
В Великом Новгороде 21-летний Михаил Шалимов получил 12 лет колонии строгого режима за системную травлю 16-летней Дианы Кильдияровой из Уфы. Девушка полгода жила под непрерывным давлением анонимного преследователя, и едва не стала жертвой не только морального, но и физического насилия. Это первый приговор с реальным заключением под стражу за кибербуллинг.
Как сообщает «КП-Уфа», все началось весной 2024 года. Поводом послужила ссора в группе, посвященной игре Minecraft. В подобных сообществах активно общаются подростки и нередко ругаются между собой из-за игровых вопросов. Диана состояла в тематических чатах и в одном из них поссорилась с незнакомым парнем.
«Ему не понравилось название чата. Дочь не была администратором, но активно там писала. Он сказал ей: «Либо ты переименуешь группу, либо тебе будет плохо». А потом написал мне», - вспоминает мама девушки Ксения, которая тоже очень серьезно пострадала от этой истории.
Этим парнем был Михаил. В сети он действовал исключительно под чужими именами, и его настоящая личность долгое время оставалась неизвестной. Во время перепалки он начал угрожать публикацией личных данных Дианы. После этого его исключили из группы. Тогда он зашел с другого аккаунта и потребовал, чтобы девятиклассница на коленях просила прощения. Уфимка отказалась, и с этого момента ее жизнь превратилась в кошмар.
Скрываясь за анонимным профилем, Шалимов развернул масштабную кампанию преследования. Угрозы посыпались не только самой Диане, но и ее матери Ксении, младшей сестре и знакомым. Происходило все в соцсетях и мессенджерах. Личные данные семьи сливались в открытый доступ. Маму обидчицы он публично объявил «пропавшей без вести алкоголичкой».
Ночами на адрес семьи по несколько раз вызывали курьеров – те не давали спать. Используя дубликат номера телефона матери, Михаил проник в домовой чат и писал гадости от ее имени. Он даже получил доступ к банковской карте женщины. Правда, деньги его не интересовали.
Но и это далеко не все. Дальше – только больше. Трижды от имени Ксении он «минировал» уфимский торговый центр, школу и предприятие, где она работала.
Досталось и отцу Дианы, живущему отдельно: Шалимов создал от его имени канал с порнографическим содержанием и рассылал детям фотографии половых органов.
Отдельным эпизодом стало создание телеграм-канала от имени самой Дианы, куда он публиковал чужие фото и видео изощренных издевательств над животными. Зоозащитники Уфы поверили в подлинность роликов, и на девочку обрушились угрозы уже с их стороны. Затем по всему городу появились объявления с фотографией Дианы и просьбой «помочь найти живодерку». Шалимов заплатил 4,5 тысячи рублей одному из сердобольных зоозащитников за печать 300 таких листовок. Тот их расклеил.
За полгода от Дианы отвернулись почти все друзья, одноклассники и знакомые. Но не потому, что поверили в клевету, а так как они сами боялись стать объектами травли.
Ксения, как могла, защищала дочь и отбивалась от атак в сети. В полицию она обращалась неоднократно, но там советовали просто игнорировать анонимного кибербуллера.
Психологическое состояние девушки тем временем ухудшалось. Она постоянно плакала и не понимала, за что незнакомый человек уничтожает ее жизнь. А он просто продолжал. Дошло до того, что требовал, чтобы она покончила с собой. Несмотря на все это, Диане удалось поступить в колледж. Но тогда травля перекинулась и на одногруппников, и на само учебное заведение: туда тоже полетели угрозы о минировании.
Заявление на кибербуллера приняли в Следственном комитете Башкирии в октябре 2024 года. К тому моменту СМИ уже активно писали о том, через что пришлось пройти девушке и ее семье. После начала расследования СК и МВД отнеслись к поиску преследователя со всей возможной добросовестностью.
В январе 2025 года произошло то, чего так ждали Диана и ее мама: кибербуллера вычислили. Он жил в частном доме в деревне Трубичино Новгородской области. Брать его пришли с вооруженным отрядом Росгвардии, потому что поначалу было неясно, кто скрывается за столь масштабной травлей. Подозревали, что это не один человек, а целая группировка. Настолько массированным был кибербуллинг.
Дверь силовикам открыл довольно хилый парнишка, похожий на подростка. Это и был Михаил. Он жил с мамой, сестрами и отчимом. Единственным его увлечением, кроме компьютерных игр, была продажа «левых» учетных записей в Telegram – по 15 тысяч рублей за штуку. Эти доходы Шалимов использовал, чтобы вовлекать в травлю ни в чем не повинной девочки других людей.
Когда Михаила этапировали в Уфу, у Дианы появилась возможность посмотреть в глаза тому, кто превратил ее жизнь в ад. Но во время очной ставки он смотрел в пол и старался не пересекаться взглядом со своей жертвой.
«У него не было никаких эмоций. То ли еще не понял, что его ждет, то ли ему все равно. По показаниям, которые он успел дать, мы поняли, что это точно он, так как были озвучены факты, которые полиции не говорили. Мне он сказал, что ему скучно было, но что на самом деле там было в голове – непонятно. Внятного ответа я не получила», - рассказывала «КП-Уфа» мама Дианы Ксения Кильдиярова.
Михаила Шалимова обвинили сразу по четырем статьям Уголовного кодекса, среди которых были «попытка доведения до самоубийства» и «терроризм». По ходатайству следствия его отправили в СИЗО, а затем перевезли обратно в Великий Новгород. Там он сначала предстал перед судом по двум другим статьям – «развратные действия в отношении двух и более несовершеннолетних» и «изготовление и распространение порнографических материалов». По всей видимости, речь шла о тех самых интимных фото, отправленных от имени отца Дианы. Уже после этого Шалимов стал подсудимым по делу о попытке довести девушку до самоубийства.
«За совершенные деяния суд приговорил его к 10 годам лишения свободы. С учетом ранее вынесенного приговора за другое преступление окончательно ему назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима», - прокомментировали в Следкоме по Башкирии.
Мама девочки Ксения Кильдиярова отметила, что удовлетворена приговором.
Как рассказал «КП-Уфа» собственный источник, еще по ряду эпизодов расследование продолжается, и Шалимова будут судить снова. Итоговый срок, который Михаилу предстоит отсидеть, явно увеличится.