Взорванный в Монако миллионер Ермолаев заговорил и показал на украинскую разведку: Такая бомба есть только у ГУР

Взорванный в Монако бизнесмен Ермолаев обвинил ГУР Украины в покушении

Юлия АЛЕХИНА

Вадим Ермолаев дал первое большое интервью. Фото: vadymiermolaiev.info

Вадим Ермолаев пережил 29 июня взрыв на пороге собственного элитного дома в тихом уютном княжестве на южном побережье Франции: его гражданской жене ампутировали ногу, 13-летний сын был ранен, сам он выкарабкался из критического состояния с осколочными ранениями и ожогами. Два месяца спустя девелопер и хозяин сети колл-центров из Днепропетровска дал первое большое интервью. Бомбу, по его словам, начинили редкой жидкой взрывчаткой, которая есть только у Главного Управления Разведки (ГУР) Минобороны Украины.

В понедельник, 31 августа, «Украинская правда» опубликовала первое большое интервью Вадима Ермолаева - 58-летнего застройщика и держателя мошеннических колл-центров из Днепропетровска, где он сказал главное: «Это очень редкая вещь, это жидкая взрывчатка, от которой потом остаются страшные химические ожоги на теле. Она не продаётся ни в магазине, нигде, её нет в обычных войсках». По его убеждению, такая субстанция имеется в распоряжении одной-единственной структуры - Главного Управления Разведки Минобороны Украины.

Будь это репликой анонимного телеграм-канала, её можно было бы смахнуть, как пепел с рукава. Но фраза произнесена человеком, за спиной которого уже выстроилась целая очередь мертвецов и арестантов: исполнительница покушения - украинка Березовская - застрелена двумя выстрелами в затылок и закопана в лесу под Киевом, в столичном СИЗО ждут суда двое - действующий офицер ГУР и бывший сотрудник СБУ. Официально им вменяют только убийство. Неофициально источники, близкие к следствию, называют их организаторами взрыва в Монако. Здесь важна каждая деталь - поэтому по порядку.

Девять вечера, порог дома

Вечер понедельника, 29 июня, около девяти. Дом на рю Реверан-Пер-Луи-Фролла - жилой квартал Монако у самой французской границы. Семья возвращается домой: отец, жена, сын-подросток. В подъезде их ждёт оставленная неприметным мужчиной сумка, а в сумке - самодельное устройство, набитое болтами и картечью. Взрыв накрывает всех троих ровно в тот момент, когда они переступают порог.

Гражданской жене Ермолаева ампутировали ногу

Фото: Соцсети.

Ермолаев - в критическом состоянии, осколочные ранения и ожоги, позже врачи в Ницце его стабилизируют. Его гражданская жена - тяжелейшие ранения ног, конечность пришлось ампутировать. 13-летний сын - ранен, состояние стабильное. Человек в чёрной шапке, скрывавшей лицо, уходит пешком в соседний французский Босолей и растворяется. Князь Монако Альбер II называет случившееся «гнусным преступлением», прокуратура исключает террористический мотив и квалифицирует дело как умышленное посягательство. Монако и Франция объединяют усилия. Княжество впервые за долгую память просыпается страной, где взрывают детей в подъездах.

Игрушечная машинка из Германии

По данным следствия, которые приводила «Украинская правда», именно под игрушечную машинку был замаскирован компонент электронного детонатора, переданный исполнительнице через Германию. Бомбу, ранившую миллионера, его жену и сына-подростка, собирали из игрушки.

Исполнительницей следствие считает Анастасию Березовскую - украинскую беженку, жившую с сыном в Германии. По показаниям арестованных, на которые ссылаются украинские СМИ, она согласилась участвовать в операции за деньги: мечтала купить дом на Украине.

Первого июля, уже объявленная в розыск Интерпола, Березовская зачем-то вернулась на родину. Третьего июля её встретили в посёлке Белогородка под Киевом, вывезли по Житомирской трассе и застрелили — две пули в затылок из пистолета Макарова. Тело закопали в лесу у села Юрьевка, оружие разобрали и утопили в озере. Через несколько дней яму нашли.

Девятого июля Печерский районный суд Киева отправил под стражу на 60 суток двоих подозреваемых в этом убийстве: военнослужащего ГУР Владислава Реута и экс-сотрудника СБУ Виталия Жиковича. За решёткой они увлечённо топят друг друга. Реут уверяет, что стрелял Жикович, а сам он лишь копал яму «из страха». Защита Жиковича парирует, что показания Реута меняются от допроса к допросу, а гражданский человек физически не мог запугать бойца спецподразделения. Попутно выяснилось, что Реут - взрывотехник и, по публикациям со ссылкой на материалы дела, признал изготовление той самой замаскированной детали детонатора. Жикович же настаивает, что сама Березовская собрать устройство не могла. Официально обоим предъявлено только убийство. Слово «Монако» в украинском обвинении не звучит. Пока.

Исполнительницей следствие считает Анастасию Березовскую

Фото: REUTERS.

«Они чётко понимали, что пострадают все трое»

Миллионер Ермолаев говорит из точки, где сходятся боль и расчёт: он потерпевший, он свидетель и он же - человек, которому есть что терять. Его реконструкция звучит жутко: «Они следили за мной с момента, как я вышел с семьёй из дома». Исполнители, настаивает он, «чётко понимали, что пострадают все трое» - и нажали кнопку. Замысел, по его словам, родился задолго до его майской поездки на Украину: слежку он датирует месяцами раньше.

Реут, взрывотехник ГУР, по версии Ермолаева, мог изготовить устройство лично и переправить его в Европу. При этом - примечательная осторожность - верхушку он выгораживает сам: причастность Офиса президента Украины или руководства ГУР миллионер пока считает маловероятной, многозначительно намекая: «это было бы слишком». Ещё 20 июля, из больничной палаты, он благодарил Зеленского и Макрона за внимание к делу. Его гнев направлен ниже: «Даже по Реуту никто публично не заявил, что сотрудник ГУР участвовал в убийстве Березовской». Он говорит о давлении на следствие, о том, что заинтересованные лица хотят «выгородить участников», что фигурантам в СИЗО поступают угрозы. Версии о мести криминала, о днепропетровских колл-центрах, о делах в России он отметает: не имел, не состоял, не участвовал.

ГУР, по данным украинских изданий, проводит внутреннюю проверку - и публично не произносит ни слова. Молчание в таких сюжетах - тоже показание.

Разведка, которая расследует сама себя

Со второго января 2026 года Кирилл Буданов*, пять с лишним лет олицетворявший ГУР, пересел в кресло главы Офиса президента Украины, а разведку возглавил Олег Иващенко. «Украинская правда» уже писала о том, как новый начальник методично ослабляет влияние предшественника на управление. И вот в этот натянутый, как струна, момент в киевском СИЗО оказывается офицер ГУР по делу, тянущему за собой Монако. Источники в СБУ, подбрасывают зеркальную версию: дело используют, чтобы скомпрометировать Буданова*. Le Figaro ещё летом допускала, что взрыв мог быть «предупреждением» миллионеру от спецслужб, а украинские политологи, напротив, считали более вероятной месть колл-центровой братии — местных силовиков и криминала. Версии множатся, отменяя друг друга, - и это тоже симптом: когда у государства нет одной внятной правды, вакансию занимают все остальные.

Вадим Ермолаев пережил 29 июня взрыв на пороге собственного элитного дома

Фото: REUTERS.

А параллельно работает следствие, которому безразличны киевские аппаратные интриги, - монакско-французское. Если европейские следователи придут к тем же выводам, что и источники украинских журналистов, европейская юстиция рискует упереться в спецслужбу «союзника» по войне с Россией. Внутренняя же война теней, которую Европа привыкла наблюдать в бинокль, получила прописку в самом застрахованном квадратном километре планеты - там, где не помогают ни кипрский паспорт, ни вид на море, ни соседство с князем Монако. Для Украины это особый тест, способны ли там расследовать дело как минимум собственных силовиков, а максимум — руководства страны, до конца - и произнести вслух то, что его же журналисты давно печатают. Для «монакского батальона» - и в целом для украинского капитала, уверовавшего, что расстояние от их собственной страны равняется безопасности, - это вообще ледяной душ. Первым заговорил Ермолаев. Судя по плотности недосказанного в этом деле, очередь за ним только выстраивается.

*Признанный в РФ террористом и экстремистом

«Не хотим прятаться в страхе»: Вадим Ермолаев дал первое интервью после взрыва в Монако