
Фото: Евгений СУЧКОВ.
Захлестнувшая Францию волна школьных протестов перекинулась на Италию: в Риме и Турине подростки захватили шесть учебных заведений.
Собственный корреспондент «Комсомолки» отправился в захваченный вчера лицей итальянской столицы, с которого все и началось - имени Камилло Кавура, первого премьера объединенного государства. Эта школа с научным уклоном считается престижной, входит в четверку лучших. Тут учатся римляне в третьем, а то и четвертом поколении, а мигрантов можно пересчитать по пальцам одной руки.
Но вот - даже у избранных накипело.
На подходе к лицею сразу видны признаки маленькой революции - граффити «Фашисты, прочь из школы и правительства. Долой правительство Мелони!» и «Власть - никчемные трусы».
А на балконе молодые люди вывешивают плакат: «Кавур наш! Деньги - школам, нет войне!»
Атмосферы гуляй-поля нет. Наоборот - «захватчики» подходят изнутри к двери, поднимают железную шторку на смотровой щели и только после этого впускают своих.

Фото: Евгений СУЧКОВ.
Взрослым вход запрещен.
- Я, конечно, могу вас пустить, сегодня мы здесь власть. Для русского журналиста мы бы сделали исключение, хоть вы и бумер, - говорит юный привратник. - Но если найдется крыса и стукнет на вас в полицию, помочь мы ничем не сможем.
Зато ко мне выходит 16-летняя Лаура Терези, глава комитета учащихся.
- Вы, как я понял, входите в «Оппозиционную студенческую альтернативу» (антимилитаристская и антифашистская организация старшеклассников - Авт.)?
- Верно, - кивает Лаура, поправляя каштановые волосы. - Наша ячейка устроила захват вместе с другими объединениями лицея, а сегодня утром другие ребята захватили в Риме технический институт «Латтанцио» и научный лицей Леви-Чивита. Это только начало.

Фото: Евгений СУЧКОВ.
- Зачем вам это все?
- Протестуем против правительства Мелони. Она проводит политику только для правящего класса, который хочет войны, это не в наших интересах, - чеканит девушка, уже привыкшая на школьных митингах произносить речи в мегафон.
- С французскими школьниками координируетесь?
- Нас, конечно, вдохновили тамошние протесты, и с французскими движениями есть связи. Но эту акцию мы устроили как-то спонтанно.
- А именно?
- Решение приняли вчера вечером, прямо очень быстро. До этого мы просили разрулить вопрос со спортзалом, протестовали, а дирекция нам вынесла выговор.
(Со спортзалом история, конечно, вышла удивительная - в разгар ковида лицеисты бунтовали против дистанционки, тоже захватив школу. Ночью решили заодно обследовать подземные ходы. Когда открыли старую котельную и пролезли в пролом в стене, увидели помещения с древними фресками.
Оказалось, это богатая древнеримская вилла. Поэтому сейчас под спортзалом идут раскопки и нельзя нормально тренироваться).

Фото: Евгений СУЧКОВ.
- Школа всё больше похожа на казарму, - пламенно продолжает Лаура. - Ну мы и решили сделать, как во Франции.
- Как вы устроили захват?
- Просто сказали директору и учителям: вот, начинаем акцию. И школа перешла под наш контроль.
- Это вроде противозаконно?
- Ну… Вызвали полицейских, но школьное сообщество заставило их уйти. Мы несовершеннолетние, нас нельзя так просто арестовать. И вообще это наше конституционное право - выдвигать политические требования.
- Прямо удивительно, насколько вы активные. Какие-то старшие товарищи помогают? Ваша «Альтернатива» ведь близка к коммунистам.
- Мы с ними выступаем иногда вместе, но вообще нам поводыри не нужны. В лицеях ребята с первого класса (аналог нашего 9-го - Авт.) занимаются активизмом, слишком у нас много проблем.
- Долго думаете занимать школу?
- Не меньше недели. Каждое утро будем собираться и планировать, как развивать протест. В субботу пойдем колонной от лицея к Колизею, на общенациональную демонстрацию в поддержку Палестины.
Лаура, оглянувшись, как истинная подпольщица, скрывается за зеленой дверью, попросив не публиковать ее фото. А я думаю о том, насколько итальянская молодежь отличается от французской - старые школьные здания, переполненные классы, дорогие учебники, проблемы с учителями так же не устраивают юных итальянцев. Но их протесты быстро обретают политический окрас.
Премьер Джорджа Мелони, кстати, начала заниматься политикой в 15 лет. Вот только была она по другую сторону баррикад. Там, собственно, и осталась.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Учителя обнищали, ученики разучились читать: что стоит за школьными протестами во Франции