Итоги XIX Веронского Евразийского экономического форума: сотрудничество и справедливость

Президент Ассоциации «Познаём Евразию» профессор Антонио Фаллико

Экономика должна быть справедливой

Подвести итоги XIX Веронского Евразийского экономического форума, который завершился в Стамбуле, мы попросили одного из его главных организаторов, Президента Ассоциации «Познаём Евразию» профессора Антонио Фаллико.

Юбилей на Босфоре

– Профессор, завершился XIX Веронский Евразийский экономический форум, а значит, уже не за горами юбилейный — двадцатый. Загадывать, конечно, дело неблагодарное, но всё же: есть ли уже по нему какие-то планы? Где он пройдёт?

– В планах — провести его снова здесь, в Стамбуле. Даже если украинский фронт за этот год рухнет и Россия одержит победу, на восстановление отношений, если они вообще будут восстановлены в прежнем виде, всё равно потребуется немало времени, год, два. а то и больше. Мы договорились с турецкой стороной провести юбилейный двадцатый форум здесь же, в Стамбуле, во дворце Чираган, примерно в такое же время – в октябре.

– Чему он будет посвящён?

– Двадцать лет — не просто круглая дата, но ещё и серьезный возраст. Нам надо быть креативными. Поэтому мы открыты для идей по темам будущего форума, по составу участников, по расширению географии. В любом случае, исходя из нынешней ситуации, чтобы расширить аудиторию, мы постараемся привлечь больше немецких, французских и, конечно, итальянских друзей. Древний Стамбул для этого очень подходит. Его администрация и правительство страны нас поддерживают. Я верю, что мы сможем сделать XX Веронский форум лучше и не повторяться.

Тем более что Стамбул — место очень символичное. Город находится на стыке Европы и Азии, на берегу Босфора, это настоящий мост между двумя континентами. Для Евразии это идеальная площадка.

Курс на пересборку

– Но вернёмся к прошедшему форуму. На нём много говорили о трёх революциях — цифровой, индустриальной и технологической. Кроме этого , есть и другие революционные явления - роботизация, искусственный интеллект, биоинженерия… Можно ли понять это как то, что в мире и ,в частности, на этом форуме начинается «пересборка экономики»?

– Все эти процессы очень непростые. Как отмечали многие выступающие, экономика должна лежать в основе действий, а не быть служанкой политики. Мы возвращаемся к Карлу Марксу, на которого раньше незаслуженно закрывали глаза. Экономика должна производить товары, которые нужны людям. Нам необходима экономика, которая не создаёт социальное неравенство, а, напротив, сглаживает чрезмерный разрыв, существующий в мире. Ненормально, когда 5 % населения владеет 80 % всех богатств. И это касается не отдельных стран — это касается всего мира.

Если мы что-то производим, то производим для блага людей. Это долгий процесс, и он должен быть мирным. Нам надо придерживаться двух главных принципов. Первое: экономика должна превалировать над политикой и управлять ею. И второе: экономика должна быть смоделирована под нужды человека. Может быть, это мечты. Но лучше мечтать об этом, чем соглашаться с неприглядной действительностью.

Машина человеком не станет

– Один из самых серьёзных вызовов, стоящих сегодня перед человечеством ,– взрывной рост технологий, связанных с использованием Искусственного интеллекта. Есть ли у вас уверенность, что ИИ не выйдет из-под контроля?

– Я человек с улицы, технически в этих вещах не разбираюсь. Но я никогда не верил и не верю в то, что машина сможет заменить человека. Когда в начале XIX века появились станки, луддиты сразу начали их разрушать. Тогда господствовали либеральные идеи, и существовал реальный страх, что машины уничтожат рабочие места. Как мы видим, этого не произошло.

– Вы думаете, что наши опасения преувеличены?

– Если мы заранее позаботимся о том, чтобы сохранить контроль, машина останется машиной. Она работает так, как ей скажет человек, а не наоборот. Представим: машину научили здороваться. Ей говорят «здравствуй» — она отвечает «здравствуй». А если она вдруг скажет что-то неуместное, её просто отключат. Идея о том, что машина может управлять человеком, — это миф.

Крупные IT-компании сейчас сами говорят, что боятся победы машины над человеком. Они выкачали огромные деньги, выпустили бонды, а теперь видят, что отдачи нет, и все хором кричат: «Ой, машина победит человека!» Обратите внимание — все одновременно.

– То есть, это своеобразный шантаж? Требование денег на обеспечение безопасности?

– Алгоритмы, которые быстрее человека ищут детали и разбирают смысл вопроса, созданы человеком и для человека. Называть это «Искусственным интеллектом» — ошибочно. Это просто система. Механические операции машина делать может. Но человек несчастен именно потому, что ему дарован интеллект. У него есть чувства, эмоции, страсти. Наша память полна именно этим: «я помнил», «я вспомнил», «я знаю» — это то, что было на сердце, то, что со мной произошло.

Попросите машину разрешить политический кризис, в котором мы находимся. Что она сделает?

Сокровища библиотек

– Недавно вышла ваша монография «Россия и Италия с древних времён до Петра Великого»(KP.RU писал о ней здесь, - ред.). Поразительно, сколько там фактов, о которых вряд ли кто-то слышал. Где вы находите эти уникальные документы?

– Нахожу в архивах и в библиотеках, листая совершенно безобидные и непримечательные бумаги. Я нашёл самую древнюю карту России — 1454 года, до этого все считали, что самая древняя — карта из книги Паоло Джовио 1520 года. Я нашёл её в итальянской провинциальной библиотеке и не поверил глазам. Стал искать научные работы — нашлась одна статья итальянской исследовательницы, написанная лет двадцать назад. На неё никто не обратил внимания, потому что в заголовке речь шла только о самой библиотеке.

И это лишь один пример. Итальянские архивы очень богаты: миланский, венецианский, флорентийский, ватиканский, в том числе тайные архивы Ватикана. В них я нашёл, например, первое описание России 1480 года.

– Но ведь отношения между нашими странами на Петре Великом не остановились. Когда нам ждать продолжения?

– Второй том выйдет в марте. Сейчас работаю над третьим — дошёл до Елизаветы Петровны. Ее считали недалекой: у неё было двенадцать тысяч платьев, её интересовали охота и танцы… А голова у неё, между прочим, была как у папы, Петра Великого.