
Фото: Иван МАКЕЕВ. Перейти в Фотобанк КП
Украина готовит новый дрон, который сможет бить вглубь территории России. Это опять дело рук Штилермана, главы Fire Point. Этот человек анонсирует удары по Москве осенью баллистическими ракетами.
На Радио «Комсомольская правда» говорили с разработчиком БПЛА, кандидатом технических наук Сергеем Товкачом.
— Что делается для того, чтобы лучше защититься от «сюрпризов старика Штилермана», есть подвижки?
— Подвижки происходят сейчас по всем фронтам. Что касается Штилермана, этот товарищ постоянно делает заявления.
— Про стаи его «Фламинго»?
— Да, которые полетят так массово, что всех на своем пути будут уничтожать.
— Что в итоге?
— Сначала полетел один «Фламинго». Через полтора месяца с горем пополам полетели три «Фламинго». И так они раза три-четыре летали.
— Главное — летали.
— Летали, но надо делить на 10 то, что Штилерман говорит. Понятно, что Украина придумывает всякие пакости нам.
— По большей части — в плане креатива?
— В этом они очень эффективны. Все время нам что-нибудь придумывают. Но их бравурные заявления надо делить на два.

— Они показали и ракету от Fire Point.
— Это близкая к Зеленскому компания. Они показали ударные дроны, FP-1.
— Дальнобойные?
— Дальность почти 3,5 тысячи. 60 килограмм взрывчатки. Есть FP-2 — там 700 километров и 200 килограмм.
— Как этому противодействовать — стену-то не построишь?
— Стену ПВО можно построить. Их FP-1, и FP-2 имеют максимальную скорость до 200 км/час.
— Небыстро?
— Быстро — это с 400 км/ч. Вот это уже область реактивных самолетов.
— Почему 200 км/ч — это медленно?
— Потому что есть такой класс ПВО, как дроны-перехватчики. Они дешевле, чем ракета «Панциря». И многократно дешевле, чем ракета Patriot или С-400. Эти дроны эффективно сбивают такие «пердолеты».
— Украинцы этой темой занялись давно?
— Два года назад. И развили ее. Дело не только в дронах-перехватчиках. Они создали целую систему обучения людей, информирования МОГов. Это целая структура, все вокруг дронов завязано.
— Но у нас такие дроны тоже есть?
— У нас тоже движутся в этом направлении, но немножко попроще. И эти дрончики могут встречать ударные дроны противника на передовых рубежах.
— Где именно?
— Над Черным морем, над пустынными регионами ЮФО, где не опасно, что он упадет, — и большую часть их сбивать там. И городу или защищенному объекту останется всего два-три последних дрона. Которые может добить либо «Панцирь», либо мобильная огневая группа. Но сбивать противника нужно на прилете. Создать эту стену по всей территории России с использованием современных средств, таких как дроны-перехватчики, можно и нужно.
— А в приграничных районах?
— В приграничных регионах другой подход нужен к перехвату дронов. Там другой класс беспилотников, в основном, работает — FPV-шки и «Дартсы». Это дроны ближнего радиуса действия. А мы говорим о глубинах России, куда летят миддлстрайки и дипстрайки — FP-1 и FP-2.
— И тут у нас есть успехи?
— Да, мы своим РЭБом выпихнули противника на более высокие частоты — с классических частот. Мы доминируем в этом классе вооружений. И по волокну мы тоже доминируем.
— Дроны на оптоволокне?
— Да, по волоконникам мы доминируем. Не по количеству, а по качеству этих дронов, по их развитию, по качеству волокна.
— Надо защищать территорию или объекты?
— Территорию.
— Недавно было разрешено предпринимателям закупать системы ПВО — но пользоваться ими могут только военные.
— Да, фактически разрешили спонсировать военным покупку ПВО, которой будут защищать этот район.
— А китайские средства ПВО не разрешили закупать?
— Северокорейские. Китай не участвует в мероприятиях, а Северная Корея с удовольствием продаст все.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Нужны ли танки и самолеты в современных боях: кто может стать конкурентом беспилотникам