Белые розы

Фото: ИИ

В основе этой истории – реальные события, поэтому я изменил все имена и фамилии действующих лиц.

***

С бравым воякой Алексеем Ильичом Кузьминым мы дружны были с юношеских лет, да и жили по соседству. После военного училища он много лет мотался по стране, а я посвятил себя спорту, окончил спортфак и стал детским тренером. Алексей дослужился до полковника, вышел в отставку, вернулся в родной город, и устроился в НИИ военных разработок на должность заместителя по охране интеллектуальной собственности. Наше общение и дружба возобновились. Учитывая секретный характер работы, Алексей о ней практически ничего не рассказывал, но я видел, что последнее время его что-то сильно угнетает. И однажды в разговоре он коснулся причины своей головной боли – в НИИ обнаружилась утечка секретной документации. Сигналом стало сообщение из наших разведывательных источников о том, что в одной из недружественных нам стран появился прибор, над которым давно работали и наши, и зарубежные ученые. Только наши давно сделали серьезный прорыв и прибор изготовили, а противники очень намного отстали. И вдруг он там появился необъяснимо стремительно. Вывод был однозначен: утечка данных! Именно из подконтрольного Алексею заведения. Естественно, перед ним была поставлена задача выявить «крысу».

Алексей был опытнейшим сотрудником, настоящим профессионалом своего дела. Он сказал, что подозревает одну из сотрудниц – женщину чрезвычайно умную, которая за время работы в НИИ сильно поднялась по служебной лестнице и имела безупречную репутацию. Но и полковник Кузьмин, как говорится, был не лыком шит. У него была интуиция и нюх, как у сторожевого пса. Он сказал, что почти уверен в своих подозрения относительно этой женщины, но кроме косвенных, даже не улик, а только наблюдений, у него ничего нет. «Ты понимаешь, - сказал Алексей, -- она, как фокусник, до того хитра, даже виртуозна в любых действиях, что поймать ее за руку практически невозможно. Но я чувствую, я уверен, это она!..»

Рассказ полковника неожиданно всколыхнул мою память, вернув ее на 30 лет назад. Вот что я рассказал Алексею:

В моей группе девочек одна выделялась природным талантом, причем, во всем! Она имела не только отличные физические данные, но и способность мыслить нестандартно, волю, выдержку, не по-детски развитый ум. В принципе, во всем она была очень хорошей девочкой, но… Как бы это сказать – с криминальным уклоном. Ей словно доставляло удовольствие обманывать, хитрить, устраивать разные каверзы подругам. Но хуже всего – она у них же и подворовывала. Причем делала это с явным удовольствием оттого, что была уверена в своей неуловимости. Для нее это была словно игра.

Однажды на сборах во время школьных каникул мы жили и тренировались на турбазе. Днем – серьезная работа, а вечером я в роли воспитателя развлекал девчонок разными играми. Как-то мне попался в журнале «В часы досуга» шуточный тест для определения… что-то вроде американского ай-кью. Десяток вопросов, на вид простых и шуточных, а на деле не каждый взрослый человек ответит быстро и правильно. И вот, решил я девочек протестировать. Удивительно, но Тая (Таисия)… - когда я произнес имя, полковник неожиданно как-то вздрогнул – оказалась единственной, кто ответил на все вопросы правильно, укладываясь в 30 секунд на каждый отдельный вопрос. Я до сих пор помню два из них: теннисная ракетка вместе с мячом стоит 120 рублей, причем ракетка на 110 рублей дороже мяча. Сколько стоит мяч? Практически все отвечают сразу: 10 рублей! Ответ не правильный: 10 рублей + 110 за ракетку = 120, а вместе получается130. Тая назвала правильную цену мяча и ракетки через 10 секунд раздумья – 5 и 115 рублей. Другой вопрос: на листе пишем две любые двузначные цифры, разделяя их вертикальной линией – например, 15 и 21. Вопрос «что у них общего?» простой- оба нечетные, делятся на 3, находятся в соседних десятках, и т.д. Тогда пишем два одинаковых числа – например 16 и 16. Вопрос: «какая между ними разница?» вызывает у всех недоумение – математической разницы нет! Но Тая ее нашла. Она очень быстро поняла, что математический подход ведет в тупик, не стала, как все, бить головой в каменную стену, а просто поменяла стандарт мышления и секунд через 20 выдала ответ: «Одна цифра справа, другая слева от вертикальной линии».

Полковник слушал мой рассказ внимательно, с очень серьезным выражением лица, и теперь спросил: «А как была ее фамилия?» Отвечаю: «Климова». Он ударил ладонью по колену и вскочил: «Это она! Климовых много, но Таисия – редкое имя… А сколько ей тогда было лет?.. 13? Вот теперь все сходится!! Ты нарисовал точнейший портрет той, кого я подозреваю. Скажи, а что было дальше? Ты так и не смог ее поймать на воровстве?»- «Представь себе – смог!» - «Рассказывай, рассказывай!» - затеребил Алексей. И я продолжил рассказ:

Повторяю, Тая мне очень нравилась и как спортсменка, и даже чисто по-человечески была мне симпатична, но я обязан был как-то пресечь ее «криминальные игры». Я долго ломал себе голову, как это сделать и – придумал! В те годы только начали появляться в продаже электронные секундомеры. Я давно мечтал о таком, но – дорого! Однако, мне теперь он был особенно необходим, и я купил его. «Похвастался» перед девочками, вещь действительно ценная и очень удобная для тренера. Однажды я «забыл» его на столе в комнате рядом с раздевалкой девочек. Ничего не случилось. Через неделю снова «забыл»… Приманка сработала на 3-й или 4-й раз - мой замечательный секундомер исчез. Когда вся группа после тренировки, в 18-00, пошла к раздевалке, я попросил девочек ненадолго задержаться, сообщив, что пришло «Положение» и вызов на ответственные соревнования и нам сейчас нужно определить троих из нашей группы, кто поедет на соревнования в составе сборной команды. Тема для разговора очень возбуждающая, так что все в нее сразу включились. Через 20 минут все было решено. И вдруг, ровно в 6-20 раздался любимый всеми мотив «Белые розы, белые розы…» Сначала никто не понял, откуда льются звуки, потом посмотрели на Таю – музыка исходила прямо из-под ее джинсовой курточки. «Девочки, до свидания, все свободны. А ты, Тая, останься» - сказал я.

Мы остались одни. Тая, с лицом слегка побелевшим, сидела молча и опустив голову. Она все поняла. На моем секундомере был установлен таймер времени, а звуковой сигнал выбирался по желанию его хозяина. В это время все сходили с ума от песен группы «Ласковый май», вот я и зарядил таймер первой строкой «Белых роз». Конечно, Тая понимала, что я никогда не буду обыскивать никого из девочек, но не могла предусмотреть этого моего каверзного «фокуса» с таймером, о котором тогда и знать ничего не могла. Секундомер она положила себе в лифчик.

«Мне очень-очень жаль, Тая, - сказал я. - Нам придется расстаться. Я не буду писать заявление в милицию, но завтра ты должна вернуть все, что украла у девочек…» Не произнеся ни слова, она встала и ушла. На другой день в вестибюле меня окликнула вахтерша и передала оставленный для меня пакет. Я посмотрел – там лежали часики, 10 рублей и записка: «Владимир Геннадьевич, извините, больше у меня ничего нет».

Вот так закончилось моя история знакомства с Таей Климовой 30 лет назад, и я не подозревал, что она получит головокружительное продолжение с тем же криминальным уклоном.

Через несколько дней полковник Кузмин позвонил мне: «Володя, срочно нужно встретиться. Это важно». Если честно, этого разговора я ждал и не ошибся относительно темы. Алексей начал без предисловий: «Раз уж я поделился с тобой моей проблемой… Понимаешь, Главный взял меня буквально за горло: если не найду «крысу» за 2 недели, то в лучшем случае пойду поднимать шлагбаум… Я просто не знаю, что делать. Помоги. Ты с Климовой был в тесном контакте… сколько? – 3 года? Ты ее психологию знаешь даже лучше, чем я. Сам отличный психолог, и с творческим подходом у тебя все в порядке. Я не могу включить тебя в следственную группу, не могу делиться секретной информацией и даже на территорию НИИ впустить не могу. Но в качестве моего личного внештатного сотрудника… Все, что можно, я тебе расскажу и уверен, что ничего лишнего ты на сторону не сольешь».

Я кивнул и сказал: «Леша, ничего не гарантирую, но сделаю что смогу. Только мне нужна вся информация относительно твоих наблюдений и подозрений в отношении Таисии. Рассказывай!»

Фото: ИИ

И вот что я узнал. Было два косвенных факта причастности Климовой к краже документов. Она, кстати, была одной из ответственных за их сохранность и имела ключ к сейфу. Почти всегда секретная документация печаталась в одном экземпляре, но бывали исключения – когда с документами приходилось работать одновременно нескольким группам и тогда на время печатались копии. Потом они уничтожались в присутствии трех сотрудников. И вот однажды после такой работы Климова прилюдно отсчитала 57 листов с копиями, которые быстро были пропущены и превращены шредером в бумажную лапшу. Все ушли, а полковник Кузьмин почему-то задержался и, движимый своим непостижимым чутьем, взял в руку из ведра ту бумажную мишуру, во что превратились бумажные листы. Взял, как бы мысленно их взвесил на ладони, и ему показалось… В общем, он взвесил «лапшу» на электронных весах, потом взвесил 57 листов бумаги и обнаружил «недосдачу» веса в 12 листов. Это означало, что они были изъяты из общей стопки. Но как??! Надо было быть настоящим фокусником, чтобы такое сделать на виду у всех сотрудников!

И второй эпизод. Пришла группа экспертов для работы с документами. От сейфа было два ключа у двух ответственных; Климова – одна из них. Сейф можно было открыть только в присутствии обоих и своими ключами. Сейф открыли, руководитель группы забрал несколько папок и унес в комнату своим экспертам. Затем вернулся еще за одной папкой с обозначенным номером и не обнаружил ее в сейфе. Он тут же взволнованно об этом заявил присутствующим сотрудникам, снова перебрал оставшиеся папки – нужной там не было. К сейфу подошла Климова, посмотрела и говорит, вынимая папку: «Вот же она, как вы не увидели ее?». Старший эксперт буквально рот открыл от изумления: действительно, вот она, эта папка… В общем, списали этот эпизод на элементарную невнимательность, что в жизни иногда случается – вещь лежит на виду, а ты ее с первого раза в упор не видишь. Но полковник Кузьмин снова что-то заподозрил и на всякий случай спросил вторую сотрудницу: «Пока уходил эксперт с первой стопкой папок, никто не отлучался из остальных присутствующих?» Та сказала, что Климова на пару минут уходила в туалет, но в руках у нее ничего не было.

И снова она! И снова никто ничего не увидел! Полковник мысленно продолжил предполагаемые действия Климовой: она зашла в туалет и быстро сфотографировала документы из папки на микропленку. Фотоаппарат мог быть у нее в виде авторучки или губной помады, чего угодно.

Алексей продолжил рассказ. Повсюду в НИИ установлены видеокамеры и за всеми сотрудниками ведется негласное наблюдение. Никак не давая понять Климовой, что она у него «под колпаком», он втройне пристально наблюдал за ней, но она ни малейшим образом не выделалась от других сотрудников института, вела себя и все делала согласно служебным инструкциям, тщательно и добросовестно. «Ловить за руку» ее было не на чем – ни одной зацепки кроме этих двух эпизодов, которые всего лишь наводили полковника не только на подозрения, но и стойкую уверенность в причастности Климовой к преступлению и государственной измене.

Через два дня я пришел к полковнику со своим планом. Я провел две бессонных ночи, вынашивая его.

Я долго и серьезно размышлял, как мне придумать и устроить ловушку для невероятно умного и хитрого «зверя». И попытка должна быть только одна — если оплошать, дать только понять Тае, что она «под колпаком», она не только надолго затаится, но и может вовсе просто уволиться из этого НИИ и уехать. Обычные, шаблонные, стандартные способы здесь не годились. Перехитрить, переиграть такого соперника — для этого надо было быть самому еще умнее и хитрее. Я себя, если честно, таковым не считал, но во мне вдруг проснулся упоительный азарт охотника, который вознес мои возможности, как бывало в годы тренерской работы с детьми, когда голова аж распухала от творческих разработок. И если я перехитрил Таю тогда...

На другой же день я встретился с полковником и нарисовал ему свой план: нужно как-то спровоцировать Климову, заставить ее умыкнуть очень важный секретный документ; при этом он должен быть... В общем, это нельзя сфотографировать, а необходимо вынести целиком — что-то очень маленькое, не металлическое (чтобы рамка на выходе не сработала) и что легко спрятать на себе (женщин ведь не раздевают догола на вахте). Я не силен в технических тонкостях (а некоторые намеренно упрощаю в своем рассказе), но полковник меня понял и уже вечером сообщил о том, что и как он устроит со своей стороны при своих возможностях: он имитирует поступление электронного носителя со сверхсекретной информацией, который обязательно попадет в поле зрения Таисии. Что будет дальше, можно предугадать — она обязательно скопирует информацию на свою флешку, потом, для надежности, дезактивирует ее со своим паролем, чтобы потом информацию восстановить. В случае обнаружения на выходе из НИИ она будет пустой на 100%! «Вот теперь думай сам, - сказал полковник, - как ты ее поймаешь за руку и заставишь сознаться — ведь флешка все равно будет пустой, а мы, не зная пароля активировать ее не сможем! А значит, и доказать факт воровства документа»

Ночь я практически не спал — думал, думал... Потом вскочил и позвонил Ильичу: «Извини, что в такую рань... Готовь операцию по плану, который вчера рассказал, я только должен знать точно тот день, когда Климова будет уходить из института с секретной флешкой. Еще мне нужны двое парней из группы захвата. Дальше — мое дело».

Я не стал посвящать полковника в нюансы. Я понимал, что если действовать по шаблону, это, что называется «тухлый номер». Но я же не зря провел бессонную ночь. Надеюсь, что не зря.

Около шести вечера Климова вышла из проходной института и пошла к остановке автобуса через сквер. Вот здесь и произошла наша «нечаянная» встреча. Проходя мимо нее на встречных курсах, я остановился и воскликнул: «Тая?..» Она тоже остановилась, посмотрела на меня... Конечно, за 30 лет мы оба сильно изменились, но угадали знакомые черты, она — своего тренера, я — своей ученицы. Я как мог искренне и широко улыбался, давая понять, что в памяти моей Тая осталась умной, талантливой ученицей и хорошего в той памяти гораздо больше, а плохое все улетучилось. Тая несколько секунд серьезно смотрела на меня и... тоже улыбнулась, принимая мою позицию. Мы сели на лавочку, разговорились, как бывает с людьми после долгих лет разлуки. Обычные расспросы — как ты? Где ты? Как успехи? Как семья? И все такое прочее. Я почувствовал — Тая расслабилась, ее улыбка была искренней, она поверила, что я действительно настроен доброжелательно и даже сентиментально, как старый добрый учитель. Мельком взглянув на свои часы, я вдруг резко изменился в лице. «Таечка... Ты помнишь, что произошло 15 октября 30 лет назад?» Тая вздрогнула, ее улыбка потухла. «Скажи, сколько сейчас на твоих часах?» - «Седьмой час...» - медленно ответила она. «А точнее?» - «Шесть — семнадцать...» - «Ты помнишь, какая музыка прозвучала из-под твоей курточки в шесть — двадцать в тот день? Ты ее сейчас снова услышишь... ровно через минуту. Ты флешку снова положила в лифчик или решила, что и в сумочке безопасно?» В этот момент из-за кустов за лавочкой, где мы сидели, как два черта из табакерки, появились два крепких парня и встали справа и слева от Таи. Ее лицо мгновенно побелело. Это был словно удар по голове. Она все поняла и, сделав глубокий вздох, тихо сказала: «Позвольте мне написать явку с повинной? Это ведь зачтется в дальнейшем?» А когда через минуту «Белые розы» не зазвучали, это был уже удар под дых. Тая сломалась.

С полковником я встретился через пару дней. Он сам присутствовал на предварительном допросе... все-таки не разведчицы, а шпионки. Тогда она не выдержала и расплакалась: «Не понимаю, как я могла??!! Нет, я не о том, чем здесь занималась — я не понимаю, как я могла совершить такую элементарную глупость! На дезактивированной флешке в принципе не мог быть установлен таймер. Я была неуязвима, у вас не было ни единого факта. Но этот тренер.. .Он меня так ошарашил напоминанием о том, что произошло 30 лет назад, что у меня на время совершенно заклинило мозги, и я повела себя как конченная идиотка..» Тае снова вспомнилось, когда в роковые 18 часов 20 минут не прозвучала знакомая мелодия «Белых роз», как я виновато развел руками и сказал: «Ну, извини... Это психология!»

На это только и был расчет. Обезоружить профессионала потерей самообладания хотя бы на пару минут можно только эмоциональным ударом в самую болевую точку. В данном случае ею оказалась помять о первом в жизни провале.

Дальше можно не продолжать. Если честно, я не праздновал победу, а еще одну ночь не спал из-за... угрызений совести? Да нет — от жалости к очень талантливой девочке, когда-то моей ученицы. И от того, что на какое-то время позволил себе превратиться в жестокого, безжалостного охотника. Как и кому Климова передавала секретные документы, наши чекисты разберутся. А моей душе еще долго было больно.

Читайте другие рассказы участников «Конкурса детективов-КП» по ссылке на сайте KP.RU.

КОНКРЕТНО

Как тебе такое, Шерлок Холмс?!

Вызов авторам, пишущим детективы!

Условия участия

Принимаются оригинальные детективные рассказы объемом до 13 000 знаков.

История должна содержать интригу, убедительную мотивацию персонажей и яркую кульминацию.

Приветствуются свежие идеи и уникальная авторская манера повествования.

Участвовать могут и начинающие, и опытные авторы.

Подача заявок

Отправьте:

завершенный рассказ;

краткий синопсис (до 1000 знаков);

короткую информацию об авторе (примерно 3 - 5 предложений) на почту: detective@kp.ru с пометкой «Конкурс детективов».

Критерии оценки

Оригинальность идеи.

Наличие интриги.

Качественное литературное повествование.

Убедительность персонажей и логика событий.

Жюри

Олеся Носова - генеральный директор и главный редактор Медиагруппы «Комсомольская правда».

Александр Рогоза - писатель, спецкор «Комсомольской правды», автор расследований.

Павел Садков - заместитель главного редактора, курирующий тему культуры.

Алексей Семенцов - заместитель главного редактора, редактор «толстушки» - еженедельного выпуска газеты «Комсомольская правда».

Наталья Щербаненко - издатель книжного издательства «Комсомольская правда».

Призы

Публикация рассказа в газете «Комсомольская правда».

Возможность заключить издательский договор и выпустить книгу в нашем издательстве.

PR-поддержка для автора.

Сроки проведения

Начало подачи заявок: 28 января 2026 года

Окончание подачи заявок: 30 декабря 2026 года

Определение финалиста года - январь 2027 года.

Контакты

Почта для отправки заявок: detective@kp.ru

Не упустите шанс заявить о себе! Примите участие, представьте свой детективный мир читателям всей страны и откройте новую главу своей писательской карьеры!