Владимир Бортко: «Великие фильмы у Тарковского. У меня они максимум хорошие»

Накануне юбилея Мастер побывал в студии Радио «Комсомольская правда»

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Знаменитому кинорежиссеру, легенде советского и российского кинематографа, постановщику картин «Собачье сердце», «Мастер и Маргарита», «Идиот», «Тарас Бульба», «Блондинка за углом», «Единожды солгав», «Афганский излом», телесериалов «Улицы разбитых фонарей», «Бандитский Петербург» и других Владимиру Бортко 7 мая исполнилось 80 лет.

Накануне юбилея Мастер побывал в студии Радио «Комсомольская правда».

- Владимир Владимирович, во-первых, спасибо вам большое за то, что вы все-таки выкроили для нас время из своего очень напряженного графика.

- Это для меня большая честь. Потому что я с малых лет читаю «Комсомольскую правду». Сейчас, конечно, уже как-то с этим сложнее, но всю жизнь я читал «Комсомольскую правду». Почему? Могу объяснить. Потому что в газете «Правда», как правило, была информация определенная. В газете «Известия» - тоже. А в «Комсомолке» проскальзывало то, что меня интересовало. Не только меня, а многих людей. Поэтому «Комсомолка» была очень популярна. Тут работали всегда очень хорошие журналисты. И читать их было очень приятно.

- И все так и осталось, Владимир Владимирович. Нам в прошлом году 100 лет исполнилось и мы какие были, такие, в общем-то, и остались.

- Что хвастаться? Посмотрим.

Легенда советского и российского кинематографа дал интервью Радио «Комсомольская правда»

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

С корабля на бал

- Владимир Владимирович, вы к нам приехали прямо, можно сказать, с рабочего места, со съемочной площадки. Откуда - можете рассказать?

- Москино. Это специальная площадка, сделанная здесь, под Москвой, для съемок разного рода кинофильмов и разного времени. Там находятся избушки, там находятся дома. В данном случае нас интересовали развалины города, поскольку у нас кино начинается с посещения главным героем разрушенного города Орла. Это мы, собственно говоря, и искали. И нашли здесь.

- А главный герой – это Иосиф Виссарионович Сталин?

- Это Иосиф Виссарионович Сталин, всего-навсего.

- А кто его играет?

- Игорь Миркурбанов.

- О! Это очень интересный актер. Но вроде бы не очень похож на Иосифа Виссарионовича…

- Всегда можно придраться к тому, кто похож, кто не похож. Я не знаю, насколько Сухоруков похож на Хрущева, хотя он третий раз будет его играть, но, тем не менее... А что касается Миркурбанова, то он похож сейчас в гриме на Сталина больше, чем сам Сталин на себя. Это действительно очень большое сходство. Будете смотреть кино – убедитесь сами. Единственное безупречное сходство – это вот оно.

Любовь Моисеева и Владимир Бортко

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

- Владимир Владимирович, насколько мы знаем, вы этот замысел вынашиваете чуть ли не с 2010 года.

- С 2011, точнее.

- И наконец-то начали снимать. Изменился в чем-то ваш замысел или нет?

- До запятой не изменился, все осталось, как было.

Сталин - не памятник, а живой человек

- Вы заявили в свое время, что Сталин - наиболее оболганная фигура в нашей истории.

- Я в этом не сомневаюсь ни одной секунды и пытаюсь развенчать этот миф, который создан о нем...

- Мы не создавали его.

- Может быть, «Комсомольская правда» в стороне стояла, но, тем не менее, достаточно много было гадостей сказано со всех сторон. Я не хочу сказать, что это была светлейшая личность и херувим с крыльями. Это не так. Достаточно того, что мой дед расстрелян (в ходе репрессий – авт.) в 1937 году. Но в какой степени участвовал в этом Сталин, во-первых? А во-вторых, мне кажется – и это самое главное, что я хочу сказать - это был человек на своем месте, в свое время. И без этого человека на этом месте и в это время мы с вами вряд ли бы здесь сидели. Это уж точно совершенно. Ибо время было очень и очень страшное и тяжелое.

Владимир Бортко Александр Гамов

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Наш фильм начинается с 1945 года – с победы. И кончается в 1953-м - смертью. Начинается от атомной бомбы американской. А потом наша появляется.

После чего ситуация в мире резко изменяется.

Мы должны были быть уничтожены еще в 1949 году. Но именно в 1949-м появилась наша собственная бомба, и дальше разговор шел другой.

- Мы потом после съемки зайдем в наш Голубой зал. У нас там знамя с Лениным и Сталиным. Мы его отреставрировали к столетию.

- Молодцы, что я могу сказать.

- Владимир Владимирович, нам кажется, что будет очень много критики этого фильма. Вы к этому готовы?

- Бесспорно. Причем критики с обеих сторон. Справа и слева. Почему?

- Почему, Владимир Владимирович?

- Потому что я делаю фильм о человеке. Не о бронзовом памятнике, например, которым делали его в довоенном кино или в послевоенном. Взяли Берлин, и вот прилетает человек на самолете, весь в белом... Этого у меня нет. Но нет и очернения абсолютного, гадостей, которые говорили, к которым он не имел никакого отношения. Человек работал!

Еще раз говорю, я хочу снять фильм о человеке, который был в свое время на своем месте. И слава Богу.

Предвидение Гоголя

- Сейчас по телевидению повторяют много ваших замечательных, великих сериалов. И «Собачье сердце», и «Идиот», и «Мастер и Маргарита». Но мы бы хотели напомнить сначала о «Тарасе Бульбе». Нам кажется, может быть, вы немножечко поторопились с этим фильмом. Может быть, сейчас он был бы гораздо более актуален, чем в 2003 году?

- Я специально, что ли, готовил? Я захотел это снимать давно. Предложил каналу «Россия». И чрезвычайно благодарен им за то, что они откликнулись, нашли деньги, и немалые. И мы это сняли. А тогда или сейчас? А Гоголь когда писал, он что, к юбилеям, что ли, приурочивал? Мы снимали Гоголя. Только и всего. Это было всегда. Я думаю, что худо-бедно, это не самый плохой кинофильм в нашей киноэпопее.

Владимир Бортко

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

- Богдан Ступка (украинский актер, исполнитель роли Тараса Бульбы-авт.) просто великолепен.

- Богдан Ступка был замечательно великолепен, тем более, что смешно, что он до недавнего времени был министром культуры Украины. Всего-навсего. И когда в финале нужно: «Я чую, сейчас поднимается новый царь, и будет сила, которая станет...» Ему было говорить достаточно сложно, но он сказал, потому что он артист. Он большой, великий актер. И он понимал, что соприкасается не с политикой в данном случае, а с Гоголем.

- Но, тем не менее, фильм политизировали даже в то время, когда он только что вышел.

- Так читайте Гоголя, я ничего не прибавил, ни одной строчки не прибавил. Ни одной! Как есть, так есть.

В книгах классиков все написано. Учитесь читать.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

- Владимир Владимирович, хотим за это ухватиться. У вас репутация человека, который, может быть, лучше других читает классические произведения, можно сказать, что прямо не отходит от текста и в то же время делает свое кино.

- Вы знаете, есть такое впечатление, что Владимир Владимирович снимает построчно. Берет: что тут написано? Ага, снимаю.

Это далеко не так. Есть два способа экранизировать литературное произведение. Один из них – это когда режиссер находит в литературном материале что-то, что его задевает. Не обязательно все. И делает свое. Яркий совершенно пример - «Солярис» Андрея Тарковского. Книга одна, фильм несколько другой. Плохо это или хорошо? Это замечательно.

Я пытаюсь делать другое. Я пытаюсь рассказать зрителю, что думал писатель, когда писал эту книгу.

- А откуда вы это знаете?

- В том-то и дело. Я так считаю. Я имею право?

- Наверное. Поэтому вы легендарный режиссер.

- Повторите еще раз, кто я такой?

- Легендарный режиссер. Это не вычеркаем и не вырезаем. Владимир Владимирович согласен.

- Вот и все. Я рассказываю про «Мастера и Маргариту», про «Тараса Бульбу», про все остальное. Про «Идиота». Именно этим я и занимаюсь. Поэтому для меня очень важно в этом случае точно совершенно передать то, что писал писатель, от начала до конца. Я ничего не сделал. Ребята, это написано. А как я это трактую, это мое дело. Я считаю, что надо читать.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Миронов и Машков родились для этих ролей

- Кстати, про «Идиота». Почему не «Братья Карамазовы»? Почему «Не преступление и наказание»?

- Почему «Идиот»? Вы что любите? Мороженое какое любите? Пломбир или какое еще?

- Разное.

- Вот видите, это то же самое. «Братья Карамазовы» до меня были сняты. И сняты, мягко говоря, очень неплохо. Очень неплохо. Там умер режиссер в это время, снимали сами, но, тем не менее, это удалось. ( Режиссер Иван Пырьев, скончался в самый разгар съемок, работу завершили коллективно во главе с замечательными актерами Михаилом Ульяновым, Кириллом Лавровым, исполнителями главных ролей – авт.)

И найти таких исполнителей главных ролей (каких нашел Пырьев) я бы, например, не смог в таком количестве. Это фантастика просто какая-то. Это здорово.

В то время как «Идиот», которого тоже снимал режиссер Пырьев, это, мягко говоря, спорное произведение. Хотя бы потому, что самая главная тема (Достоевского)– человек, Бог, смертная казнь, опущена. Там (в киноверсии) об этом никак и никогда.

Хорошо, сначала рассказал про Настасью Филипповну. А дальше-то что? Настасья Филипповна кончается в первой трети книги. А дальше что? А дальше разговоры о другом идут. Поэтому здесь было легко и просто, что называется.

Я очень уважаю режиссера Пырьева и с удовольствием смотрю и «Трактористов», и фильм «Свинарка и пастух» - прекрасный фильм. Но когда доходит дело до «Идиота», то тут, по-моему...

- Владимир Владимирович, в роли князя Мышкина вы изначально видели только Евгения Миронова, или рассматривали и других кандидатов?

- Изначально. Это было очень интересно. Изначально это все было. Потому что, если бы не было двух этих исполнителей – Миронова и Машкова ( Владимир Машков сыграл центральную роль Рогожина – авт.), я бы даже не взялся снимать. Это, по-моему, идеальное попадание. Люди созрели к этому. Специально родились, чтобы сыграть эти роли.

Это вообще очень сложно - воплотить то, что написал Достоевский. Я боюсь быть самонадеянным, но мне кажется, что удалось и актерам, и мне рассказать про это достаточно точно. То, что, как мне кажется, хотел сказать Достоевский.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Да, на съемочной площадке я - деспот

- Мы вас полностью поддерживаем, как и множество наших зрителей. Кажется, Миронова еще не скоро кто сможет переиграть именно в этой роли, он, действительно, сыграл гениально. Но если мы заговорили о подборе актеров, то, скажем, па роль профессора Преображенского в «Собачьем сердце», вы пробовали нескольких актеров. И выбрали Евгения Евстигнеева? А другие кандидаты обижались на вас за это?

- Обижались. Леонид Броневой, который был Мюллер ( в фильме Татьяны Лиозновой «17 мгновений весны» - авт.), очень обижался. Он считал, что я его не взял, потому что он еврей. С ума сошел? Причем здесь – еврей, не еврей? Рехнулся, что ли? Не в этом дело.

Он замечательный актер. И, кстати, очень хорошо попробовался. Очень. Но дело в том, что, мне кажется, что профессор Преображенский чем и хорош, что он снизу, он не из графьев. Он сделал сам себя. И в Евстигнееве это было. Там (в книге) написано: «И во время операции его толстые пальцы становились тонкими и гибкими». Это правда. И для меня это было важно

- Попались воспоминания о том, что у Евстигнеева сначала профессор Преображенский был точной копией профессора Плейшнера ( из «17 мгновений весны»).

- Это было. Да, и здесь начинается режиссура. В общем, элементарная режиссура. Режиссура –вещь серьезная. Элементарный уровень. Первая съемка. В подворотне сидит собачка и напротив магазин. Сейчас он стал по-другому выглядеть. Это центр Петербурга. И оттуда выходит профессор Плейшнер. Я говорю: «Стоп!» «Почему?» «Он не ходит так.» « А как он ходит?» «Как Менделеев.» После этого мы увидели профессора Преображенского.

Надо было сказать, что ты, парень, делаешь немножко не то. Нужно по-другому. И не только в хождении. Это в чтении роли. Моя задача - делать то, что я хочу. Это касается и «Идиота» тоже. И всего, что я снимал. То, что я снимаю, снимаю я. Я снимаю фильм. Актер либо со мной согласен, и тогда он работает, либо нет, тогда мы не работаем вместе. Вот в чем заключается работа режиссера.

- Кстати, актеры жалуются, что вы деспот на съемках.

- Я что, деспот? Или надо было сказать: «Хороший, хороший, иди, ты, наверное, лучше меня знаешь...»? До него дошло, он умный человек. Мало читал, но умный человек.

Собака играла как народный артист

- Владимир Владимирович, а вы еще собаку хвалили, которая там играла.

- Собака замечательная была. Я ее ставил в пример народным артистам. Посмотрите, как нужно играть, не врать ни одной секунды.

- А как ее в жизни звали?

- Карай. Это была дворняга, которую приютила ее хозяйка. Он работал в милиции, там что-то такое защищал, но, по-моему, это легенда. Ничего он там не защищал. Но не в этом дело.

Это была замечательная собака. Действительно, этот пес не любил дублей. Он, как народный артист, делал максимум два. Дальше отказывался работать – уходил, хвост опускал.

Но один дубль он делал гениально. Достаточно посмотреть один кадр. Сидит собака. Дальше проходят красноармейцы через улицу. Он ждет, пока они пройдут. Потом переходит улицу. Там стоит дворник. Пес стоит возле дворника и ждет, пока тот станет выгонять его метлой. Дворник выгоняет, он уходит. Все это – один длинный кадр, не резан просто от начала.

- Он так вас слушался?

- Он не меня слушался, он хозяйку слушался. Я говорил хозяйке, хозяйка слушалась меня. Такая система передачи информации. Путин Владимир Владимирович тоже не рассказывает сам. Он говорит своим помощникам, они другим, те третьим, потом в результате получается или не получается что-нибудь.

- С псом было сложнее, чем с Евстигнеевым?

- С ним - нет. Почему же? С псом нормально. Два дубля, пожалуйста, ради бога. Он был готов работать.

- Владимир Владимирович, мы сейчас вспоминаем ваши великие фильмы.

- Великие фильмы у Тарковского. У меня они не великие, максимум хорошие.

Цензура придиралась к тому, что было похоже на жизнь

- Давайте поспорим! Впрочем, хотим спросить о другом. Есть же еще некое число отличных ваших фильмов, которые мы тоже помним, и знаем, начиная, скажем, с «Блондинки за углом». И нам кажется, это недооцененный фильм.

- Мне кажется, всякий костюм хорош, но одному нравится одно, другому – другое. Нет, конечно, нет. Мне нравятся свои фильмы, я бы иначе не снимал. Но что-то зашло и попало, что-то - нет. Это уже не от меня зависит, а от зрителя, насколько я угадал чаяния наших зрителей.

- «Блондинка за углом», насколько мы осведомлены, была сильно порезана цензурой. Интересно, что именно выбросили?

- У меня пострадали от цензуры два фильма сильно. Один - «Блондинка за углом». А второй - «Душа шпиона». Снял его ровным счетом в 2016 году. Вот эти два фильма.

Ну, как цензура?

Чем хороша была советская власть? Тем, что при советской власти от фильма никто не отрезал ничего. Это должен был сделать сам режиссер. И больше никто не имел права к этому прикоснуться. Или вариант - на полку. На полку, значит, фильм никогда не увидят.

Поскольку мы снимали с Сашей Червинским, он автор сценария, Андрей Миронов играл главную роль, мы не думали на века снимать, понимаете?

И были требования убрать из фильма те или иные эпизоды.

Что делать? Либо принять эти сокращения, либо отказаться от фильма. Мы собрались в гостинице «Астория», которую любил Андрей, он там чуть ли не родился. Сели, пообедали и решили, что, пожалуй, Бог с ним, мы пойдем на эти самые уступки. Вот таким способом это все и случилось.

- А к чему придирались-то?

- Смешно. Придирались к тому, что похоже на жизнь было. Это был революционный фильм. Сейчас он смотрится как милая комедия. А тогда это была революция. Это барышня, которая живет сама по себе, вне, так сказать, линии, прочерченной партией и правительством. Она ее полностью принимает, потому что считает, что это ее. Это она так считает. Это точка зрения самостоятельной женщины, которая работает в гастрономе, говорит, что всем нужно помогать. Что такое помогать, скажите, пожалуйста? Это как понимать? Помогать - это как?

- То есть, ее представления о жизни расходятся с представлениями партии?

- Получается, так.

Владимир Бортко в студии Радио «Комсомольская правда»

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

Вставай, страна огромная

- И еще вопрос главного редактора Радио «Комсомольская правда» Андрея Горбунова. Скажите, пожалуйста, про ваших любимых исполнителей и песни. Это для нашего «Хит-парада».

- «Вставай, страна огромная» – это самая любимая песня.

- А еще?

- Что еще? Мало ли я песен знаю. Но эту я знаю точно. Самое время ее петь.

- Давайте споем прямо сейчас?

- Давайте. «Вставай, страна огромная, Вставай на смертный бой с фашистской силой темною, с проклятою ордой. Пусть ярость благородная вскипает, как волна…».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Я вообще свои фильмы люблю, а чужие давно не смотрю»: яркие цитаты Владимира Бортко

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Стас Михайлов — про испытания, воспитание детей и отношение к Владимиру Путину