
Фото: REUTERS.
Власть, уверенная в собственной победе, не просит убрать с дистанции ключевых соперников за двое суток до голосования. Поэтому особенно показательно то, что происходит в Армении перед парламентскими выборами, которые должны состояться 6 июня 2026 года.
Армянская кампания вошла в финальный вираж после теледебатов 4 июня, на которых премьер-министр страны Никол Пашинян фактически предложил другим участникам обратиться в ЦИК с требованием снять с выборов «Сильную Армению», блок «Армения» и «Процветающую Армению».
То есть те силы, которые способны собрать вокруг себя значительную часть антипашиняновского голосования. Его собственная партия такого заявления не подает, чтобы ее не обвинили в «нейтрализации конкурентов», но сама подсказка прозвучала достаточно ясно.

Фото: REUTERS.
Позже партия «Республика» обратилась в ЦИК с требованием отменить регистрацию блока «Сильная Армения». Комиссия это обращение отклонила. Однако главным событием последних дней кампании стал уже не юридический итог, а сам факт попытки. В зрелой демократии такая мысль за сорок восемь часов до выборов могла бы сжечь карьеру политика. В нынешней Армении она стала частью предвыборной повестки.
Официальные материалы ЦИК фиксировали обращение партии «Республика» об отмене регистрации избирательного списка блока «Сильная Армения». Отдельные уведомления касались и ходатайств Генпрокуратуры по кандидатам из списка этой силы. Партия Пашиняна словно отходит на полшага назад, оставляя дверь открытой для «инициативы снизу» - или, точнее, сбоку. Формально: не мы. Политически: все всё поняли. Это и есть оговорка власти, у которой сдали нервы.
Настоящий страх Пашиняна сегодня - не получить на выборах второе место. Его настоящая катастрофа будет иной. Его партия «Гражданский договор» еще способна выиграть выборы в парламент, но может проиграть страну по сумме несогласных. Впервые за долгое время проценты оппозиции складываются в альтернативное большинство.
По данным ряда западных социологов, картина выглядит для Пашиняна крайне тревожно: его партия «Гражданский договор» - около 37%, «Сильная Армения» - 26%, блок «Армения» - 12%, «Процветающая Армения» - 6%, «Крылья Единства» - 5%.
У партии Пашиняна - около 37%. Но у совокупного антипашиняновского поля - значительно больше: в зависимости от методологии подсчета, прохождения барьеров и коалиционной конфигурации, речь идет о зоне, способной превысить правящую силу не только математически, но и политически. И главный страх Пашиняна не в прямом электоральном поражении, а в сочетании коалиционных подсчетов и сложной политической динамике, которую предстоит пережить после голосования. Первое место без контроля над будущим. Победа в одиночку - и поражение в сумме. Лидерство на табло - и утрата управляемости в послевыборной политике.
«Процветающая Армения» Гагика Царукяна это устойчивая региональная сеть, социальная память о стабильности, бизнес-среда, прагматический электорат и умеренная оппозиционная ниша.

Фото: REUTERS.
«Сильная Армения» Самвела Карапетяна — другой голос. Это уже не только партийная структура, а символ альтернативного ресурса: финансового, организационного, диаспорального, связанного с крупным капиталом и способного говорить с теми избирателями, которые разочаровались в Пашиняне, но не обязательно хотят возвращения старых партийных формул.

Фото: REUTERS.
Царукян может собирать социально-региональное недовольство. Карапетян - голос тех, кто видит в нынешнем курсе Пашиняна не модернизацию, а демонтаж остатков национального суверенитета. Вместе они превращают оппозицию из набора обид в конкретную политическую конструкцию. Поэтому попытка вывести их из игры выглядит не как борьба с нарушениями, а как борьба с самой возможностью альтернативы.
Российский сигнал прозвучал еще в апреле: президент Владимир Путин подчеркнул, что «нам бы очень хотелось, чтобы все политические партии и политики смогли участвовать во внутриполитической работе в ходе выборов», добавив о находящихся под стражей политиках: «Это - ваше решение, мы не вмешиваемся, но хотелось бы, чтобы все они… смогли принять участие».
Сейчас вопрос уже не в том, кто соберет 37, 32 или 26 процентов. Он гораздо жестче: остались ли выборы в Армении честным столкновением проектов будущего, или они превратились в церемонию допуска к заранее выбранному сценарию? После попытки вынести оппозицию за скобки у Пашиняна возникает риск, куда более коварный, чем поражение: победа, в которую перестают верить.
Пашинян подтвердил, что уже выбрал ЕС, но почему-то не торопится сказать об этом России