
Вам не хочется поговорить с простым европейцем? Спросить: как ты поверил в пропаганду, которой тебя кормят из газет, с экрана, интернета и смартфонов, что русские завтра придут тебя убивать? Как на танках, с дронами к тебе могут прикатить потомки тех, кто 81 год назад вытащил твою прабабку из Аушвица? Кутали ее в одеяло, делились пайком?!
Русофобию, захлестнувшую сегодня Европу, подкармливали и прихорашивали годами. Заставляли забыть все хорошее, что дал народам Советский Союз. Пришивали ему фашистский оскал. Почти в каждой столице бывшего соцлгеря сегодня высится «музей советской оккупации». Алые и черные лозунги отпечатываются на сетчатке глаз: «хроника коммунистической инквизиции», «забвению не подлежит», «летопись террора». Уликами по экспозициям разложены алюминиевые ложки, ржавые утюги, плакаты про труд, мир и май. Советский быт препарирован по винтикам. Втоптан в грязь и помещен рядом с гитеровской чумой, от которой освободил мир. Их экспозиции почти всегда соседствуют.
Мы рассмотрели все улики «оккупации». Собрали впечатления посетителей этих музеев. И многое встало на свои места…
Четырехэтажное здание конца XIX века в Будапеште, как фотография траурной лентой, обрамлено черным козырьком. В его металле вырезано слово «Террор», сквозь которое видно облака. Рядом коммунистическая звезда и скрещенные стрелы - символ венгерского фашизма. В солнечную погоду тень козырька ложится на здание, высвечивая клеймящую надпись…

На входе - две таблички в виде могильных плит: рядом «похоронены» нацизм и коммунизм. Фашисты с концлагерями и газенвагенами, и победившие их Советы со своими стройками века и равноправием здесь поставлены в один ряд.

С тарантиновским драматизмом подается местная «изюминка» - стоящий в полумраке «воронок»: кровавая подсветка, загробная музыка. Машина, как гласит экспозиция, приезжала за «неугодными». В подъезде раздавался долгий звонок в дверь. «Иные от этого звука сходили с ума, не дождавшись ареста»…

Конечно же, не обошлось без лозунга - огромного граффити: «Русские - домой!»
А вот как венгерские музейщики описывают скачок промышленности в разоренной войной республике: «...СССР использовал оккупированные им страны как колонии, грабя их ресурсы. В Венгрии форсировали производство алюминия. Это загрязняло окружающую среду. Алюминиевая посуда стояла на кухне почти каждой венгерской семьи - ее называли «венгерским серебром». Для наглядности ужаса в ряд выставлены алюминиевые кастрюльки.
Но стыдливо умалчивается о грандиозных стройках - металлургическом комбинате «Дунай», ТЭЦ имени Гагарина, стадионах, поликлиниках, домах культуры, не говоря уже о жилье…

«Зал советской агитации» метко описали сами венгры: «Светлую комнату с пропагандой СССР почему-то назвали «абсурдной и смешной». Я ничего смешного не увидела, может, не все рассмотрела? На плакатах - призывы к труду и спорту. На старых фото ни одного полного человека. Мне одной кажется, что агитировать за спорт и труд похвальнее, чем как сегодня - блогерство и легкие деньги?».

И все посетители хором говорят: музеем заявлены выставки «фашистской и советской оккупации». Но о фашизме - почти ни слова. Вся грязь вылита на Советы.
Так старались, что даже Парад Победы 1945 года перевернули с ног на голову - Сталин на нем изображен приветствующим фашистские войска, вместо солдат-освободителей Красной Армии…
«Коммунизм: мечта, реальность и ночной кошмар», именно так называется выставка в Чехии. Ее задача - наглядно показать, за что и как свергали «тоталитарный режим». Ужас социализма демонстрируют в виде школьных классов с аккуратными партами и горой учебников, коллекцией советских автомобилей и мотоциклов. Естественно, не обошлось без зала «сопротивления» с камерами и пыточными приборами.
Но, пожалуй, апогей выставки - стенд с обличением: «Нигде в мире сборные жилые дома не возводились в таких ужасающих масштабах. С 1953 по 1991 годы в Чехословакии было построено 80 тысяч панельных многоэтажек с 1,2 миллионами квартир».


Представляете, какая жуть – жестокие оккупанты расселяли чехов после войны в отдельные квартиры с теплым туалетом и ванной, кухней и балконом! Видимо, надо было оставить в полуразрушенных домах и трущобах позапрошлого века — без центрального отопления, канализации и воды. Зато с историческим шармом…


Огромное серое здание в центре Риги, напротив ратуши. Вход — бесплатный. Этот музей любят посещать высокие гости - главы государств и еврочиновники — их фото ядовитым плющом расползлись по стенам.

Мрачные залы и стенды обмотаны для эффекта колючей проколкой. Грязная, расколотая посуда, таблички со строгим предупреждением: «Стой! Запретная зона. Стреляем без предупреждения», письма узников ГУЛАГа. Для «полного погружения» воссоздан в натуральную величину барак с деревянными нарами. Чтобы подчеркнуть «кровавое нутро режима» уроженку Риги Мать Марию (Елизавету Скобцову), замученную нацистами в концлагере, приписали к жертвам советского террора.


Но самое запоминающееся - отдельный стенд, посвященный «параше». Ей отвели обширную пояснительную надпись, звучащую почти как поэма:
«Параша» — это передвижной, всегда отвратительно пахнущий комод, используемый в русских тюрьмах и «концентрационных лагерях». С глубокой иронией ее называли «Красная Москва» (известные духи советского производства). Заключенные были вынуждены пользоваться «парашей», хотя латыши не привыкли справлять нужду таким образом, особенно в общественных местах». И это лучший пример - вся мерзость здесь собрана с пугающей скрупулезностью.
Картину венчают стенды: «Это история о заговоре между СССР и нацистской Германией, а также о трех оккупациях, которые разрушали латвийское государство в течение полувека и поставили его на грань исчезновения». О великом освобождении и подвигах Красной Армии, естественно, ни слова… Как и о восстановленных городах, заводах, Рижской Плявиньской и Кегумской ГЭС, электротехнической и автобусной фабриках, вагоностроительном заводе, портах и нефтепроводах.

Кстати, 25 сентября мэр Риги торжественно проехался на первом в Прибалтике уличном эскалаторе. «Ощущение, будто ты в Европе», - смаковал он. На что ему тут же напомнили, что СССР собирался построить в Риге самое дорогое в стране метро - 33 станции, сотни эскалаторов. Но латышские националисты запротестовали, ведь строить чудо прогресса приехали бы русские.
Теперь в Риге только чудо бедности с недалекостью - уличный эскалатор, и вранья с неблагодарностью — музей оккупации…
В Вильнюсе музей в самом центре, в здании бывшего КГБ. У входа - крест в память о жертвах режима, лежат цветы, горят свечи. Внутри — прогулочные дворики со следами пуль на стенах и дорисованной кровью. Фото и личные вещи рассказывают о жизни «лесных братьев» - литовских бандеровцах-головорезах.

- Жертвам Холокоста, евреям, замученным в годы нацистской оккупации, уделен минимум внимания, - возмущается житель Литвы Жильвинас Буткус. – Почему? Этого теперь что, не было?!

Не понимает, наивный, что на правду заказа не было. Вот экспозиция трагически рассказывает о неравной борьбе с советской оккупацией, которая образовала Литовскую ССР, подарив ей сам Вильнюс (отрезав его у поляков) и Клайпеду (отняв город-порт у немцев). И ни намека на построение десятков крупных предприятий, скоростной железной дороги, Игналинской АЭС, снабжавшей энергией всю Прибалтику. В довесок - крупнейший в Европе (!) рыболовецкий порт и более 500 судов.


В людях еще нагляднее: до 1940 года в Литве было 623 ученых и 6 тысяч студентов. В 1980-м: 10 тысяч ученых и 43 300 студентов - по этим показателям на душу населения Литва обгоняла Германию, Британию и Японию. Где сейчас эти ученые? Наверное, историю переписывают...
Музей в Эстонии — откровенное издевательство над советской эпохой. Чего стоит хотя бы расположение бюстов вождей: их с педантичной аккуратностью расставили в подвале, у дверей туалета. Символизм, как говорится, без комментариев.
В центре зала — два фанерных паровоза. Один выкрашен в коричневый цвет и символизирует почему-то советскую власть, другой — серый, достался фашистам. Хотя, как известно, все как раз наоборот. Но, как вы поняли, об исторической точности тут никто не переживает.

Остальные экспонаты — по сути, обычные предметы советского быта. Пачка сигарет «Таллин» - визитная карточка, которую когда-то знал каждый житель Советского Союза. Эту пачку, кстати, до сих пор используют в рекламе – почему-то маркетологи совсем не считают ее отталкивающей. Наоборот - ностальгия... Бутылки из-под спиртного, повидло в тюбике - точь-в-точь как упаковка зубной пасты. Ничего особенного, если не подписи, рассказывающие о простых предметах, как об уликах с места преступления…


В Грузии и Молдове «музеи оккупации» появились позже Прибалтики. В Тбилиси, например, только в 2006 по личному распоряжению Саакашвили. И смешно, как 2000 экспонатов старательно обходят стороной один неудобный факт: и Иосиф Сталин, и Лаврентий Берия были из Грузии. Они подписывали расстрельные списки, но вся вина за репрессии перекладывается на Москву…
Кишинев последним догнал моду на обличение всего советского, музей открылся в 2016-м. Он был создан по инициативе тогдашнего министра обороны Анатола Шалару. Выступая на церемонии открытия, он сказал, что «пришёл поклониться предкам, которые стали жертвами преступного режима». Экспонаты все те же.
В Киеве музей оккупации открылся в мае 2007-го, руками вдохновлённого грузинским опытом Ющенко. Но зарождался еще с 2001-го - в виде небольшой экспозиции «Забвению не подлежит: хроника коммунистической инквизиции».
Концепция как под копирку - «вся правда» о Голодоморе. Любопытно, что вместо советских документов, рассказавших бы правду, «доказательством» служат материалы, подготовленные в 1983 году спецкомиссией Конгресса США. В музейных витринах лежат два экземпляра ее протокола, рядом — перечень из 19 пунктов, утвержденных американским парламентом.
Все эти «реликварии страха» выстроены по единому лекалу. Посетитель, перешагнув порог, должен осознать: в Советском Союзе не было ничего, кроме лагерей, конвоя, решёток и колючей проволоки.

Второй психологический прием – наложение негатива. Не зря почти везде подсовывают нехитрую мысль: два тоталитарных режима, коммунизм и фашизм – братья-близнецы. А потом добавляют: «советская оккупация» тянулась дольше немецкой, а значит, и вреда принесла больше…
Третья общая черта — «предметы советского быта» в экспозиции. Они подобраны с явным расчётом — вызвать омерзение: если утюги - то ржавые, мебель - затертая и убогая, одежда - бесформенная, разбитый автомат с газировкой, покосившаяся телефонная будка. В Таллине «советский автопром» представлен ушатанными до состояния развалюх - «инвалидкой» и «Жигулями».

И ни слова в музеях о вкладе СССР в победу над фашизмом, о великих стойках, о судьбах простых людей - тех, кто бесплатно получал прекрасное образование, проходил путь от заводского цеха до ученого или руководителя целой отрасли. Причина ясна: факты не вписываются в заказ.
А он прост: чтобы посчитать другого человека врагом, нужно его расчеловечить. Унизить до состояния животного. Обвинить в преступлениях. Сделать настолько отвратительным, чтобы его не стыдно было ненавидеть. Не страшно убивать…
Справедливости ради, далеко не все жители бывших соцстран и союзных республик приняли музеи на ура. Двадцать, десять лет назад люди выходили на пикеты. Били в этих домах мерзости стекла. Обливали лживые экспонаты краской. Но установка на снос правды о великой стране больших светлых людях оказалась упорней. И сегодня «реликварии советского террора» получают второе дыхание, новый смысл и задачу - готовить население к войне с русскими. На место истории идет мрачный театр. Хотя за дверями музеев еще обычная жизнь, стоят советские дома, закрыты не все фабрики и АЭС, а алюминиевые ложки попадаются на бабушкиных кухнях… и ничего страшного в этом нет.
- Я бывал в некоторых из этих музеев, а в рижском, особенно грандиозном, не раз, — рассказал KP.RU президент Российской ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич. — На 80% они наполнены псевдоисторическими фантазиями. Это всё равно, что писать историю Москвы исключительно по криминальным сводкам. На самом деле, в советское время Прибалтика и республики Закавказья обеспечивались товарами даже лучше, чем другие регионы, и уж тем более чем сама РСФСР. Зарплаты были выше, нормы выработки - ниже. Делалось все, чтобы у людей было меньше поводов для недовольства. Как показала жизнь - напрасно.
Но чей замысел упорно создает культ ненависти к советскому и русскому? На чьем столе лежит типовой проект «музея оккупации»? Уж больно они одинаковые — как пельмени из одной пачки…
Ищем - откуда деньги:
Литва. Музей вроде бы государственный: бюджет, отчётность. Но сотрудники то и дело всплывают на конференциях Фонда Сороса*. Все связи с ним аккуратно спрятаны за формулировкой «поддержка образовательных программ».
Латвия. Музей оккупации — частный, живёт на «пожертвования». Говорят, что диаспоры. Но даже в открытых данных - гранты того же Сороса.
Эстония. Музей в Таллине построила эстонская эмигрантка Ольга Кистлер-Ритсо — врач из США, которая в 1944 году сбежала от «советов» и всю жизнь мечтала воткнуть им ответку. Вложила 2,5 миллиона евро «личных денег». Снова из США. Но на этот раз транш задрапирован формулой: «богатая тётя из-за океана финансирует музей национальной травмы».
Грузия. Саакашвили выделил деньги из президентского фонда, то есть из кошелька, который контролировала его администрация. Формально - никакого Сороса, но откуда тогда финансировались прозападные политики и половина творческой интеллигенции Грузии, мы прекрасно понимаем…
Молдова. Тут пытались красиво скрыть. Музей открыл местный экс-министр обороны, но на торжественную церемонию почему-то пригласили… американского посла. Совпадение? Ну, конечно.
* Признан в России нежелательной организацией
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Салюты, белый мрамор и шумящее море: Как пройдет саммит СНГ с Владимиром Путиным в Туркменистане
Боевой клоп: эстонский министр Цахкна пригрозил России перекрыть Финский залив
Европа готовится к атаке со множеством жертв: закрытые совещания идут полным ходом