Биотехнологии, сладкий белок и эквиваленты какао-масла: как биотехнологии меняют производство еды в Россиивидео

Исполнительный директор Группы компаний «ЭФКО» Сергей Иванов

Фото: Алексей ПОСНИКОВ.

БИОТЕХ ДЛЯ ВСЕХ

- Ваша компания исторически сильна в масложировой сфере, а теперь вы активно развиваете биотех. Какие компетенции из вашего традиционного бизнеса – может быть, неожиданно, а может, ожидаемо – оказались полезны в биотехе?

– Главное из того, что критически необходимо для занятий инновациями (любыми, не только биотехом), – это знания о человеке, понимание социокультурных трендов, компетенции в выстраивании систем управления. Поэтому наш научно-образовательный центр, корпоративный университет, мы называем главным цехом компании.

Уже больше 25 лет мы ведем собственные исследования системного менеджмента, управленческой науки и человека как такового. Эти знания – базовые для инноваций, они совершенно точно не противоречат прошлому опыту.

– Давайте поясним "на пальцах": что такое для вас биотехнологии? И главное, что это дает покупателям?

– Биотехнологии как объект изучения или область научных применений – это достаточно широкий спектр разных возможностей. Нас интересует все, что связано с продуктами питания. Это глубокие технологии по их производству, использование в производстве продуктов питания прецизионной ферментации (биотехнологический процесс, при котором микроорганизмы «программируются» для создания конкретных молекул, - Ред.). Это все, что связано с микроорганизмами, с использованием этой технологии в производстве и белков, и жиров.

В общем, мы фокусируемся на теме биотехнологий вокруг еды.

– Что конкретно подсказало вам, что биотехнологии – это не что-то побочное, а новая реальность и необходимость?

– Было несколько историй. Ключевая из них случилась в 2018 году. Из одного очень известного североамериканского стартап-акселератора выпустилась компания, в которую потом проинвестировал Билл Гейтс. Она разрабатывает жиры из микроорганизмов.

Тогда это было совершенно немыслимо в нашем представлении. Вам не нужны растения, поля, сложная технологическая цепочка. Вы ставите биореактор, разрабатываете микроорганизм, который кормите сладкой водичкой, а он на выходе выдает нужный жир. Нам это казалось фантастикой, были мысли, что стартаперы просто "проехали по ушам" инвесторам при помощи очередной красивой идеи и те дали деньги.

А потом наши ученые рассказали: из 1600 видов различных дрожжей примерно 5% продуцируют вместе с белком еще и жиры, причем в немалом количестве – на них приходится около 50%. И это очень интересная научная задача – научить эти дрожжи продуцировать не абы какой жир, а, допустим, жир для вафельных начинок, или эквивалент какао-масла, или подсолнечное масло… В общем, любой жир.

Тогда мы и осознали, что инновации и технологическая революция дошли до нашей отрасли. Что пищевка перестает быть тихой гаванью. И что если мы не научимся заниматься инновациями, есть высокий риск, что эти новые стартапы через какое-то время просто придут и подвинут нас из нашего основного бизнеса.

Наверное, это и стало точкой разворота в понимании того, что такое биотех. Мы тогда сказали себе: если ты занимаешься едой и не занимаешься биотехом, то рано или поздно биотех начнет заниматься и тобой, и твоей едой.

К тому же это фундаментальная технологическая платформа, источник потенциально новых видов белков, жиров, еды. Важно понимать, что там происходит.

Исполнительный директор Группы компаний «ЭФКО» Сергей Иванов на стенде "Комсомольской правды"

Фото: Артем КИЛЬКИН. Перейти в Фотобанк КП

ПЕРВЫМИ В МИРЕ СЕРТИФИЦИРОВАЛИ СЛАДКИЙ БЕЛОК

– Сладкий белок - ваш важнейший биотех-проект. Что это такое и в чем его преимущество?

– Чуть больше 50 лет назад в Западной Африке ученые открыли очень сладкие фрукты. Сладость этих фруктов была не углеводная, а белковая. Тогда же открыли три вида белков – браззеин, тауматин и монеллин. Начали исследовать это явление, и белок оказался в тысячу раз слаще сахара. Один грамм этого белка эквивалентен 2-3 килограммам сахара. А 20 лет назад был расшифрован аминокислотный состав этих белков.

Мы живем внутри биотехнологической революции (так ее называют некоторые консультанты-визионеры) - это стремительное удешевление стоимости прецизионной ферментации. Еще 25 лет назад один килограмм белка, полученный прецизионной ферментацией, стоил миллион долларов. Когда стоимость упала до 10 тысяч долларов, эта технология пришла в фарминдустрию. Сегодня весь инсулин, например, производится по этой технологии - животного инсулина уже нет, это все рекомбинантный продукт. А когда технология подошла к 10 долларам за килограмм, мы получили возможность использовать ее в пищевой промышленности.

Если белок расшифрован, то с помощью прецизионной ферментации его можно воспроизвести в биореакторе. Поэтому сладкий белок – это полный эквивалент природного белка.

– А в чем ваше ключевое ноу-хау, если говорить о сладком белке? Что именно вы делаете такого, чего не смогли добиться иностранные компании?

– Если посмотреть последние пять лет, то сладкими белками занимаются 4–5 команд в мире. И мы – одна из лидирующих. Полтора года назад мы первыми в мире сертифицировали сладкий белок. Это произошло в Объединенных Арабских Эмиратах. А в прошлом году его сертифицировали в России.

Говорить о том, куда мы продвинулись дальше, сейчас рано, потому что точкой отчета станет момент, когда мы покажем продукт рынку. Но мы точно не отстали. Характеристики, которых достигли наши ученые, полностью соответствуют требованиям и изначальным установкам. Главная вводная, которую мы себе ставили: в эквиваленте сладости сладкий белок не должен быть дороже сахара.

– То есть для потребителей он стоит столько же, сколько и обычный сахар?

– Не совсем так. Сегодня сахарный тростник и сахарная свекла занимают 20% мирового объема продовольствия: 2 млрд из 10 миллиардов тонн. Для сравнения: пшеница и рис – это 700 миллионов тонн. Сахар – важнейший компонент современной пищевой индустрии, любимый ингредиент пищевого технолога, потому что это самый дешевый наполнитель и кристаллизатор, плюс это консервант, калорийный продукт и т. д. В добавленном виде мы потребляем 90% сахаров. В рецептурах мы их даже не видим.

Поэтому посчитать эквивалент стоимости сахара не так просто. В сладкой воде это легко: вы взяли и вместо сахара добавили сладкий белок. А если мы начинаем пересчитывать, например, содержание сахара в мороженом или конфете, то там технолог использует сухую массу сахара. Вы заменили сахар, но сухую массу нужно чем-то другим восполнять. И в этой части сейчас идут разработки, чтобы общая себестоимость продукта не стала выше. Поэтому не сам сахар в эквиваленте, а общая себестоимость продукта, когда он собран уже с новыми ингредиентами, не должна быть выше продукта с сахаром.

В ПОИСКАХ ИНТЕРЕСНОГО

– Назовите, пожалуйста, три главных инвестиционных проекта (помимо сладкого белка), с которыми работает компания.

– Важная часть внутри биотеха - ферментный завод. Сладкие белки - это готовая продукция, а ферменты - это кормовая составляющая для животноводов, импортируемая часть кормовой базы.

Также мы инвестируем в эквиваленты какао-масла на нашей южной площадке. В Тольятти Самарской области мы построили крупный завод по переработке масличных. А в Туле развиваем производство майонезов и соусов.

– Многие инвестиционные проекты компании не связаны с вашей традиционной сферой – масложировым производством. Почему вы так активно расширяете поле деятельности? Ведь можно делать ставку на свои текущие навыки и расширять нынешнее производство ¬- по этому пути идут многие, и неплохо, вроде бы, себя чувствуют.

- Это естественное движение поиска потенциально интересных рыночных ниш, которые укладываются в стратегию и соответствуют нашим внутренним критериям. Семь лет назад мы определили это для себя в ходе внутреннего поиска новых рыночных ниш.

Чтобы разобраться в том, что происходит в мире, мы задали себе вопрос: какие вызовы стоят перед всей индустрией продуктов питания? И нашли три: доступность продовольствия, окружающая среда и здоровье. Тогда мы сказали себе, что нам интересны проекты, которые одновременно на каждый из этих вызовов либо уже отвечают, либо имеют потенциал ответить, а значит, качественно улучшают жизнь человека, дружат с окружающей средой и доступны или имеют потенциал массовости. Теперь мы прогоняем нашу линейку, матрицу оценки разных проектов через эти критерии. И конечно, наши традиционные направления мы тоже продолжаем развивать.

РЕКОРДНЫЙ УРОЖАЙ НЕ В РАДОСТЬ

– В России в 2025 году случился рекордный урожай масличных. Как это повлияло на работу компании и что это даст ей в нынешнем году?

– Финансовый год выдался очень тяжелым. Второй год подряд мы не зарабатываем на переработке масличных. Среди причин - высокая цена на масличные на внутреннем рынке и крепкий рубль, ведь мы завязаны на экспортную модель. И это просто убило маржу (прибыльность, - Ред.) переработчика. Я не припомню такого тяжелого сезона в этом бизнесе.

– А что сейчас происходит с экспортом вашей продукции?

– Основа экспорта – это масличные продукты. В прошлом году мы стали крупнейшим экспортером подсолнечного масла в Индию. Так что позиции на экспортных рынках держим.

– Стало ли проще торговать с другими странами, чем в 2022-2023 году, когда начались санкции, проблемы с поставками на Запад и т. д.

– У нас почти не было бизнеса с недружественными странами. И мы очень легко заместили их Юго-Восточной Азией.

– На что в нынешнем непростом году нужно делать ставку масложировым компаниям, чтобы добиться успеха на внутреннем и международном рынках?

– Думаю, в текущее время как никогда важно крепко стоять на ногах. Основа, ядро бизнеса должно быть устойчивым. А инновации, инвестиции, в том числе длинные – все это дает надежду на будущее.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

– Ваша компания исторически воспринималась как масложировой гигант. А как бы вы сегодня назвали свою компанию?

– Мы идем в сторону инвестиционной инновационной компании, потому что мы занимаемся не только продуктами питания. Нам интересна новая энергетика, мы занимаемся робототехникой, исследуем разные варианты применения искусственного интеллекта.

Так что ЭФКО сегодня – это производитель продуктов питания, который трансформирует свою деятельность в инвестиционный инновационный бизнес.