
Фото: кадр из фильма.
В прокате — в том числе в теневом в России — продолжается показ «Одиссеи» Кристофера Нолана: эпичной экранизации гомеровской поэмы про царя Итаки. В начале августа картина уже начала окупаться и при бюджете в 250 млн долларов собрала более 911 млн долларов. Критики ломают копья, выискивая изъяны — например, рифленая, как чипсы, броня троянцев с бэтмановскими соска'ми) — и «неправдоподобие» в фильме (!) по мифам (!!), патентованные пацифисты уже записали эпопею про войну в антивоенные фильмы (перепутав с "Илиадой"), а IMAX-пуристы требуют долива пива после отстоя пены садиться за просмотр строго в залах с гигантскими экранами. KP.RU тем временем собрала перечень ключевых претензий к голливудскому историческому блокбастеру. Что же с ним не так?

1. Елена Троянская не может быть темнокожей. Несмотря на то, что в «Одиссее» героиня упоминается всего в одной главе (это в «Илиаде» образ раскрывается — и то общими словами: элегантно одетая, красивое лицо, обладательница красивых волос), зрители посчитали утверждение на роль кенийско-мексиканской актрисы Лупиты Нионго «разнарядкой по «Оскару», диктатурой прогрессивизма и too good to be true. Даже амфоры с изображением Елены в пример приводят! Кстати, черный эффект Нолан назло критикам удвоил: актриса играет и сестру Елены — Клитемнестру, жену микенского царя Агамемнона (хотя по мифу близнецами героини быть не могли — они сестры по матери).

2. А где греческие актеры? Недоумевает не только публика из Афин. Конечно, речь не идет о тотальной локализации, но как снимать эллинистические времена без фактурных носатых и бровастых мужиков? Нолан взял только одного — Майкла Вламиса — и то на совсем незаметную роль. Подключилась даже греческая диаспора! Пишут, мол, универсальность не требует отрыва от истоков. А еще Греция отвалила на создание картины 6,5 миллионов долларов, на минуточку.

3. Почему Одиссей такой мрачный? Понятно, времена непростые, да и миссия почти невыполнима. Но где фирменный гомеровский (но не гомерический) смех над главным героем? В поэме он то и дело поддевает его, подчеркивая ушлость и хитрое обаяние. У Нолана персонаж получился вечно измученным рефлексией, будто собратом по несчастью Оппенгеймера (или Бэтмана).
4. Почему нет мясорубки, как в «Трое»? Пожалуй, ключевой аргумент к создателю «Одиссеи». Многие забывают, что фильм Вольфганга Петерсена с Брэдом Питтом в главной роли был основан на «Илиаде» (да и вообще: странно ждать от Нолана тупого боевика), в том сценарии вообще купированы боги, сюжеты смешаны и мифами приправлены. Там даже сюжет переврали.

5. Слишком много звезд! Тоже частый, хоть и странный для Голливуда упрек. Мол, каждый кадр буквально утрамбован знаменитостями, будто режиссер не собирается удерживать внимание мастерством и волшебством, а ежеминутно боится потерять каждого, кто пришел на фильм и уже доел попкорн, вот и фарширует ВИПами древнегреческий винегрет. Навязчивое бинго в серьезной психологической драме.
6. А что с речью? Понятное дело, что в России мы смотрим дублированную «Одиссею». Но те, кто видел картину в оригинале, ругают артистов, на чем свет стоит, за современный английский, никак не уместный для Древней Греции. «Тоскуешь по папочке, которого ты даже не знал?» — «Мой папа возвращается домой». В пример приводят сериал «Рим» или фильм «Гладиатор», где присутствует современный язык без архаики, но и без интернет-сленга. Всего лишь стоило заменить dad на father.

7. Костюмы — дно. Бессмертная претензия примерно к каждому историческому проекту. Досталось и «Одиссее». Кожаные гладиаторские доспехи, полированные мечи, Агамемнон чуть ли не в костюме Дарта Вейдера — все это попросту неуместно для периода Микенской Греции (около 1600–1100 гг. до н. э.). Дотошный зритель требует дендрийские доспехи (набор защиты древнего микенца — дико громоздкие и дико эффективные) и короткие бронзовые мечи. Штаны греки тоже не носили, это считалось одеждой варваров. Мужики тогда носили хитоны и плащи.
8. Унылая цветокоррекция. Туман, минимум ярких акцентов, то серо-холодная палитра, то желтовато-болезненная — то, что удивляет зрителей, бывавших хоть раз в солнечной Греции. А кто не был, тот видел картинки средиземноморских пейзажей, которые всегда ассоциируются с солнцем, насыщенными цветами и контрастами моря и камня.

9. Откуда корабли викингов? Да, драккары — мощные боевые парусно-гребные ладьи — это, прежде всего, красиво. И эпично. Но антиисторично в данном случае. За корабль ахейцев Нолан почему-то решил выдать современное норвежское судно Draken Harald Hårfagre — с одной стороны, видимо, отсылка к ЧМ-2026, где знатно попылили норвежцы, с другой — объект отстает от эпохи Троянской войны примерно на два тысячелетия.
10. А где, собственно, путешествие? Особо притязательная публика, ждущая от Нолана максимального погружения в Бронзовый век — эпоху потрясений, землетрясений, перемен и разрушенных цивилизационных планет, — оказалась разочарована. Что за историю мы посмотрели? Как это (всё, кроме встречи с Циклопом) вообще меняет героев? Почему вместо монументального десятилетнего исследования — себя, в первую очередь — зрителю подсовывают попурри: набор потасовок со скорой высадкой и убытием? В чем тот самый изнурительный марафон, после которого ни Одиссей, ни мир вокруг него, никогда не будет прежним? Куда выветрился гомеровский эпос — густая, вязкая, перенасыщенная реальностью материя?

Всё вышеперечисленное — и все, что еще будет написано «против» фильма «Одиссея» — бьет один весомый, как бельгийский карманный пистолет «Байард» доктора Груздева в «Место встречи изменить нельзя», аргумент.
Нолан. Снимал. Художественное. Кино.
По поэме, основанной на мифах, авторство которой до сих пор оспаривают (некоторые исследователи полагают, что «Илиаду» и «Одиссею» писали два разных человека — и стилистически это ощутимо, даже лексический ряд разный). Время действия: дай бог 12 век до н.э. Бронзовый. Так предполагается.
Так о каком соответствии «духу истории» и какой «правде жизни» может идти речь?
В новом переводе «Одиссеи» Григория Стариковского, вышедшего в марте 2026 года, зубодробительный гекзаметр сменяется прозрачным тактовиком, а авторская ирония — по заветам «Поэтике» Аристотеля» — доходит чуть ли не до эксцентрики. Вот как Эвримах издевается над Одиссеем: «Эй ты, побирушка, твоя лысина отсвечивает!».
Ну и?!
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Стас Михайлов — про испытания, воспитание детей и отношение к Владимиру Путину