДЕ БЫ ЕСТЬ, НО, НА САМОМ ДЕЛЕ, ЕГО НЕТ

- На сегодняшний день наша задача - выровнять для себя сферу безопасного использования зарубежных элементов и обеспечить себя в критическом месте достаточными решениями, которые нам доступны. То, что мы сегодня наблюдаем, это эффект произошедших инвестиций, усилий - денег, времени, интеллекта, - рассказал генеральный директор Фонда НТИ Вадим Медведев.

Вадим Медведев.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Разумеется, без совместных усилий и инвестиций прогресса отрасли не будет, но есть другая проблема. Допустим, инвестиции будут, а будет ли рынок… На сегодня его объективно нет.

- Сложно принимать решения о вложении денег, потому что нет понимания долгосрочного развития, и нет уверенности в возврате капитала, - объясняет Валентин Новиков.

- Если компания занимается только производством чипов и выпускает меньше 10 тысяч пластин в месяц, независимо от диаметра, независимо от технологий, то она априори убыточна, - уверяет генеральный директор АО «Зеленоградский нанотехнологический центр» Анатолий Ковалев. – Да, министерство промышленности и торговли вводит определенные мероприятия, дабы «заставить» экономически принудить компании потребителей электронной компонентной базы покупать российское оборудование. Но на свободном рынке заставить кого-то нельзя. Есть выгода, будет покупатель. Грань регуляторики и коммерческой выгоды очень тонкая - как ее нащупать. Почему мешками не несут и не вкладывают в элементную базу в России? Потому что рынка нет. При всей нашей большой территории с точки зрения потребительского рынка мы очень маленькие.

САМАЯ СЛОЖНАЯ ОТРАСЛЬ

Микроэлектроника не строится за деньги — она строится десятилетиями, т.к. развитие отрасли требует не только инвестиций, но и длительного накопления компетенций, инфраструктуры и инженерной школы. Так обозначил ключевые ограничения и реалии развития отрасли генеральный директор «Байкал электроникс» Андрей Евдокимов.

- Эта отрасль — самая сложная на планете, и ее невозможно «залить» деньгами: без десятилетий инженерного и научного труда результата не будет, — отметил он. - Россия фактически пропустила длительный инвестиционный цикл, в то время как ведущие мировые игроки системно развивали микроэлектронику на протяжении десятилетий.

Андрей Евдокимов.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

По мнению Андрея Евдокимова, ключевым элементом становится создание полного цикла — от проектирования до производства, включая инфраструктуру поставок, подготовку кадров и развитие сопутствующих отраслей.

О системном подходе говорил и советник руководителя Федерального агентства водных ресурсов Илья Разбаш.

Илья Разбаш.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

- Про микроэлектронику нужно говорить чаще и больше — без этого невозможно сформировать ни спрос, ни интерес со стороны инвесторов, — сказал он. - Сегодня отрасли не хватает четко сформулированных приоритетов и понятной логики развития. Важна открытость — как с точки зрения информации, так и с точки зрения взаимодействия с рынком. Это позволит привлечь инвестиции и сформировать устойчивые механизмы финансирования, включая государственно-частное партнерство.

КАДРЫ НАРАСХВАТ

Одна из кузниц кадров для отрасли микроэлектроники - Институт силовой электроники Новосибирского государственного технического университета. Его директор, профессор Сергей Харитонов рассказал, что выпускники вуза распределяются примерно 50 на 50: половина уходит в академические институты Академгородка - например, в Институт физики полупроводников. Другая половина идет в промышленность.

- За полтора года мы подготовили через учебные дизайн-центры 39 человек и направили их на предприятия «Элемента», в частности НЗПП «Восток». Условия работы там неплохие, - говорит он. – Однако мы не успеваем готовить специалистов для себя, их тут же забирает промышленность. И это хорошо: спектр элементной базы расширяется, и молодые специалисты по микроэлектронике теперь идут именно в микроэлектронное производство. Что касается промышленного применения, мы разработали серию систем преобразования электрической энергии и гордимся, что создали отрасль, по крайней мере в нашем регионе. Отечественная элементная база нас в значительной степени устраивает. Но это разработки предыдущего поколения по сравнению с зарубежными. Нам нужен прорыв в технике специального назначения, которая задает мировой уровень. Будущее за полупроводниковыми приборами.

И НАПОСЛЕДОК

Возвращаясь от частного к общему, отметим, что развитие таких сложных отраслей, как микроэлектроника, высокие технологии возможно при консолидации усилий – государства, науки, бизнеса. В стадии становления мы не можем конкурировать с китайской продукцией. Как и не можем по объективным причинам перенести технологию от них к нам. Это как оркестр: много инструментов, но без дирижера не звучит. Главная сложность - связать все воедино. И здесь, наряду с консолидацией внутренних сил, имеет объективный смысл целенаправленно внедрять в технологическую цепочку частный капитал, поддерживать, а не ограничивать людей и компании, способных его привлекать, имеющих соответствующий опыт и возможности. Так можно не только насытить отрасль ресурсами, но и открыть доступ к передовым компетенциям и технологиям, кооперации и обмену знаниями, ускоряя прорыв, которого сегодня так не хватает.