Севастопольский винодел Олег Николаев: «Крымский полуостров вдохновил всю индустрию России развиваться и становиться лучше»

Фото: личный фотоархив Олега Николаева.

– Виноделы ждут, что Госдума легализует онлайн-торговлю вином, а полки магазинов с винными картами в ресторанах обяжут на 20% составлять из отечественных игристых и тихих. Не расслабит ли такой «административный ресурс» всю индустрию?

– Российские виноделы не пришли на все готовое. Это долгая конкуренция с иностранными брендами, когда им отдавалось предпочтение в любой дистрибуторской сети. Просто потому, что условная Бургундия была на хайпе. И это считалось знаком качества. В ресторанах особенно. Сомелье составляли винные карты из громких названий…

– Так что мешало конкурировать с этими громкими названиями?

– С 2014 года Крым и Севастополь задали конкуренцию, которая сделала лучше все российское вино. Именно с полуострова в его новейшей истории началась инициатива о географическом наименовании. Вспомните, сколько в стране было импортного виноматериала – Африка, Чили и так далее. Теперь российское вино – это вино, выращенное и разлитое исключительно в России. А разрешение интернет-торговли – очередной шаг в развитии. Она ни к чему не обязывает, потребитель сам решает. Но это важно, в первую очередь, потребителю. Он не будет переплачивать дистрибуторам. Иногда наценки составляют до 200 процентов, и российское вино станет доступнее. Особенно малых, авторских виноделен.

– Этот закон для них?

– В том числе. Сколько локальных брендов стали популярными благодаря онлайн-сервисам – востребованными во всей стране. Люди сами выбирают, что им по душе. А маленькие винодельни очень часто сталкиваются на различных форумах и выставках с ситуацией, когда люди, попробовав продукт, хотят его купить. Люди из разных регионов. Представьте, как сложно малой винодельне из Крыма или Севастополя присутствовать в сетях всех 89 субъектов. А с разрешением онлайн-торговли эта проблема исчезает. Вино из Севастополя появится на столе в Сахалине или Донецке. Это же прекрасно.

– Допустим, государство поможет. А что сами виноделы? Как вы занимаетесь собственным продвижением в условиях запрета рекламы алкоголя? Или это тоже надо разрешить?

– Когда-то мы не могли мечтать и об онлайн-торговле. Посмотрите, как мы продвинулись: три законопроекта в Госдуме. А про самопродвижение виноделов расскажу на конкретном примере Севастополя. В прошлом году мы объединились в один из крупнейших терруаров на российском Причерноморье «Палакия», на плато Кара-Тау.

– Что это за место? В чем его магия, и как именно почва и климат этого участка считываются в бокале?

– Это опыт, который практикуют виноделы из старейших винодельческих регионов во всем мире.

Мы хотим, чтобы наши вина из хозяйств, находящихся поблизости и объединенных своими неповторимыми особенностями, микроклиматом, почвой, близостью к морю, или наоборот -отдаленностью, стали узнаваемыми. Есть «мегабрэнд» - российское вино, далее севастопольское вино, а мы – терруар «Палакия», отличающийся от соседей. Уникальное место. Сочетание климата, рельефа и почв открыли еще в античности, когда здесь появился самобытный полис для занятия виноделием. Севастополь по праву должен стать винной Меккой нашей страны, сохраняя свою историю и традиции. И объединение в терруар позволит вырабатывать общие правила и технологии, определить сорта винограда, которые станут его визитной карточкой и сделают его уникальным и узнаваемым.

– Еще в этом году до и во время ПМЭФ обсуждали амбициозный проект — агротуристический кластер «Республика севастопольских виноделов», который называют чуть ли ни первым в России винодельческим коворкингом для инвесторов и стартаперов. В чем смысл плодить себе конкурентов, и есть ли к нему интерес?

– Сразу, как мы о нем заговорили, проект «Республики» привлек внимание инвесторов. Более 170 гектаров неиспользуемых земель «Севастопольского винодельческого завода» будут введены в сельскохозяйственный и экономический оборот. Первые вложения составят более полумиллиарда рублей. Это обработка, закладка новых виноградников и закупка посадочного материала. И еще столько же: строительство винодельни, дегустационных залов, эно- и агротуристической инфраструктуры. Мы создаем «инкубатор» для малых винодельческих хозяйств. Участникам проекта будет обеспечен весь сервис: команда агрономов, логистика и каналы сбыта. А архитектурное сообщество России на базе «Республики» создаст уникальную планировку сельскохозяйственной территории, где поля также будут подчинены единому замыслу. Вскоре вместе с нашим зодчим, известным архитектором Алексеем Комовым, мы представим общую н концепцию на архитектурном совете Севастополя, чтобы вместе с городской властью разработать архитектурный код для винодельческих хозяйств. Мы можем объединить все виноградники в архитектурный ансамбль, путешествие по которому станет увлекательным приключением и просвещением для миллионов наших соотечественников.

– Сейчас много дискуссий о том, что такое «русское вино». Какой вы видите его идентичность сегодня? Мы уже нашли свой уникальный стиль, который отличает нас от Европы и Нового Света, или мы всё еще в процессе этого поиска?

– Мы уже прошли достаточно большой путь в российском вине. И хорошо, что винная отрасль существует у нас уже с момента основания Херсонеса. Сейчас происходит взрывной рост – именно малых авторских виноделен которые в итоге и создадут тот многообразный и уникальный продукт - Русское вино. Уже сейчас наши вина утрут нос многим винам старого и нового света, а впереди нас ждут великие российские вина. Для этого все условия у нас есть. В том числе и благодаря поддержке региональных и федеральных властей.