Елизавета Белякова: «Социальные сети оказались влиятельнее родителей»

Елизавета Белякова и Олег Карпов

Фото: Алексей ПОСНИКОВ.

Социальные сети и блогеры, по мнению родителей, влияют на взгляды и поведение подростков сильнее, чем школа или даже семья. К таким выводам пришли авторы исследования Альянса по защите детей в цифровой среде, в котором приняли участие более 1020 родителей из разных регионов России. В кулуарах Петербургского международного экономического форума председатель Альянса Елизавета Белякова рассказала «Радио «Комсомольская правда» о том, почему 78% опрошенных назвали соцсети главным фактором социализации, как бороться с однобоким негативным контентом и почему родительский контроль нужно ставить в момент выдачи первого телефона.

«ПО ШЕСТЬ ЧАСОВ В ИНТЕРНЕТЕ, НО МЫ НЕ ЗНАЕМ, ЧТО СМОТРЯТ»

- Альянс провел исследование среди родителей несовершеннолетних детей. Оказалось, что родители считают социальные сети и блогеров более влиятельными для подростков, чем школу, а иногда даже семью. Как в этих условиях меняется подход к цифровой безопасности детей?

- Цифры меня тоже очень удивили, когда я увидела, какой процент родителей считают, что именно платформы влияют на детей. Только что у нас прошла сессия по цифровой безопасности, и сами платформы это подтверждают.

Оказывается, что в среднем дети около 6 часов в день проводят на социальных платформах. К сожалению, сейчас Mediascope не может посмотреть, что конкретно дети там делают — это общее время пребывания. Возможно, это общение, создание контента, роликов, чтение новостей. Как раз одну из задач, которую мы взяли на себя по итогу сегодняшней сессии, — попытаться понять, что они там делают, как потребляют контент и какой именно. Это очередной вызов. Понятно, что мы всегда даем совет: родители должны сами интересоваться тем, что дети делают в соцсетях. Но дети с определенного возраста уходят от этих ответов, они все равно не расскажут, и уже поздно пытаться вывести их на разговор.

С точки зрения кибербезопасности я надеюсь, что к 1 сентября мы этот трек отработаем, поймем, почему такой значительный рост интереса к платформам, и, возможно, сделаем какие-то дополнения к «Разговорам о важном» для детей или соберем единое родительское собрание, если это какая-то проблемная точка. Но, возможно, ничего страшного не происходит: просто дети создают контент, общаются и, по сути, проводят время так, как раньше на улице. Просто идет процесс киберсоциализации на социальных платформах.

ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ РОЛИКИ

- Могу привести личный пример. Я сам папа двух детей-подростков, которым сейчас по 15 лет. Если дочка проводит много времени в интернете, но свои впечатления держит в себе, то сын, наоборот, выплескивает на меня всё, что он там видит. И меня это временами пугает. Он смотрит рилсы с кардинально критическими идеями ко всему, что есть в стране. Я пытаюсь переубеждать, объяснять… Что то, что льется на него из интернета, — это не всегда правда. Но он часто на самом деле верит социальным сетям и интернету гораздо больше, чем мне.

- Вы подтверждаете, что вскрылась большая проблема — какой контент и как потребляют дети. Сейчас дети не читают большие СМИ, они потребляют информацию именно через платформы. Несмотря на ограничения и блокировку, дети умные, они находят миллиарды способов это обойти. Блокировки не работают нигде, даже в Китае.

Это про то, чтобы понять, как и какой контент потребляют дети. Возможно, тогда и сами медиа немного перестроятся, чтобы для молодых читателей доносить правильную новостную повестку и перекрывать пласт негатива, который сейчас на детей сыплется…

- Я бы сказал однобокую информацию.

- Да, однобокий, достаточно негативный новостной контент. И кажется, что это будет в перспективе большой проблемой. Поэтому мы постараемся оперативно сделать исследования. Возможно, и к вам придем - сделаем совместно с медиа, чтобы всем посмотреть и понять, что же там происходит: шортсы, рилсы, что дети читают, кто для них это генерит.

Это интересно и с точки зрения развития цифровых компаний, и с точки зрения влияния, и с точки зрения детской безопасности. Потому что очень легко настроить ребенка, если постоянно подкидывать ему эмоциональные ролики, которые будут вызывать негативные реакции. У детей еще формирующееся критическое сознание, они будут воспринимать это как чистую монету. А это большая беда.

ЦИФРОВАЯ ПРИВИВКА

- 58% родителей сообщили, что не всегда понимают, каким контентом ежедневно пользуются их дети. Почти половина родителей — 46% — в вашем исследовании признались, что сталкивались с ситуациями, когда ребенок скрывал свою активность в интернете. Означает ли это, что модель тотального родительского контроля больше не работает и нужны новые подходы?

- Я не считаю, что должны быть какие-то принципиально новые модели и подходы. Единственное, что должно появиться, — это обязательное донесение до родителей: в тот момент, когда они дают ребенку первое мобильное устройство — телефон, планшет, — они обязаны поставить родительский контроль. Потому что она сможет фильтровать контент, ограничивать время пребывания в сети. И только в этом возрасте можно приучить ребенка к культуре цифрового потребления.

- Родители, которых вы опрашивали, — это в основном родители подростков 10–14 лет. Они уже сепарируются, скрывают то, что там происходит.

- Да. И многие родители, не пройдя собственный личный путь цифровизации, не понимали, насколько важно в первый момент поставить эти системы. Потому что потом ребенок реально пытается их обойти. Но если он уже будет понимать, что обойти можно, но его приучили: «вот этот контент хороший, вот этот плохой, у нас есть такие соцсети и такие соцсети», — то к 13–14 годам у него сформируется критическое мышление с разумным потреблением информации из интернета и ее созданием.

КТО НАЖМЕТ «КРАСНУЮ КНОПКУ»?

- Родители по-прежнему считают себя главными ответственными за безопасность детей в интернете, но при этом всё чаще ждут участия государства и цифровых платформ. Где сегодня проходит граница ответственности между семьей, школой, государством и бизнесом?

- Мне лично кажется, прежде всего это семья. Потому что, когда в семье доверительные отношения, ребенок всё равно расскажет, что он попался на удочку мошенников, его что-то напугало в интернете. Это открытый, честный диалог.

Часто, когда ребенок сидит дома со смартфоном, кажется, что он в безопасности, и не очень интересно, что он там делает.

- Потому что чужие далеко вроде бы.

- Да, но это не так — он, по сути, постоянно находится с чужими. Конечно, важна ответственность цифровых платформ и компаний. У нас они социально ответственные. Например, сегодня на IT-завтраке говорили о том, как влияет искусственный интеллект на детей. Компания «Яндекс» уже встраивает в «Алису» систему, которая позволяет понять, что с ней говорит ребенок. Конечно, дети пытаются эту систему поломать, обманывают голосом. Но это же здорово, что сами компании понимают: это надо делать на моменте создания технологии.

- А как быть с ситуациями, когда компании отказываются сотрудничать? Вы приводили пример с Roblox.

- С точки зрения государства и регулятора, когда они видят уже совсем критические ситуации, они зачастую блокируют ресурс. Как произошло с Roblox, который отказывался удалять ряд проблемных игр. Там было несколько игр про закладчиков, которые причем вели в офлайн. Действительно, есть рост преступлений такого характера среди несовершеннолетних. И были игры про зацепинг. Меня удивляет, что сама платформа категорически отказалась это удалять. Поэтому государство как регулятор вынуждено вмешиваться.

Но мне кажется, тут надо по большей части пытаться договориться родителям и бизнесу, чтобы не было потом таких жестких мер, как блокирование.

Справка: согласно исследованию, среди главных цифровых угроз родители выделили интернет-мошенничество (76%), опасное общение с незнакомцами (73%), вовлечение в противоправные схемы (68%), зависимость от соцсетей и игр (65%), кибербуллинг (54%) и распространение фейков (34%).

ПРОБЛЕМА «ХОРОШИХ» ДЕТЕЙ

- Исследование показало, что большинство родителей поддерживают специальные стандарты безопасности для цифровых сервисов и различных продуктов для детей. Какой должна быть безопасная цифровая среда будущего? И кто должен определить ее правила?

- По сути, сообщество сейчас ее и определяет. Должна сформироваться, как мы ее называем между собой, «цифровая прививка». Потому что технологии и дальше будут развиваться, и надо научиться прогнозировать на перспективу, какие цифровые угрозы будут появляться в будущем.

Мы в прошлом году начали работать над проектом «Индекс цифровой безопасности». Он должен как раз на два года вперед прогнозировать, исходя из региона, какие цифровые угрозы там могут возникнуть. Тогда и государство, и бизнес смогут действовать на опережение мошенников.

- С какими проблемами вы столкнулись?

- Сложная система индекса — 40 компонентов. Но одна из групп, которую мы опрашиваем, — это дети. А дети, до которых мы можем дотянуться, — это те, кто ходит в детские общественные организации. Поэтому цифры от них вообще замечательные: «ничего не надо делать, мы всё знаем про кибербез».

Как раз сегодня я просила на IT-завтраке помочь нам дотянуться не только до таких детей, которые уже всё знают, но в целом до школ, где учатся дети с разной цифровой грамотностью, в том числе и до детей-хулиганов в хорошем смысле — которые по-честному, возможно, ответят на эти вопросы. Потому что без детского участия мы не сможем построить этот прогноз.

- То есть честные ответы проблемных подростков важнее, чем формально правильные?

- Мне кажется, это поможет сформировать безопасную цифровую культуру потребления. На самом деле дети очень умные. Мы начали смотреть на тенденции поведения детей в социальных сетях. И достаточно большое количество подростков, например, не выкладывают собственное лицо на аватарку. Они считают, что это плохая тенденция, плохой тон, это не модно.

Хотя я, когда получила свой первый телефон с социальными сетями, надо было обязательно выложить свое фото. А сейчас дети учатся цифровому этическому поведению — и это интересная тенденция.