«Как быстро крылья вырастают, когда такие облака...»: Маленькая поэма о большой любви

Посвящается всем бойцам СВО и их вторым половинам

Фото: Мария ЛЕНЦ. Перейти в Фотобанк КП

В лучах июльского рассвета

Под пенье птиц и шум листвы

Летела «Ласточка» сквозь лето

По рельсам в сторону Москвы.

Гнала, неслась как неотложка.

И в ней, как десять дней назад,

Сидел солдатик у окошка,

Точнее, молодой солдат.

В минувший день оставив снова

Родной и милый горизонт,

Он после отпуска из Пскова

Спешил в свой батальон на фронт,

Чтоб гнать врага напропалую.

Среди вещей, среди стряпни

Нашёл вдруг вышитый вручную

Шеврон «Спаси и сохрани».

Он был сродни святым иконам,

Сулившим жизненный уют.

Решила мать, с таким шевроном

Её сыночка не убьют.

Солдат, почувствовав разлуку,

Припомнил, как в последний раз

Спешил с родителями к югу

По тем же рельсам, что сейчас.

И счастье было безразмерно.

И также выплывал рассвет.

С тех пор прошло лет сто примерно

(Точней, всего двенадцать лет).

Какая малость, в самом деле.

И вновь по-прежнему в пути

Мелькали сосны, клёны, ели.

И Тверь осталась позади.

Сказал спасибо проводнице.

Как прошлым летом, он опять

Билет взял так, чтоб по столице

Перед отъездом погулять.

Жара ещё не доставала.

В сторонке закурив, солдат

От Ленинградского вокзала

Побрёл куда-то наугад.

И хоть всё было незнакомо,

В военной форме с рюкзаком

Он ощущал себя как дома,

Блуждая по Москве пешком.

А дальше что? В пылу прогулки,

Залюбовавшись стариной,

Он где-то в узком переулке

Столкнулся с девушкой одной.

Здесь кто-то углядит в сюжете

Обман, подделку, скажет:

«Бред.

Для разговоров есть соцсети

И безлимитный интернет —

Вот там знакомства, а такое

Для низкопробного кино...»

Всё это так, но эти двое

Разговорились всё равно.

Она нисколько не в обиде

Взглянула мельком на него.

Солдат воскликнул:

«Извините!»

Она сказала:

«Ничего».

«Вот вечно так со мной, ей-богу.

Метро за этим домом?»

«Нет».

«Вы не подскажете дорогу?»

Кивнула вежливо в ответ.

Спустя минуту, как ни странно,

Услышав имя Алексей,

Она ему сказала:

«Анна».

«А вам куда?»

«Я шла в музей».

Ещё чуть позже житель Пскова,

Войдя в старинное жильё,

Смотрел на вещи Васнецова,

Но чаще всё же на неё.

Оставив отзывы в журнале,

Пошли на Чистые пруды.

О чём-то громко хохотали.

Невольно перешли на ты.

Те, кто влюблялся, точно знают

И подтвердят наверняка,

Как быстро крылья вырастают,

Когда такие облака.

О, эта сладость безрассудства!

Мгновенья чудные! Меж тем,

Вся прелесть в том, что это чувство

Не перепутаешь ни с чем.

Смотрели в небо. Шли дворами.

В тенёчке сделали привал.

Он торопился со словами,

Но слов на ветер не бросал.

«Что впереди? — спросил. — Край света.

Война. Прилёты. Блиндажи.

И, разумеется, победа.

Но ты мне всё-таки скажи...

Осталось времени так мало...

Мой поезд вечером...»

Она

В ответ его поцеловала,

Всё этим объяснив сполна.

Среди традиций и устоев

У женщин издавна в крови

Любить и ждать своих героев —

Героям трудно без любви.

...Толпились люди на перроне.

Смешалось всё в его глазах...

Вечерний мрак... Её ладони...

Вагоны... Стрелки на часах...

Табачный дым... Чужие лица...

Ещё минута или две —

И всё, и всё, как говорится...

Она останется в Москве.

При этом не было печали.

Он наконец вошёл в вагон.

Потом колёса застучали.

Солдат уснул. И видел сон.

Во сне они гуляли снова.

И к ним опять издалека,

Как на картине Васнецова,

Красиво плыли облака.